Они читают список Forbes как меню в ресторане. Как Андрей Волков и Михаил Бакуненко собирают долги с богатейших украинцев /Фото Александр Чекменев
Категория
Компании
Дата

Они читают список Forbes как меню в ресторане. Как Андрей Волков и Михаил Бакуненко собирают долги с богатейших украинцев

Андрей Волков и Михаил Бакуненко. Фото Александр Чекменев

«Долги отдают только трусы». Чтобы проверить это утверждение, финансисты Андрей Волков и Михаил Бакуненко построили бизнес по сбору долгов с богатейших украинцев.

«Рейдер», «стервятник», «угроза национальной безопасности». Совладелец компании Investohills Partners Андрей Волков, 44, слышал о себе и не такое. «Бывает, что человек взял деньги в долг, разбазарил их или построил бизнес и теперь думает, что он ничего не должен, – говорит Волков. – А всех, кто заставляет его платить, называет рейдерами».

Волков занимается долгами «всю свою сознательную жизнь». Список Forbes он читает как меню в ресторане. «С Вадимом Новинским мы в судебных процессах по нескольким кейсам, Константин Жеваго – наш крупный должник, Фирташ у нас в портфеле тоже есть, – перечисляет он. – Нам все равно – олигарх, не олигарх: если у нас есть правильные документы, юридическая позиция, то мы им занимаемся». 

«Занимаемся» – значит, «собираем долги».

Группа Investohills Partners берет свое начало в 2010 году, когда Волков создал компанию «Вектор», специализирующуюся на взыскании плохих долгов. Сегодня, по словам Волкова, группа владеет активами на 100 млрд грн. Будь она банком, то по размеру активов была бы шестой в Украине – сразу после Райффайзенбанка Аваль. Вот только активы эти – плохие. В основном это права по кредитам лопнувших банков – «Финансы и Кредит», «Форум», Дельта Банка и десятков других. 

На Волкова работает 200 человек, в основном юристы, которые ведут более 1000 судебных дел против компаний разного калибра. Больше всего прибыли приносят иски против крупных должников. 

Вот характерный пример. В ноябре 2019-го Investohills Partners выкупила долги производителя соков T.B. Fruit Тараса Барщовского перед разорившимся Дельта Банком. Почти полтора года судебных разбирательств закончились 22 марта 2021 года. Южный апелляционный суд Киева вынес приказ о принудительном взыскании с Барщовского $84 млн в пользу структур Волкова.

Барщовский, который до этого инициировал банкротство некоторых своих компаний и подавал встречные иски, согласился пойти на мировую. «Либо мы станем собственниками этого бизнеса, либо с нами рассчитаются», – уверен Волков. Конфликт с Investohills Partners стоил Барщовскому места в списке богатейших украинцев. В 2020 году Forbes оценивал стоимость его активов в $105 млн. Учитывая результат тяжбы с Investohills Partners, в список 2021 года Барщовский не попал. 

Волков по профессии финансист. В 2000-х строил карьеру в Альфа-Банке Украина, где дорос до председателя правления. Один из его крупнейших проектов на этом посту – реструктуризация долга по евробондам украинской «Альфы» на €1,5 млрд после финансового кризиса 2008 года. «Договорились [с кредиторами] о снижении процентной ставки, увеличили срок погашения, часть долга была списана, – вспоминает Волков. – Выгодная реструктуризация получилась». 

В 2009-м Волков ушел в свободное плавание. «Первоначальная идея была в том, чтобы заняться distressed assets, обработать этот пирог за три-четыре года, а потом думать, чем заниматься дальше», – вспоминает он. «Пирог» выглядел аппетитно: доля проблемных кредитов в банковской системе на конец 2009 года составила 15,4%, общий объем – 120,6 млрд грн, или $15 млрд. 

Расчет на то, что банки начнут массово продавать просроченные кредиты, не оправдался. «Продавали маленькие портфели, в основном беззалоговых кредитов, – рассказывает Волков. – Рынка как такового не было, массового банкротства банков не произошло, правительство их спасало, вливая деньги». 

Первая крупная рыба клюнула в 2011 году. Принадлежащий BNP Paribas Укрсиббанк выставил на продажу портфель кредитов на $650 млн. Волков заплатил за этот актив $75 млн, частично за счет средств компании, частично за счет кредита в том же Укрсиббанке. 

Инфографика Леонид Лукашенко

Инфографика Леонид Лукашенко

Портфель состоял из 12 000 ипотечных и автокредитов, по которым велось около 6000 судебных дел. Переговоры и судебные процессы с должниками растянулись на несколько лет. Волкову удалось реструктуризировать 90% кредитов и получить по ним выплаты. «Это иллюзия, что мы купили очень дешево, – говорит Волков. – По этому портфелю мы вернули свою инвестицию только в 2014 году, а заработать уже не успели».

Главное – что дело стронулось с мертвой точки. В 2011–2012 годах Волков выкупил проблемные кредиты Swedbank Ukraine, Credit Agricole и Банка Грузии. «Дисконты были по 80%, 90%, даже 95%», – вспоминает бизнесмен. 

Работу с должниками он поставил на поток и стандартизировал. Сначала коллекторы выделяют группу должников, которые, по словам Волкова, «вообще способны договариваться». Некоторые кейсы заведомо бесперспективны. «Представьте себе владельца однокомнатной квартиры в Житомире, который дошел в споре до Верховного Суда, – предлагает мысленный эксперимент Волков. – Услуги по сопровождению этого кейса могут в итоге быть дороже стоимости залога». 

Договороспособным должникам предлагается скидка – около трети от стоимости залога. На тех, кто упирается, коллекторы подают в суд с целью договориться о частичном погашении долга. Максимальный уровень «скидки» – 50%, говорит Волков. С 90% перспективных должников, по его словам, удается договориться. 

После аннексии Крыма и российского вторжения на Донбасс Нацбанк вывел с рынка 90 банков. Их активы достались Фонду гарантирования вкладов (ФГВ) физических лиц. Общий объем таких активов – 400 млрд грн ($14,5 млрд), из них проблемные кредиты украинским клиентам составляли 300 млрд грн ($11 млрд). 

Для Волкова, как и для остальной экономики, это были трудные годы. «Не было инвесторов, все пытались выживать, – рассказывает он. – Мы собирали платежи по старым портфелям, но не более того». Свет в конце тоннеля забрезжил, когда Фонд гарантирования начал продавать крупные пулы проблемных активов на аукционах ProZorro. 

Тогда же Волков привлек в свой бизнес инвестора. У Михаила Бакуненко за плечами опыт работы в Goldman Sachs и Renaissance Capital. «Я сам предлагал Андрею заняться инвестициями в проблемные активы», – говорит Бакуненко. В Investohills Partners у него мажоритарный пакет, Волков – управляющий партнер. На начальном этапе Бакуненко вложил в бизнес около $10 млн. В оперативном управлении он не участвует, для него Investohills – один из инвестпроектов. Его основное место работы – председатель правления компании «Укрнафтобуріння». В 2020 году Бакуненко занял 15-е место в рейтинге лучших CEO по версии Forbes. 

Одна из первых крупных инвестиций партнеров – пул из 35 проблемных кредитов Дельта Банка, Еврогазбанка и Актив-Банка на 6,8 млрд грн. Волков купил их на аукционе Фонда гарантирования вкладов в декабре 2018 года с дисконтом 98%. Самым ценным приобретением выглядели обязательства энергетической компании «Восход Солар», которую братья Клюевы продали в 2015 году китайской CNBM International Corporation. Залогом по кредиту на $10 млн были солнечные панели нескольких станций. Судебные тяжбы и массированная пиар-кампания завершились мировым соглашением. Какую часть долга удалось истребовать? Волков ссылается на коммерческую тайну, но уверяет, что доходность инвестпроектов компании – 30–40% годовых. 

Главный метод коллекторов – постепенно наращивать давление на упорствующего должника. «Люди понимают, что если они никак не будут идти навстречу и с нами рассчитываться, то они останутся без ничего», – рассказывает Волков про методы убеждения владельцев кредитных квартир. По его оценке, Investohills Partners контролирует 20% украинского рынка плохих долгов физических лиц.

В случае с корпоративными должниками стиль работы тот же, но конфликты громче. Интересы компаний Волкова обслуживают генеральный прокурор Юрий Луценко и замглавы СБУ Павел Демчина, утверждал в мае 2019 года в открытом письме президенту Зеленскому гендиректор «Восход Солар» Анатолий Старицин. Волков отрицает знакомство с Демчиной и Луценко. Но подтверждает, что для того, чтобы сделать должников сговорчивее, его юристы помогали следствию и писали адвокатские запросы. Расследование в отношении клюевского Актив-Банка МВД начало задолго до того, как Investohills Partners купила права по его кредитам. «Следствие велось очень медленно, запросы помогли его ускорить», – объясняет Волков.

Должники – не единственная мишень Investohills Partners. Достается и судьям. «Если мы видим беспредел, то жалуемся на судью, – рассказывает Волков. – Пишем в дисциплинарную комиссию, жалуемся в полицию, открываем уголовные дела». 

Прямой отжим. Производитель соков под маркой T.B.Fruit Тарас Барщовский выбыл из списка Forbes из-за долгов перед компанией Волкова. /Фото DemydenkoVa/Wikipedia

Прямой отжим. Производитель соков под маркой T.B.Fruit Тарас Барщовский выбыл из списка Forbes из-за долгов перед компанией Волкова. Фото DemydenkoVa/Wikipedia

«Рейдеры и стервятники, – отзывается о юристах Волкова адвокат Татьяна Козаченко. – Их деятельность несет угрозу национальной безопасности». Она воевала с Investohills Partners за офисное здание площадью 5760 кв. м на Подоле. По ее мнению, права на офисный центр Волков получил путем сговора с представителями ФГВ. Раньше здание принадлежало бизнесмену Анатолию Юркевичу, было в залоге у его Укрпрофбанка, который разорился в 2015 году. В марте 2020-го Investohills Partners купила его долги у ФГВ. Как обычно – с хорошим дисконтом. Фонд выставил пул кредитов за 42 млн грн, который продал в ходе аукциона на понижение за 2,5 млн грн. Одним из залогов и было здание на Подоле. 

«Все кредиты, по которым это здание было в залоге, к тому времени были уже погашены», – утверждает Козаченко. Ничего подобного, возражает Волков, здание было незаконно выведено из реестра залогового имущества в 2015 году, за день до введения в Укрпрофбанке временной администрации. По этому случаю СБУ начала расследование еще в 2015 году. 

Сейчас Investohills Partners сражается с новыми владельцами здания – словацкими бизнесменами Ричардом и Юраем Душками. Чтобы отстоять права на офисный центр, те наняли адвоката Маси-Мустафу Найема и подключили посла Словакии Марека Шафина, который выступил в защиту своих граждан на пресс-конференции в январе 2021 года. Позиция Волкова неизменна: здание незаконно выведено из банковского залога, Юркевич умудрился скрыть эту информацию от покупателей. 

«Они самые активные на рынке, а платить по долгам мало кто любит, – говорит об Investohills Partners директор инвестиционно-банковского департамента Concorde Capital Сергей Чуйкин. – Когда мы покупали такие активы, нам тоже приходилось сталкиваться с обвинениями в рейдерстве». 

Цикл от покупки актива до получения денег занимает, как правило, год-полтора, описывает свой бизнес Волков. Все начинается с переговоров, на которых должник обычно заявляет, что ничего не должен, и иногда угрожает уничтожить репутацию кредиторов. С ростом количества исков и заявлений в правоохранительные органы должник становится более сговорчивым. 

Инфографика Леонид Лукашенко

Инфографика Леонид Лукашенко

«Это было очень стрессовое время, они давили по всем фронтам», – говорит Светлана Демина, в 2019–2020 годах – арбитражная управляющая завода «Росава» в Белой Церкви. Investohills Partners купила у ФГВ права на истребование 2,65 млрд грн, которые завод задолжал лопнувшему банку Константина Жеваго «Финансы и Кредит». Цель – получить часть долга или контроль над заводом. Волков оценивает его стоимость в $40 млн. Суды между структурами Волкова и Жеваго продолжаются, стороны далеки от соглашения. 

Для покупки активов Investohills Partners привлекает инвесторов. «Мы знаем очень многих на финансовом рынке», – говорит Бакуненко. Например, для приобретения пула кредитов Дельта Банка Волков привлек капитал у харьковского бизнесмена Павла Фукса и бывшего финдиректора East One Андрея Дудника, чья компания «Гелиос» также занимается истребованием плохих долгов. Investohills также сотрудничает со структурами Сергея Тигипко. «Мы привлекаем пул инвесторов, в нем много людей, – говорит Волков. – Это миллионеры, но не из вашего списка, мы не имеем права раскрывать их имена». 

Война с крупными должниками – рискованная затея. Почему Волков и Бакуненко не боятся идти напролом? Это как посмотреть. Они не работают с долгами компаний Рината Ахметова. У Игоря Коломойского – тоже иммунитет. «Он опытный парень, со всеми борется, всю жизнь воюет, – говорит Волков. – Его сложно победить».

Investohills старается трезво оценивать риски. И ввязывается в драку, только если высоко оценивает шансы на успех. «Самое сложное в этом бизнесе – проанализировать, сколько реально из проблемного портфеля ты сможешь собрать, – говорит Волков. – Есть компании, у которых три – пять кейсов, а у нас их 1000, поэтому мы точно лучше разбираемся». 

Getty Images

Getty Images

И все равно работа с проблемными долгами похожа на рулетку. Тяжба вокруг «Росавы» может закончиться для Investohills убытками. «Им удалось получить права на очень незначительные залоги», – говорит бывшая арбитражная управляющая Демина. Нацбанку завод задолжал 5,7 млрд грн – почти вдвое больше, чем структурам Волкова. «К сожалению, мы не всегда выигрываем даже когда мы правы», – признает финансист. 

Далек от победного завершения спор с Вадимом Новинским. В феврале 2019 года Investohills купила со скидкой 99% 12,7 млрд грн проблемных активов банка «Форум», принадлежавшего ранее Новинскому. Волков утверждает, что в этом пуле был кредит на $16 млн Балаклавского рудоуправления – предприятия под Севастополем, которое добывает известняк и щебень. «У них годовая EBITDA около $10 млн», – говорит Волков. 

Встреча с Новинским закончилась ничем. «Акционер его выслушал, а потом указал на дверь», – рассказывает сотрудник Smart Holding, просивший не упоминать его имени, поскольку он не уполномочен на разглашение этой информации. 

Волков не сдался. В апреле 2021 года Investohills выиграла иск в окружном суде Никосии, который запретил Балаклавскому заводу проводить любые операции с активами или имуществом. «Мы объяснили в кипрском суде, что из-за аннексии не можем напрямую предъявлять свои требования», – говорит Волков. На Новинского это не произвело большого впечатления. «Там и близко нет $16 млн, это очень сомнительные долги, – говорит PR-директор Smart Holding Евгений Загорулько. – Даже если они выиграют все суды, получат копейки».

Не беда. «По «Форуму» мы уже вышли в плюс», – говорит Волков. В пуле, купленном за $4,5 млн, около сотни других займов. Самый интересный из них – долг в €6 млн обанкротившегося агрохолдинга «Мрия». Investohills выиграла несколько судов у правопреемника «Мрии». В феврале 2020 года стороны заключили мировое соглашение, по которому кредитор получил часть долга. 

Чистка на банковском рынке начинает приносить плоды. С начала 2018-го по апрель 2021-го сумма проблемных кредитов на балансах банков уменьшилась с 595 млрд грн до 423 млрд грн. «Все интересное уже продано, остались только очень токсичные активы», – говорит Чуйкин из Concorde Capital. Его компания, в 2016–2018 конкурировавшая с Волковым за проблемные кредиты, ушла с этого рынка. 

Интересные лоты на аукционах ФГВ попадаются все реже, признает Волков. К началу 2021 года у фонда оставалось плохих активов примерно на 100 млрд грн – в четыре раза меньше, чем в разгар банкопада. Но проблемные долги есть не только у банков. Волков посматривает в сторону газового рынка. 

«У нас очень неплохая подушка ликвидности», – замечает Бакуненко. В сентябре 2020 года партнеры привлекли $100 млн в новый инвестфонд Investholis Helantius. Инвесторы традиционно не раскрываются. «Мы можем вложить эти деньги в украинский рынок, – говорит Волков. – Было бы что покупать».

Материалы по теме
Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый Forbes уже в продаже

Новый Forbes уже в продаже

Топ-100 частных компаний | Лучшие города для бизнеса