Категория
Картина дня
Дата

Откуда такая жестокость к гражданским? Русские были озлоблены, что ничего не могут сделать. Интервью с руководителем Нацполиции Киевской области

Руководитель Нацполиции Киевской области генерал Андрей Небитов о том, что он и его подчиненные видят в освобожденных городах Киевщины и как фиксируют военные преступления

Генерал Андрей Небитов. /Фото из личного архива

Генерал Андрей Небитов. Фото из личного архива

Национальная полиция – один из ключевых игроков в деле фиксации военных преступлений, совершенных на территории Украины. Правоохранители заходят в освобожденные города вслед за вооруженными силами и подразделениями территориальной обороны. В населенных пунктах они поддерживают правопорядок, занимаются разминированием и производят следственные действия на местах преступлений или захоронений.

Forbes поговорил с генералом Небитовым о том, что он и его подчиненные видят на улицах сел и городов Киевской области, как фиксируют преступления и конфискуют в пользу ВСУ автомобили у пьяных водителей. Интервью отредактировано и сокращено для ясности.

Cитуация в Киевской области, почему Буча и откуда такая жестокость к гражданским

В Буче больше всего убитых гражданских, застреленных из автоматического оружия. Возможно, такое было бы и в Ирпене, там тоже многое погибло. Но там продолжались постоянные боевые действия, Вооруженные силы Украины и подразделения МВД теснили врага, не позволяли ему свободно чувствовать себя. Постоянно давили на него.

А в Буче и Гостомеле они [русские. – Forbes] устроились, поставили свои позиции и просто расстреливали людей. Поэтому там так много погибших.

Отдельно поражает Бородянка. Это место, пережившее атаки с самолета. Там падали целые пролеты девятиэтажных домов. Страшно смотреть и на село Андреевку. 95% его разрушено или сожжено. Практически оно перестало существовать. Есть такие же примеры населенных пунктов и в Иванковском районе, части Вышгородского района, которые оккупанты уничтожили.

Откуда такая жестокость к гражданским? Россияне не были готовы к такому вооруженному противостоянию, которое получили от армии Украины. Они были озлоблены тем, что ничего не могут сделать. Никуда не могли скрыть ни свою технику, ни личный состав. Украинская артиллерия работала очень точно. У них было много жертв, они жаловались. Мы это знаем по перехватам. То командир не такой, то личный состав не такой.

Ужаснее всего, когда гибнут дети. На 13 апреля полиция обнаружила и осмотрела тела 36 погибших детей. Меня очень поразил случай, когда из БМП россияне расстреляли автомобиль Volkswagen, где сидели женщина с ребенком, которому еще не исполнилось и двух лет. Они двигались в составе колонны из 15 машин. Пытались уехать на более безопасную территорию. Муж сидел за рулем, его жена – рядом. Позади – мать с ребенком в возрасте одного года и семи месяцев. И БМП просто расстрелял этот автомобиль. Отверстия в машине очень большие – видно, что это оружие калибром от 26 миллиметров. Женщине на переднем сиденье разорвало голову. Местный житель попытался спасти их, но спасать было некого. Он там их и похоронил. Я, когда ездил в Макаров, останавливался на эксгумации этих тел. Такие преступления поражают.

По состоянию на 13 апреля по всей Киевской области полиция осмотрела и передала в медицинско-судебные учреждения тела 764 гражданских лица.

Фиксация военных преступлений и система видеонаблюдения «Безопасная Киевщина»

Полиция фиксирует военные преступления, у нас работают следственно-оперативные группы. Если это массовое захоронение, привлекаем нашего эксперта. Также есть спецназовцы и взрывотехники, которые проверяют, не заминировано ли тело погибшего.

Тела идентифицируют оперативники уголовного розыска. Когда находят тела, сначала пользуемся услугами местного жителей, находящихся неподалеку. Если личность сразу не устанавливается, обязательно берется ДНК в судебно-медицинском учреждении и помещается в общую базу данных.

После установления личности прокурор дает разрешение на погребение. Только неустановленные трупы мы храним дольше обычного. Тех, кто идентифицирован, родственники забирают и хоронят.

Тело – это не доказательство. Судебно-медицинский эксперт под видео производит вскрытие. И дает свой вывод: от чего погиб конкретный человек, есть ли на его теле следы изнасилования, пытки. Все задокументировано и под видео, и в бумажном виде. Это мировая практика.

Национальная полиция – один из ключевых игроков в деле фиксирования военных преступлений, совершенных на территории Украины. /Фото из личного архива

Национальная полиция – один из ключевых игроков в деле фиксирования военных преступлений, совершенных на территории Украины. Фото из личного архива

Есть такие же примеры населенных пунктов и в Иванковском районе, части Вышгородского района, которые кафиры уничтожили. /Фото из личного архива

Есть такие же примеры населенных пунктов и в Иванковском районе, части Вышгородского района, которые кафиры уничтожили. Фото из личного архива

Генерал Андрей Небитов. /Фото из личного архива

Генерал Андрей Небитов. Фото из личного архива

из личного архива

из личного архива

из личного архива

из личного архива

В Буче больше всего убитых гражданских, застреленных из автоматического оружия. /Фото из личного архива

В Буче больше всего убитых гражданских, застреленных из автоматического оружия. Фото из личного архива

По состоянию на 13 апреля по всей Киевской области полиция осмотрела и передала в медицинско-судебные учреждения тела 764 гражданских лица. /Фото из личного архива

По состоянию на 13 апреля по всей Киевской области полиция осмотрела и передала в медицинско-судебные учреждения тела 764 гражданских лица. Фото из личного архива

Генерал Андрей Небитов. /Фото из личного архива

Генерал Андрей Небитов. Фото из личного архива

Полиция фиксирует военные преступления, у нас работают следственно-оперативные группы. /Фото из личного архива

Полиция фиксирует военные преступления, у нас работают следственно-оперативные группы. Фото из личного архива

Предыдущий слайд
Следующий слайд

Если тело находят не в месте захоронения, а в месте непосредственного убийства, то мы фиксируем обстановку, изымаем гильзы, другие следы, которые могут иметь отношение к совершению преступления. Это приобщается к уголовному делу. Изъятым вещам назначаем дополнительные экспертизы: судебно-медицинскую, гистологическую, по ДНК, трасологическую. Их будет использовать Служба безопасности Украины для доказательства вины Российской Федерации в совершении преступления.

Это все оперативно-следственная работа, которая, к сожалению, занимает время, но нам важно так подойти, чтобы потом в международном суде не сказали, что это все фейк. Это все в наших руках.

К тому же, в ХХІ веке скрыть сложно… Это не сороковые годы, когда людям нечем было фиксировать, все было только на показаниях. Сейчас у всех есть гаджеты и возможности делать фото или видео. И у нас есть и перехват разговоров, и видеонаблюдение с камер «Безопасная Киевщина». Это все тщательно собрали.

В системе «Безопасная Киевщина» [на начало войны. – Forbes] было более 1000 камер. Не смотря на то, что они [русские. – Forbes] глушили сигнал, часть камер работала. Серверы находятся в Киеве, мы отдельно сохранили эти записи, последовали, чтобы не перезаписалось. Этот массив, скорее всего, будут анализировать следователи Службы безопасности Украины.

Как перестроилась полиция Киевщины и кто уволился

Никто не готовился к войне. Мы занимались тем, что строили из милиции полицию – сервисную службу для помощи людям. Мы не думали, что станем строевым подразделением, что нам нужны будут полевые кухни. Что придется жить в помещениях, в отделах полиции, есть, спать в бронежилетах. Чтобы выполнять свои обязанности, где это возможно.

Все – и ювенальная полиция, и патрульная, и уголовный розыск – превратились в строевое подразделение, которое может выполнять определенные тактические задачи. Мы принимаем участие в организации движения на блокпостах, поддерживаем территориальную оборону, ВСУ, подразделения Нацполиции. [В МВД входит, в частности, Национальная гвардия и Государственная пограничная служба. – Forbes]. Выполняем задания по аэроподдержке. Это, конечно, отличается от обычной полицейской работы.

Относительно аэроподдержки. У нас есть подразделения, которые противодействовали браконьерам на воде, также есть вертолеты. В настоящее время они выполняют задачи военно-политического руководства государства. К сожалению, не могу более подробно рассказывать об этом.

Также есть подразделения, профессионально работающие с дронами. Собираем разведывательную информацию и наносим поражение живой силе противника. Отдельно оказывает помощь наш штат взрывотехников.

Генерал Андрей Небитов. /Фото из личного архива

Генерал Андрей Небитов. Фото из личного архива

Героизма – очень много. Но я прежде всего хочу сказать о наших погибших. В Киевской области трое полицейских погибли, семеро получили ранения. В Ирпене погиб Сергей Близнюк, думаем, что это произошло пятого [марта. – Forbes]. Мы проводили эвакуацию и враг начал обстреливать Ирпень. В его автомобиль попал снаряд. Также Алексей Пономаренко из Вышгорода. Он пытался спасать людей, попал под минометные обстрелы. И Юрий Чабах, уполномоченный уголовного розыска. Его нашли в братской могиле в Буче, где люди из коммунального предприятия временно хоронили тела. Юрий был до последнего в Буче, помогал спасать людей и, по предварительным данным, был застрелен снайпером.

Есть и обратное. Я уволил со службы 69 человек, которые уехали и не вернулись. Это задокументировано и будет отслеживаться. Потому что знаете, как у нас люди любят возобновляться через суды на работе. Но я бы не советовал им возвращаться на службу. Коллектив полицейских так сплотился, что они будут, мягко говоря, позорить этих людей, если попытаются вернуться на службу. Потому что в самые трудные времена они предали.

Также я предложил людям, которые ошиблись с выбором профессии, уволиться по собственному желанию. Такие тоже были. В общей сложности мы на Киевщине потеряли за время войны около 600 полицейских. По разным причинам. Некоторых я уволил за прогулы, некоторые уволились сами. Но это 10% от фактической численности нашего гарнизона. Зато за оставшихся не стыдно, и можно дальше идти в бой. Я считаю, лучше будет поменьше, но качественнее.

О невоенной преступности

Общая криминальная преступность в Киевской области в десятки раз уменьшилась. Есть немного ограблений. Воришки – это такой контингент, которые первыми убегают с поля боя. Сейчас многие люди с оружием, блокпосты и большая вероятность быть задержанными.

Бытовых убийств стало меньше втрое. По мародерству. Есть граждане, которые воруют, пользуясь тем, что люди уехали, бросили свое имущество. [По состоянию на 11.04 правоохранители Киевщины зарегистрировали 150 фактов мародерства, – Forbes].

Об изъятии автомобилей у пьяных водителей. Мы действуем на основании закона: задерживаем пьяного водителя, составляем протокол по статье 130 Кодекса Украины об административных правонарушениях, изымаем автомобиль. Сейчас сообщаем военному руководству, которое может, по условиям военного времени, изъять этот автомобиль на нужды армии. С этим проблем нет. Но все это нужно делать по закону. Порядок несложный, его важно соблюдать.

Материалы по теме