Джаред Исаакман заработал первый миллиард во время пандемии. А свое хобби, пилотирование боевых самолетов, превратил во внушительный дополнительный заработок /Фото Tim Pannell/Forbes
Категория
Богатейшие
Дата

Джаред Исаакман заработал первый миллиард во время пандемии. А свое хобби, пилотирование боевых самолетов, превратил во внушительный дополнительный заработок

Tim Pannell/Forbes

Джаред Исаакман, 37, любит повторять, что у каждого человека свой «усталостный ресурс». Так военные летчики называют количество часов, налетав которые, реактивный истребитель исчерпывает запас прочности и подлежит списанию. Но Исаакман видит в этом термине метафору собственной жизни.

«У тебя в запасе какое‑то количество летных часов, – рассказывает он в ходе телефонного звонка из офиса своей компании Shift4 Payments в Аллентауне, Пенсильвания.– Времени в обрез. Все сводится к тому, чтобы использовать его по максимуму». Старший брат Исаакмана Майкл добавляет: «Он твердо верит в то, что у всех нас ограниченный усталостный ресурс. Поэтому надо успеть совершить все самое удивительное, на что способен, пока в силах».

Свое время Исаакман использует по полной. Он начал первый бизнес в 15 лет, а в 16 бросил школу, чтобы, сидя в подвале родительского дома, продавать терминалы для считывания кредитных карт. В 28 он основал фирму Draken International, которая стала крупнейшей в мире частной военно‑воздушной компанией. Спустя восемь лет Исаакман продал ее фонду прямых инвестиций Blackstone за девятизначную сумму. А в июне 2020 года он стал миллиардером, выведя на биржу свою компанию по обработке платежей в ресторанах и отелях Shift4 Payments.

Созданный куда более известным миллиардером Джеком Дорси платежный сервис Square нацелен на локальные кофейни – Shift4 Payments обрабатывает платежи на сумму свыше $200 млрд для трети американских ресторанных и гостиничных сетей, включая гигантов вроде Hilton, Four Seasons, KFC и Arby’s. Они полагаются на Shift4 Payments в выполнении сложных транзакций в десятках своих подразделений. Даже когда пандемия COVID‑19 ввергла в хаос ресторанный бизнес по всей стране и роуд‑шоу перед IPO пришлось отложить в долгий ящик, Исаакман не сбавил обороты. «Людям все равно нужно есть, не так ли?»– говорит он.

Исаакман владеет состоянием в $1,4 млрд, и почти все оно приходится на его долю в 38% в Shift4 Payments. Другие активы бизнесмена, в том числе небольшая доля в Draken, истребитель МиГ и еще девять самолетов, оцениваются в $100 млн.

Чтобы расслабиться после работы по 80 с лишним часов в неделю, Исаакман гоняет на МиГе со сверхзвуковой скоростью и занимается альпинизмом. Прошлый Новый год он провел в Антарктике, карабкаясь на массив Винсона – стену льда и снега высотой почти 5 км в 1300 км от Южного полюса. Не дойдя 150 м до вершины, предприниматель повернул обратно из‑за обезвоживания, но поклялся повторить попытку.

Исаакман с детства гоняется за адреналином. Пока он учился в школе в тихом пригороде Фар‑Хиллз в Нью‑Джерси, его брат Майкл, который на восемь лет старше, уже покупал свой первый дом. Сестре Тиффани было 27, а самому старшему из детей в семье Исаакманов, Марку, – 30, оба работали. Джаред единственный жил с родителями, и ему не терпелось съехать. «Я всегда хотел жить как братья и сестра, а школьная жизнь меня не слишком привлекала»,– вспоминает он.

В 1998‑м вместе с Бренданом Лобером, который на два года старше, он основал фирму Decho Systems. Приятели занимались разработкой сайтов для местных компаний. Одним из первых клиентов стал оператор платежных карт Merchant Services Inc. (MSI), которому также требовалась помощь в компьютерной безопасности. Исаакман вызвался стать консультантом. Подработка вылилась в предложение о полной занятости, и в 16 лет он без тени сомнения бросил школу.

MSI зарабатывал продажей громоздких терминалов для считывания кредитных карт с магнитными полосами. Банки выдавали такие карты клиентам и ожидали, что малый бизнес начнет принимать их без чьей‑либо помощи, отдавая внедрение терминалов в аутсорсинг компаниям вроде MSI. Исаакман видел, что устанавливать терминалы сложно и дорого. Если местная пиццерия хотела начать прием оплаты кредитками, то ей пришлось бы потратить две недели, заполнить ворох бумаг и уплатить массу сборов.

«Времени в обрез. Все сводится к тому, чтобы использовать его по максимуму»

«21 год назад, чтобы установить терминал, нужно было проделать столько бумажной работы, сколько требуется на оформление коммерческой ипотеки, – вспоминает Исаакман.– Дело было трудоемким и обремененным ненужными сложностями».

Поработав в MSI полгода, он решил, что может ускорить процесс, сделать его проще и дешевле. Он уволился и в под‑ вале родительского дома основал компанию United Bank Card, предшественницу Shift4 Payments. Первым сотрудником стал его отец Дон, который вскоре уволился с поста вице‑прези‑ дента по продажам систем домашней охранной сигнали‑ зации. Используя знакомства, завязанные в MSI, и $10 000, взятые взаймы у деда, Исаакман уговорил банк выдать ему идентификационный номер, необходимый для продажи пла‑ тежных терминалов. Затем он нанял своего приятеля и соос‑ нователя Decho Лобера, который ради нового предприятия бросил учебу в Технологическом институте Рочестера.

Траектория успеха. Исаакман занимается бизнесом с 16 лет, а пилотированием реактивных самолетов – с 25. /Фото Tim Pannell/Forbes

Траектория успеха. Исаакман занимается бизнесом с 16 лет, а пилотированием реактивных самолетов – с 25. Фото Tim Pannell/Forbes

«Никто мне руки не выкручивал, – говорит Лобер, кото‑ рый отвечает в Shift4 за разработку софта для терминалов Harbortouch с сенсорными экранами.– Я не провидец, но уже тогда знал, что Исаакман– парень не промах».

Первый интернет‑бум был в разгаре, и приятели разраба‑ тывали программы, упрощавшие подключение терминалов и прием банковских карт. Дон со своими навыками продаж убеждал местные компании рискнуть и опробовать услуги стартапа под началом паренька, едва достигшего возраста, в котором разрешается получить водительские права.

«Чтобы клиенты не поняли, сколько мне лет, я почти не высовывался,– признается Исаакман.– Сидел в подвале».

В 2003‑м Джаред был еще слишком юн, чтобы ему продавали выпивку, но заработал достаточно, чтобы вернуть долг деду и расшириться за пределы Нью‑Джерси. Стартап, которому было четыре года, привлектысячи новых клиентов и открыл офис в Аризоне. Следующий прорыв случился в 2008‑м, когда компания выпустила Harbortouch – футуристичное на тот момент устройство с сенсорным экраном, сочетавшее возможности кассового аппарата и платежного терминала. «Это было за несколько лет до Square, – говорит Исаакман, скороговоркой перечисляя конкурентов, которых обошел на вираже.– Мы намного опередили всех остальных, успех был оглушительным».

Потратив годы на создание бизнеса, Исаакман чувствовал, что выгорает. Поэтому решил завести хобби и занялся авиаспортом. Сначала он научился управлять самолетами с поршневыми двигателями, но через два года захотел большего и вложил сотни летных часов в освоение реактивных самолетов. В 2009‑м, в 26‑летнем возрасте, он со второй попытки выполнил самый быстрый кругосветный перелет на легком реактивном самолете. Пролетев из Нью‑Джерси и обратно через Азорские острова и Аляску за 61 час 51 минуту, он побил прежний рекорд на 21 час. Первая попытка в 2008‑м окончилась неудачей, поскольку Исаакмана задержали власти Индии. Между перелетами бизнесмен собрал свыше $100 000 для благотворительного фонда Make‑A‑Wish Foundation.

Вскоре Исаакман узнал, что гражданским можно пилотировать боевые самолеты, если налетать достаточно часов и сдать экзамен Федерального управления гражданской авиации США. Тогда он стал учиться управлять реактивным истребителем. В 2010‑м экстремальное хобби стало для Исаакмана еще и подработкой. Он познакомился с Шоном Густафсоном, летчиком знаменитой пилотажной группы Thunderbirds ВВС США. У Густафсона был позывной Погромщик, у Исаакмана – Салага. Они основали эскадрилью воздушной акробатики Black Diamond Jet Team, которая состояла из отставных военных и опытных гражданских и выступала с номерами высшего пилотажа над стадионами на играх Национальной футбольной лиги и гоночными трассами Indy 500.

«Немногим гражданским выпадает шанс полетать на истребителе. А случаи, когда они оканчивают летную школу и получают сертификат Федерального управления гражданской авиации, и вовсе по пальцам сосчитать,– говорит Густафсон.– Это лучшее доказательство его страстного желания добиться своего».

Год спустя Исаакман и Густафсон придумали идею получше, чем воздушная акробатика. С началом финансового кризиса Пентагон перешел в режим экономии. На авиабазе Неллис под Лас‑Вегасом военные тратили миллиарды долларов на учебные бои между новичками и опытными пилотами. Снимать с боевых заданий истребители F‑16 и летчиков, чтобы отправлять их домой на учения, становилось накладно. Исаакман и Густафсон увидели в этом шанс: если убедить ВВС отдать им обучение в аутсорсинг и задействовать более дешевые в эксплуатации самолеты с отставными асами за штурвалом, можно сэкономить миллиарды. А опытные пилоты, вместо того чтобы тренировать новичков в пустыне, выполняли бы боевые задачи за рубежом. Идею подхватила большая часть пилотажной группы, и для воплощения своего плана Исаакман и Густафсон основали Draken International.

Исаакман вливал в Draken деньги на покупку десятков реактивных истребителей со всего мира и привлекал для этого небольшие инвестиции от друзей и бывших коллег. В Новой Зеландии купили легкие штурмовики Douglas A‑4 Skyhawks, в Южной Африке– Atlas Cheetahs, в Чехии– учебно‑боевые Aero L‑159. Всего собрали сотню реактивных самолетов – самый большой в мире частный парк боевых самолетов.

Авиация Военно‑морского флота США обучала своих летчиков по схожему принципу, но пробиться сквозь бюрократию ВВС оказалось куда сложнее. Чтобы получить первый контракт на небольшую учебную программу, у Draken ушло четыре года.

Скотт Потит, который семь лет прослужил командиром и летчиком‑испытателем на авиабазе Неллис и затем присоединился к Draken International как директор по развитию бизнеса, сначала воспринял затею скептически. «Я думал, у них нет шансов. Но Джаред знал, что спрос существует,– говорит он.– Зацепившись за эту возможность, он начал предоставлять услугу, которую ВВС оценили по достоинству».

Участвуя в авиашоу и скупая самолеты по всему миру, Исаакман продолжал управлять компанией по обработке платежей. «Я скупал истребители, пока другие не прибрали их к рукам,– говорит он.– Shift4 занимала куда больше моего времени».

В 2014‑м Исаакману подвернулась возможность, которую грех было упустить: его прежний работодатель MSI начал поиски покупателя. Исаакман, который 15 лет без посторонней помощи строил свой платежный сервис, продал 53,5% в нем фонду прямых инвестиций Prospect Capital за $279 млн. Из них он потратил $250 млн на покупку MSI.

MSI стал первым из семи его поглощений. В 2017‑м, когда Prospect Capital прода‑ ла свою долю нью‑йоркскому инвестфонду Searchlight Capital за $328 млн, Исаакман пу‑ стился во все тяжкие. Он поглотил троих кон‑ курентов по разработке софта для ресторанного бизнеса, получив с ними 100 000 клиентов, в том числе национальные сети быстрого питания Outback Steakhouse и Denny’s. В ноябре 2017‑го Исаакман сделал свое самое большое приобретение: он купил Shift4 Payments со штаб‑квартирой в Лас‑Вегасе. Трофеями стали бренд, который он использовал для всей своей компа‑ нии, и список престижных клиентов, включая казино Caesars Palace и организатора соревнований по гольфу PGA Tour.

Благодаря поглощению Shift4 Payments объединенная компания удвоила объем транзакций, который превысил $100 млрд в год. Маржа в индустрии обработки платежей низкая, поставщики услуг зарабатывают всего по несколько центов с каждого перечисленного доллара. Собрав под одной крышей сотни версий программного обеспечения и многочисленные платежные терминалы, Исаакман мог нацелиться на более крупных и выгодных клиентов. «Это была моя лучшая покупка,– говорит он.– Она принесла нам большую долю рынка отелей и ресторанов».

Исаакман уже был птицей высокого полета, когда заклю‑ чил самую крупную сделку для Draken. Через семь месяцев после покупки Shift4 он подписал пятилетний контракт стоимостью $280 млн на обучение летчиков на авиабазе Неллис.

Лобер не удивлен: «Исаакман достигает успеха во всем, за что бы ни взялся. Он доказал это, начиная бизнес с нуля в разных отраслях. Его можно охарактеризовать нескольки‑ ми словами: «Увидел, победил, стал лучшим».

Исаакман встретил 2020‑й миллионером и строил большие планы по выводу Shift4 на биржу. Компания отчиталась о рекордной выручке в $731 млн, но оставалась убыточной. А затем началась неожиданная и сильная турбулентность.

Ранний старт. В 19 лет Исаакман (второй справа) перевез штаб-квартиру своего бизнеса из родительского подвала в отдельный офис. С тех пор ни шагу назад. /Фото Tim Pannell/Forbes

Ранний старт. В 19 лет Исаакман (второй справа) перевез штаб-квартиру своего бизнеса из родительского подвала в отдельный офис. С тех пор ни шагу назад. Фото Tim Pannell/Forbes

18 марта Исаакман заперся в конференц‑зале с топ‑менеджерами Shift4 Payments. За две недели до этого индекс S&P 500 пережил худшее падение с 1987 года. Перспектива провести роуд‑шоу для инвесторов, которое должно было стартовать неделей позже, становилась туманнее с каждой минутой. Посреди совещания кто‑то сообщил новость: через несколько дней губернатор Пенсильвании Том Вульф собирается ввести еще более строгий карантинный режим. Это означало, что офисы Shift4 закроются.

«В голове роились мысли: вернутся ли люди в офис? – говорит.– Выживет ли кампания?» В последнюю неделю марта транзакции 125 000 ресторанов, которые обрабатывала Shift4, упали на 74% по сравнению с первой неделей февраля, а платежные операции 21 000 отелей – на 86%.

Окруженный рядами пустых письменных столов в офисе Shift4 площадью 7500 кв. м, Исаакман работал по 16 часов в будние дни и с девяти утра до пяти вечера по выходным. Чтобы помочь клиентам остаться на плаву, он на три месяца отменил комиссию за транзакции и запустил сайт по продаже подарочных сертификатов. Shift4 добавляла местным компаниям 5% к сумме покупки по сертификату. Исаакман внедрил QR‑коды для бесконтактных платежей и представил новый сервис онлайн‑заказов в ресторанах.

В мае транзакции в ресторанной отрасли выросли на 45% по сравнению с мартом. Гостиничный сектор все так же отставал. В июне компания вышла на Нью‑Йоркскую фондовую биржу, а в июле установила рекорд, обработав на 25% платежей больше, чем за тот же период 2019‑го.

После IPO рабочий день Исаакмана стал еще длиннее. Несмотря на чистый убыток $75 млн (в основном из‑за пандемии) при выручке $67 млн во втором квартале, Shift4 снова наращивает базу клиентов. В июле ее сервисом стали пользо‑ ваться команда Национальной футбольной лиги Las Vegas Raiders и ее домашний стадион Allegiant Stadium. Shift4 берет меньшую комиссию, чем главные конкуренты Elavon и FreedomPay, поэтому выглядит привлекательнее для ресторанов и отелей, экономящих каждую копейку. Бизнесмен задумал экспансию на зарубежные рынки и планирует выйти за рамки ресторанно‑гостиничной индустрии.

Когда Исаакману нужно отвлечься от напряженной работы, он отправляется домой в Монтану, где на аэродроме стоит его МиГ. Он меняет футболку с логотипом Shift4 на летный костюм и поднимается в небо. «Для меня это отдушина, что‑то вроде терапии», – признается он.

Вторая волна COVID‑19 этой зимой может вновь поставить все его начинания под угрозу, но Исаакман не переживает. «Это игра вдолгую, – говорит он. – Мир вернется к привычной жизни». 

Опубликовано в шестом номере журнала Forbes (декабрь 2020)

Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый Forbes уже в продаже

Новый Forbes уже в продаже

Рейтинг зарплат | 15 самых комфортных банков