Как Ощадбанк готовят к продаже. Глава набсовета банка Байба Апин о приватизации, проблемных кредитах и судах с Россией. Интервью /Фото из личного архива
Категория
Компании
Дата

Как Ощадбанк готовят к продаже. Глава набсовета банка Байба Апин о приватизации, проблемных кредитах и судах с Россией. Интервью

Байба Апин, глава набсовета Ощадбанка. Фото из личного архива

Глава наблюдательного совета Ощадбанка Байба Апин гордится тем, что при ней крупнейший госбанк начал переговоры о приватизации — уже в следующем году, надеется Апин, инвестором станет Европейский банк реконструкции и развития.

К этому событию «Ощад» готовился пять лет. Среди задач — избавиться от проблемного наследия времен Януковича, сократить долю клиентов-госкомпаний и усилить МСБ-направление.

Есть ли успехи? Изменения не даются легко, признает Апин. Банку пришлось столкнуться с судебными запретами прежде чем назначить СЕО Сергея Наумова, который в прошлом году пришел на смену многолетнему предправления Андрею Пышному. До сих пор топ-менеджмент «Ощада» неукомплектован: позиции руководителя рисков, ответственных за корпоративный бизнес и МСБ вакантны. Кандидатов, предложенных набсоветом, отклонил НБУ.

Апин возглавила набсовет «Ощада» в 2019-м. До этого долгое время работала в латвийской PwC. Как изменился крупнейший госбанк, когда его могут продать и на чем будет зарабатывать через пять лет? Forbes публикует сокращенную и отредактированную версию интервью главы набсовета банка.

Каковы условия получения кредита ЕБРР и конвертации его в капитал? Какая финальная цель ЕБРР: перепродать потом свою долю, подготовить банк к IPO?

По нашим планам, получение кредита ЕБРР должно произойти в 2022-ом году. Это первый шаг. Мы провели подготовительную работу: снизили долю государственных активов в кредитном портфеле и уменьшили NPL, развили услуги малому и среднему бизнесу и частным клиентам, повыcили эффективность работы банка, подготовились к вступлению в Фонд гарантирования вкладов. 

Теперь начинаем работать над условиями сделки, но детали еще не ясны – мы на старте переговоров. Сколько времени понадобится? Мы уже получили проект соглашения. Подготовка такого контракта может занять полгода, исходя из примера Укргазбанка. «Ощад» значительно больше, и это может больше затянуть процесс.

Какие планы у банка по сокращению доли «плохих кредитов»?

Согласно стратегии, до 10%. В 2022-м планируем продать права требования на 5,5 млрд грн, погасить деньгами 1,5 млрд грн и приблизительно 0,6 млрд грн списать.

За 2021 год мы снизили долю NPL с 51% до 35%. В основном за счет списания – 19 млрд грн кредитов по должникам из сектора промышленности и агробизнеса. Но это не означает, что долги прощены – мы продолжаем работы по их взысканию. Погашение кредитов – 2,3 млрд грн. И продолжили реструктуризации. Очень часто кредит лучше реструктуризировать, а не продавать, чтобы бизнес работал и приносил банку доходы.

Остается еще один инструмент, предусмотренный постановлением правительства 281, – голландский аукцион. Мы планируем один проблемный кредит выставить на такой аукцион в начале года – это по кейсу компании Укркава. В государственном банке такое будет происходить впервые. 

Голландский аукцион – это снижение цены. Раньше госбанки боялись продавать долги дешевле балансовой стоимости. Не будет к вам вопросов от правоохранителей?

Банки вообще боялись продавать долги, и голландский аукцион не обязательно дешевле балансовой стоимости. Такой риск есть. Но также есть решение правительства, позволяющее это делать. 

Почему не продали на голландском аукционе бизнес-центр Гулливер? 

У него очень крупная доля в кредитном портфеле банка. Мы разработали сценарии для этого кейса и вместе с Советом финансовой стабильности решили, что реструктуризация выгоднее. 

Что еще предусмотрено стратегией: будет ли банк менять бизнес-модель?

Мы остаемся универсальным банком, но до 2024 года должны нарастить розничный кредитный портфель более чем вдвое, портфель МСБ – почти втрое. Обязались трансформировать корпоративный портфель, чтобы в нем было больше частных компаний, а не государственных. В Украине слишком много госкомпаний – 3 400 по некоторым оценкам. Больше только в Китае – 50 000. Мы не будем «выгонять» госкомпании – их доля в портфеле снизится за счет роста других сегментов. 

По госкомпаниям тоже есть NPL?

Есть, но не много. 

Сколько госкомпаний в кредитном портфеле по доле и количеству?

Сейчас их доля в портфеле около 30%, по количеству – 25%. В 2019 году было более 35% портфеля.

Вы два с половиной года на посту. Сталкивались ли с давлением, просьбами дать кредит «нужным» компаниям?

Никто не угрожал. Если нужен кредит, мы предлагаем подать заявку, в рамках установленных процедур.

С чем связаны проблемы с назначением членов правления? Вам навязывают нужные кадры?

Мнение, кто должен у нас работать, есть у всех. Репутация банка пострадала из-за блокирования в судах назначения главы правления и финансового директора. Это были болезненные атаки на корпоративное управление в нашем банке и в Украине в целом.

Состав правления пока не укомплектован. Мы ищем руководителя рисков, ответственных за корпоративный бизнес и МСБ. По закону мы обязаны были обновить состав правления, но Нацбанк не утвердил наших кандидатов – руководителя стратегии, МСБ и CRO (Елена Малинская, Ольга Байцар и Дмитрий Буц). Руководитель корпоративного бизнеса, Алексей Волчков, уволился сам. 

Почему ваших кандидатов не утвердили? Что-то не так с репутацией?

Репутацию мы анализируем по доступной информации. Считаем, что эти требования мы выполнили.

Уже есть график взносов в Фонд гарантирования? Из-за них банк не станет убыточным?

Первый платеж — 160 млн грн. Потом мы будем платить регулярные взносы в зависимости от объема депозитной базы. Исходя из текущего размера депозитного портфеля –700-800 млн грн в год. 

Что касается прибыли, акционер поставил четкие KPI: до 2024 года мы должны нарастить возврат на капитал до 15%, а чистую прибыль – до 4,2 млрд грн. Но у нас в активах индексированные бонды, цена которых зависит от курса гривны к доллару. И это шатает наш финрезультат. Чтобы объективно оценить выполнение банком стратегии, есть два KPI касательно возврата на капитал: обычный и коммерческий, без учета бондов. В начале декабря эти показатели составили 6,9% и 27,8%, соответственно.

Убытки банка в октябре на 71 млн грн — тоже из-за индексных ОВГЗ: их негативная переоценка принесла потери на 0,8 млрд грн только за месяц. Но в ноябре мы получили прибыль, и до конца года банк будет прибыльным. За 11 месяцев банк получил 1,4 млрд грн прибыли, а потери от переоценки ОВГЗ – 4,2 млрд грн. То есть, без этих потерь банк заработал бы 5,6 млрд грн прибыли.

Может, есть смысл избавиться от этих бондов?

Была такая идея. Мы сделали расчеты, обсудили с Министерством финансов и Национальным банком. И пришли к выводу, что такая сделка приведет к убыткам обеих сторон, потому она не целесообразна. Есть два равных пакета бондов – один погашается в конце 2024 года, а второй – в 2025-2032 гг. Общий объем этих бондов – 28 млрд грн по номиналу, или более 46 млрд грн – по балансу. Это, в основном, докапитализация банка после аннексии Крыма. 

Байба Апин, глава набсовета Ощадбанка. /Фото из личного архива

Байба Апин, глава набсовета Ощадбанка. Фото из личного архива

Кстати, о Крыме. Вы оспорили решение Парижского арбитража. Каковы прогнозы? 

Кассационная жалоба банка подана в октябре 2021. Ожидаем рассмотрение и окончательное решение в следующем году.

Почему предыдущее решение было в пользу России?

Решение арбитражного трибунала было в нашу пользу, Российская Федерация оспорила решение в апелляционном суде Парижа. Окончательную точку в этом деле должен поставить Верховный суд Франции, мы уверены в нашей позиции и победе. 

Когда вы получите решение в пользу банка, как будете возвращать $1,3 млрд – взыскивать активы российских банков в Украине?

Первое, что мы получим – чувство торжества справедливости. Вместе с нашими внешними адвокатами мы уже начали думать над стратегией взыскания.

В Украине достаточно собственности РФ, чтобы взыскать эти деньги?

Мы анализируем. Надо понимать, что прошло много времени, и Россия тоже не спит.

Много ли у вас вкладчиков 200+ и не уйдут ли они в другие банки, когда вы станете участником Фонда гарантирования?

Мы работаем с ними. Объем депозитов 200+ в нашем банке – 70 млрд грн. Это 15% вкладчиков и 68% депозитного портфеля. История с Фондом гарантирования длится очень долго, и они давно ушли бы, если бы захотели.

Сколько сейчас всего клиентов в «Ощаде» – корпоративных и розничных?

Всего у нас 7 млн клиентов, из которых более 200 000 – МСБ. И около 4 000 корпоративных. 

Какой бизнес ключевой для «Ощада»? 

Пока самым прибыльным остается корпоративный кредитный портфель. Но мы продолжаем развиваться как универсальный банк.

Ваши личные KPI?

Подготовить банк к приватизации.

Почему так затянулся этот процесс? Первый меморандум с ЕБРР был подписан еще в 2016 году.

Серьезная работа по снижению доли госструктур в портфеле банка началась только несколько лет назад.

Каким будет «Ощад» через пять лет?

Останется универсальным банком. ЕБРР будет нашим акционером. Может, будут и другие частные акционеры. Сеть останется, но она будет работать по-другому – все транзакции перейдут в диджитал. Банк будет функционировать без бумаг и использовать Big data. Портфель будет расти, а NPL – нет. 

Материалы по теме
Новый Forbes уже в продаже

Новый Forbes уже в продаже

Инвестгид на 2022-й год, Семёнов и его телеканалы, цифровая Украина | Рейтинг работодателей