«Мы готовились». Как работает во время войны один из самых больших производителей товаров для гигиены Украины. Интервью с совладельцем «Биосферы» /Фото Александр Чекменев
Категория
Компании
Дата

«Мы готовились». Как работает во время войны один из самых больших производителей товаров для гигиены Украины. Интервью с совладельцем «Биосферы»

Александр Чекменев

Украинский производитель и дистрибьютор товаров для дома и личной гигиены «Биосфера» с начала войны остановил производство всего на один день. У компании три завода в Украине и более десяти собственных брендов («Фрекен БОК», Smile, Novita, Vortex, Bambik). По словам совладельца «Биосферы» Андрея Здесенко, компания готовилась к войне и разработала план наперед. Как ей удается работать во время войны?

Предприятие работает? Оно не останавливалось ни на минуту?

Остановилось в начале войны. На один день.

Когда вы узнали о войне?

Меня разбудил мой охранник и сказал, что началось. Но дело в том, что у меня было ясное предчувствие начала войны.

И мы даже в Inspira (это объединение бизнесменов Днепра) создали клуб Inspirа – «Безопасность». И за неделю до войны мы встретились, собрались. У нас был брейншторминг по поводу того, что нужно делать. Какие будут сложности: бензин, связь, мародерство, безопасность. То есть, мы начали готовиться за неделю.

В этот вечер, 23 числа, я попросил охрану полностью отработать вопрос бомбоубежища в частном доме. Я подготовил свои вещи и в 5:30 мне позвонил охранник и сказал, что война началась.

Днепр сразу попал под удар. Был разбомблен аэропорт и несколько военных складов.

Мы этого ждали и мы готовились. Мы подготовили бомбоубежища. Мы подготовили все для этого моменты, которые были нужны для защиты людей. Поэтому не было паники, а было понимание того, что делать, как делать: а где это брать, а где это. Все было готово.

Самой большой ценностью были люди, потому что производство – большой комплекс цехов, логистика. Мы полностью обесточили производство, увели людей в бомбоубежища, потом поехали по домам.

Мы до этого несколько дней проводили учения по тому, кто, что и как отключает.

Люди пошли в бомбоубежища, потом пошли по домам. А мы со штабом по безопасности начали курировать все вопросы: где люди, все ли живы, где по Украине, где кто перемещается. У нас не было паники, мы были достаточно подготовлены к войне, в которую никто не верил.

В штабе – служба безопасности «Биосферы», HR, финансовая служба.

Вы заранее подготовились. Что это было – предчувствие, интуиция?

Это была интуиция, предчувствие. Это была сверхответственность за компанию. Я это понимал. Поэтому мы сделали эти все приготовления, эти инвестиции, которые сейчас здорово выручают.

Сколько у вас в компании работает людей?

Больше двух тысяч. Я вывез центральный офис за территорию Днепра, потому что мы работаем и на зарубежном рынке. Сформировал дублирующую команду. Она находится в более безопасном месте.

Какой день был самым тяжелым для вас за эти две недели?

Для меня был самый тяжелый день, когда разбомбили роддом в Мариуполе. И детскую больницу.

Это зверство. Это бесчеловечно. И, когда видишь такое, опускаются руки. Шоком является давление и угроза терактов на атомных станциях. Против такого аргумента и такого стрессового фактора очень сложно что-то противопоставить. Я знаю, что у некоторых моих друзей-бизнесменов разбомблены, разрушены производственные и складские мощности, которые создавались годами. Можно сказать – потеряно все. Каждый день – самый тяжелый день.

Что сейчас самое сложное для вашего бизнеса?

Страх людей и то, что люди уходят воевать. То есть люди и их безопасность. Второе – логистика. Сейчас практически невозможно найти фуры для развозки продукции. Те, кто имеет собственные, как-то справляются. Мы эффективная компания – мы себе фуры не покупали. Третье – наличие сырья. Сейчас внесли наши коды в критический импорт, для подгузников, влажных салфеток. Потому что это важно, как никогда.

Три момента: безопасность людей и их защита, чтобы люди выходили на работу. Их наличие, мобилизация. Потому что если золотые специалисты будут уходить, просто остановиться экономика.

И в том числе водители – они боятся ездить, чтобы не забрали фуры и их не призвали. И это будет коллапс логистики.

И четвертое – это отсутствие возможности покупать сырье. Я не говорю уже об уничтожении.

Сократили ли ассортимент?

Сократили. У нас был большой ассортимент для мирной жизни. Мы сейчас считаем, что у нас должен базовый ассортимент продукции. Многие сети заказывали свои марки, мы не можем производить весь спектр. Просто нет сырья или этикетки, всего.

Важнейший вопрос – это неплатежи. На сегодняшний момент розничные сети, за исключением АТБ, не платят деньги. То есть производитель не получает деньги, не имея возможности содержать своих сотрудников. У сетей есть приток денег. Да, мы все в одной лодке. Но они нам не платят. Нам не за что покупать сырье и нечего платить людям.

Если сети сейчас не начнут платить украинским производителям, у нас через месяц не останется производств.

Позиция сетей такая – если вы нам не даёте товар с отсрочкой в 80 дней, мы переходим к другим производителям. Нет других. Очень много мелких производителей закрыты.

Делать продукцию могут только крупные производители. А нам говорят – ну идите. А что дальше будет?

Я так понимаю, что сети сейчас аккумулируют свою выручку, высасывая все товары, которые есть в Украине, и не платя производителям. Но мы получим гигантскую гуманитарную дыру, которую нужно будет заполнить гуманитарным грузом.

Материалы по теме