2014 год. Мобилизация | История украинского бизнеса /Фото из личного архива
Категория
30 лет украинского бизнеса
Дата

2014 год. Мобилизация | История украинского бизнеса

Сергей Позняк ушел на фронт, чтобы не пустить войну в Киев. Фото из личного архива

30 лет украинского бизнеса. Какими мы были, как стали теми, кто мы есть, — Forbes рассказывает о том, как из руин советского строя прорастали инициатива, изобретательность, деловая хватка украинских предпринимателей. Один год — одна история, один урок. 2014 год

Харьковское шоссе, раннее утро. Полицейский патруль останавливает Porsche c донецкими номерами. За рулем – военный в потертом камуфляже. 

– Можно документы на машину? – осторожно спрашивает патрульный.

Разведчик Александр Сантик спокойно протягивает техпаспорт. Он понимает: полицейские заподозрили, что дорогая машина «отжата» у кого-то на Донбассе. 

Документы подтвердили: владелец именно Сантик. До войны он неплохо зарабатывал. Его предприятия в Донецке производили бронированные двери, обрабатывали металл, импортировали фурнитуру. Ежемесячно его фирма выпускала около 900 дверей. Сантик не хочет говорить про обороты своих прошлых бизнесов, но если предположить, что его двери стоили в среднем $500, то только это направление приносило ему $5,4 млн в год. 

С началом оккупации цеха Сантика разграбили. Он хорошо знал местность и добровольцем пошел в разведку. Сначала был в Нацгвардии, потом перешел в армию. Воевал два года, до конца 2015-го.

Через волны мобилизации, начавшиеся в 2014–2015 годах, в Украине прошли 210 000 человек. Один из них – киевлянин Игорь Мельник, 44. До войны он совмещал работу адвоката с управлением фермой «Лоретта Агро», которая выращивала зерновые на 800 га. «Про бизнес думать не хотелось, была важна безопасность страны и семьи», – вспоминает он. Военного опыта у него не было, учился по ходу службы в 95-й десантно-штурмовой бригаде. 

«Я понял: если мы не упремся, то все, – говорит другой бизнесмен Сергей Позняк, 47, – один спрячется, другой подумает – пусть профессиональный военный идет, то эта волна дойдет до Киева. Нужно встать плечом к плечу». Позняку принадлежат автоломбард Cronvest и финансовая компания FinStream, которая специализируется на P2P-кредитовании – привлекает средства состоятельных клиентов и выдает их владельцам небольших бизнесов под залог.

Позняк, который пошел на войну добровольцем, водил БТР в батальоне Кульчицкого. За год, что его не было, бизнес «ужался» почти вполовину. Менеджеры не справлялись без собственника. Но он ни о чем не жалеет. Наделав ошибок, его топы сами их исправили и научились обходиться без сильного плеча владельца. «Сформировалась команда, за которой не нужно следить на каждом шагу, – рассказывает бизнесмен. – Таким образом я вышел из операционки». 

В блиндажах Позняк доработал свою старую идею – венчурный фонд по финансированию малого и среднего бизнеса. «Днем или ночью выезды, а между ними я сидел и паял эту программу, опрашивал людей, переписывался с сотрудниками», – рассказывает он. Первым проектом, который в 2017-м профинансировал FinStream, стал «Ветерано» – киевская пиццерия атошника Леонида Остальцева. «Возможностей для финансирования было мало, а его компания выручала всегда, – рассказывает Остальцев. – Если в банке нужно долго ждать, то у Сергея – сдал документы и через день-два получил деньги». 

Остальцев брал кредиты у FinStream шесть раз. Всего в ветеранские бизнесы Позняк вложил около $1 млн. Работать с ветеранами ему нравится. «Они обязательные: понимают, что такое взаимодействие, и не понимают, что такое рабочее время – колбасят, пока не выполнят боевую задачу», – говорит он. В поддержке бывших военных Позняк видит и социальную миссию – поддерживать парней, вернувшихся с войны.

Александр Мартыненко, 44, вернулся с фронта в 2015-м. Служил в батальоне «Донбасс». В его компании «Ветераны плюс», которая строит десяток коттеджей в год, работают в основном атошники. «Первые год-полтора после войны – самые тяжелые, – объясняет он. – Очень трудно, когда нет реализации, поэтому ветерану важно много работать». В том, что занимается стройкой, Мартыненко видит особый смысл. «Там мы разрушали, тут – созидаем», – говорит он. До войны он занимался деревообработкой в Черниговской области, но бросил это дело еще при Януковиче. Говорит, взятки требовали такие, что продолжать бизнес было бессмысленно.

После фронта Мельник с головой ушел в фермерство. «Я погрузил руки в землю и почувствовал прилив энергии», – говорит он. Его хозяйство выросло в три раза, до 2400 га. 

Сантик, 42, начал с нуля. Его «Лаборатория дверей 4.5.0» делает бронированные двери в Калиновке под Киевом. У него один сотрудник, выпуск – 10–15 изделий в месяц. 

Время героев – рождение «Аякса»

До 2014 года мы не думали о том, что можем работать на Западе или во всем мире. Мы хотели развивать бизнес в Украине, а потом пойти, например, в Россию или Казахстан. Даже Польша была суперэкзотикой. 

Когда захватили Крым, пронзила мысль, что мы абсолютно не защищены, если географически не диверсифицированы. Нужно становиться глобальным, если я хочу адекватной судьбы для себя, своей семьи, своей команды и их семей. 

Если бы стресса 2014-го не было, то «Аякса» в нынешнем виде просто не существовало бы. Это была реакция на кризис, на стресс, на то, что можно потерять все.

Александр Конотопский, основатель компании Ajax

Материалы по теме
Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый Forbes уже в продаже

Новый Forbes уже в продаже

Рейтинг зарплат | 15 самых комфортных банков