Категория
Картина дня
Дата

Нассим Талеб о хрупкости, антихрупкости и падении великих империй. Лекция

«Украина сейчас испытывает страшный шок. Но после него обязательно будет посттравматический рост». Лекция американско-ливанского экономиста, философа и литератора Насима Талеба при поддержке Киевской школы экономики (KSE)

Мое детство прошло во время войны в Ливане – я знаю, как это ощущается, и знаю, что больше всего вы хотите возвращения к нормальной жизни. Я желаю вам удачи, мое сердце с вами.

Я был одним из первых, кто начал бойкотировать Россию после ее вторжения. Сегодня я должен был читать лекцию в Красноярске. В тот момент, когда агрессия началась, я сказал: «Нет, капут».

Я действительно верю, что люди имеют право сами решать свою судьбу.

Исследованиями я начал заниматься после завершения карьеры трейдера. И первая идея, которая пришла ко мне после ухода на пенсию, – это концепт хрупкости и антихрупкости. Подавляющее большинство моих исследований фокусируется на редкостных и маловероятных событиях. Если вы возьмете акции 100 000 разных технологических компаний, какие только существовали в природе, – вы увидите, что только 4-5 из них приносят половину от всей прибыли инвесторов. Самый богатый человек Америки богаче 3 млрд беднейших людей в мире. Такие успешные компании и такие богатые люди – это редкость. Редкие кейсы нуждаются в отдельном анализе, и это именно то, на чем я фокусируюсь в своих исследованиях.

Поэтому я и занимаюсь исследованиями пандемий, ведь пандемии вызваны редкими событиями. И, конечно, исследованиями войн. Люди не могут поверить в то, что мир не становится безопаснее. Я говорю – хорошо, но большая война – это редкое событие. Поэтому тебе нужна значительно большая выборка, тебе нужно еще 100-200 лет, чтобы действительно убедиться, стал ли мир безопаснее.

Когда я перестал быть трейдером, первая идея, которая пришла ко мне, это идея хрупкости. Идея пришла, когда я смотрел на кофейную чашку. Я сказал – сейчас я знаю, почему чашка – хрупкая. Почему она хрупкая? Потому что у нее нелинейная реакция на шоки.

Для хрупких объектов вред от шоков нарастает вместе с силой шоков. До того момента, пока объект не ломается. Для хрупких объектов среднее значение не играет никакой роли. Ты можешь ударить по этой кофейной чашке с условной силой 30 килоньютонов хоть десять раз, она не сломается. Зато один шок с силой 34 килоньютона ее разобьет. Среднее значение не играет никакой роли, когда у вас есть порог. До этого порога ничего не происходит. После – происходит многое. Отсюда и приходит концепция нелинейности. Небольшие шоки не играют никакой роли или даже наоборот, они помогают вам. Большие шоки влияют диспропорционально сильно.

Средние значения не играют роли. Что важно – это распределение вокруг среднего, в каких пределах совершаются колебания. В английском языке есть прекрасная поговорка: «Не переходите реку со средней глубиной в полтора метра».

Часть моей работы как трейдера на бирже – понимать, что есть компании, которые кажутся чрезвычайно стабильными при небольших стрессах. Большие шоки отражаются на них сильно, диспропорционально сильно.

Прекрасный пример из природы. Возьмем слона и мышь. Слон – более эффективен, его сердечный ритм – около 40 ударов в минуту, у мыши – 250 ударов в минуту. Слон живет 50–60–70 лет, мышь – несколько лет. Кто-то подумает, что лучше быть слоном, а не мышью. Нет. Если слона толкнуть и он упадет – он сломает себе ногу, и на этом все закончится. Но этого не произойдет с мышью. Их ноги диспропорциональны. Когда организмы увеличиваются, ноги увеличиваются не пропорционально по отношению ко всему телу.

Этот пример иллюстрирует падение великих империй. Большие централизованные империи. Они не могут терпеть шоки так же, как страны поменьше. Высокая башня более хрупкая, чем небольшие дома. Поэтому она требует больших затрат на укрепление.

Как трейдер, я хотел бы иметь акции, которые приносили бы мне $80 в половине случаев и $120 в другой половине случаев, чем постоянно получать $100 долларов. Это подтверждают также примеры из медицины. Во время COVID-19 широко известны стали аппараты искусственного дыхания, вентиляторы легких. Когда вентиляторы только исследовались, ученые узнали, что если вы поставляете 100% нужного кислорода – доля выживших будет невысокой. В свою очередь, ты можешь улучшить долю выживших, если половину времени ты будешь подавать 80% от необходимого кислорода, а другую половину – 120%. Это и есть нелинейность к неопределенности. Если ты реагируешь на неопределенность нелинейно – ты антихрупкий. И наоборот.

Продолжая медицинскую тему. Большинство вещей в медицине можно описать с подобной кривой. Первая часть этой кривой – выпуклая. Вторая – вогнутая. Если мы возьмем шоколад, например, то первые куски шоколада, на выпуклой части кривой, они очень вкусные. Но чем дольше мы едим, тем больше мы насыщаемся и тем меньше позитива в каждом последующем кусочке. Мы на вогнутой части кривой. И если ты будешь продолжать есть этот шоколад, ты не просто насытишься, ты умрешь, ведь когда шоколада слишком много, он становится ядом. Для того чтобы быть антихрупким, ты должен быть не просто нелинейным, но и на выпуклой части кривой.

Если ты хочешь быть антихрупким, ты должен любить волатильность и в определенной степени шоки. Если ты антихрупок, то в прошлом ты уже подготовился к шоку. Это то, почему мы должны заниматься спортом. Наши мышцы – они не растут только от питания, они растут от стресса. До определенного предела ты нагружаешь свои мышцы и становишься сильнее.

Когда я писал «Антихрупкость», начали появляться новые исследования сердечного ритма. Лучший предиктор скорой смерти – слишком стабильный сердечный ритм. Это значит, что ты не можешь правильно реагировать на окружающие условия. Мы адаптируемся. На данный момент я бледный, но если я поеду на Средиземное море, у меня будет хороший загар. И я буду лучше защищен от солнца. Но я не могу загореть прямо по своему желанию. Мы реагируем на окружающую среду.

Есть большая ошибка, с которой я борюсь всю свою жизнь, особенно – что касается финансов. Люди полагают, что снижение вариативности уменьшает риски. Но нет. Ты не можешь снизить риск из-за меньшей вариативности. Ты можешь снизить риск, если уменьшишь риск редких событий и примешь долю вариативности, которая идет только на пользу.

Это именно та причина, почему плановая экономика не может работать так же хорошо, как свободная экономика. Свободная экономика допускает вариативность. Америка имеет один из самых высоких показателей банкротств в мире. При этом американская экономика наиболее динамична, и люди скорее будут жить в Америке, чем в Китае или Советском Союзе, или России. В Америке есть определенный беспорядок (disorder), но этот беспорядок – к лучшему. Самая высокая доля банкротств в Америке – в секторе технологий, наиболее динамичном секторе. Стабильность не особенно работает.

Всю свою жизнь за пределами Ливии я слышу о ПТСР (посттравматическом стрессовом расстройстве). О чем вы говорите? Я видел войны, и я уверен, что это сделало меня лучше. Кроме посттравматического расстройства есть и посттравматический рост. Конечно, стрессовые события могут тебя сломать. Многие получают ПТСР. Но плохие события до определенного предела могут приводить к вашему росту. Психологи не говорят о посттравматическом росте, никто не зарабатывает денег на лечении посттравматического роста.

Когда я очень болен, я не иду к врачу. Я иду к четырем врачам. И наоборот, если я немного болен, я не иду к врачу вообще.

Если мы посмотрим на историю цивилизации и государства, то небольшая порция стресса помогла многим развиваться лучше. Следует обращать этот стресс себе на пользу. Если мы возьмем одну из наиболее успешных стран в истории, Сингапур, то у нее нет никаких ресурсов. У финикийцев не было никаких ресурсов, поэтому они становились купцами и посредниками. Дальше одно цепляет за собой другое, и вы выбираетесь из летаргического состояния. С другой стороны, у нас есть пример Саудовской Аравии. У них много ресурсов, но что они с ними сделали по сравнению с Сингапуром? Учитывая историю, лучше быть небольшим и лучше вообще не иметь ресурсов.

Иногда немного хаоса компании не вредит, а наоборот, помогает становиться лучше. Иногда компании даже сами создают хаос. В общем, самый верный предиктор скорого банкротства компании – равномерный заработок. Это значит, что они не адаптируются к среде, как при стабильном сердцебиении.

На индивидуальном уровне: если у вас стабильная зарплата, она вас уничтожает. Если взять двух братьев, которые зарабатывают одинаково, но у одного стабильная зарплата, а второй – предприниматель, то второй будет значительно более устойчивым.

Если же у хедж-фонда стабильный и равномерный заработок, это предиктор банкротства. Это индикатор того, что фонд имеет скрытые риски.

Эволюция – король адаптивности. Если организм сам воспроизводится и потомки идентичны родителям, этот организм долго не просуществует, поскольку среда меняется. Если же в процессе воспроизведения есть мутации и ошибки, на свет появляются организмы, которые немного отличаются от предков, такие организмы выживут. Если мутация не работает, ну и что. Если организм от нее выигрывает, организму лучше. Лучший выход – совершать маленькие ошибки, но не слишком много. Если будет слишком много вариаций, вы не сможете сохранить плюсы прошлых адаптаций.

Как работать с неопределенностью? Я называю этот метод «антихрупкие выигрыши». Такие выигрыши, в которых потери невелики, а выигрыши значительны.

Колесо было открыто 6000 лет назад. Но я хорошо помню времена, когда я должен был нести чемоданы в руках, потому что у них не было колес. Поверьте мне, это неприятно. Тебе нужна тележка, ты не можешь найти тележку, а когда находишь, тебе нужен доллар, и это все никогда не работает, как надо. Добавить колеса к чемодану заняло 6000 лет. Представить новое использование старых технологий сложно. Если взять пирамиды в Центральной Америке, они строились без использования колес. У них были колеса, но они их использовали только в игрушках. Наше воображение недостаточно хорошее, чтобы разобраться, что происходит. Но если у тебя антихрупкие выигрыши, ты можешь экспериментировать. Да, ты будешь проигрывать. Но когда ты будешь в выигрыше, это перекроет твои потери. И тебе не нужно быть правым в половине случаев. Ты можешь быть прав только один раз из ста.

Я знаю, что вы сейчас переживаете трудные времена. Не забывайте о посттравматическом росте, это вас ободрит.

Полное видео интервью, состоявшееся при поддержке Киевской школы экономики (KSE) в рамках проекта #GlobalMinds4Ukraine, смотрите здесь.

#GlobalMinds4Ukraine – проект KSE по культурной дипломатии. В рамках проекта наиболее влиятельные интеллектуалы мира выступают с лекциями в поддержку Украины.

Материалы по теме