Соучредитель PayPal Inc. Макс Левчин на фестивале South By Southwest (SXSW) в Техасе в 2016-м /Getty Images
Категория
Жизнь
Дата

Путь Макса Левчина к Пало-Альто. Эмиграция, обучение и первые провальные стартапы миллиардера – в отрывке из книги «Основатели. История создания PayPal»

Соучредитель PayPal Inc. Макс Левчин на фестивале South By Southwest (SXSW) в Техасе в 2016-м Фото Getty Images

Какой фильм американский миллиардер украинского происхождения и соучредитель PayPal Макс Левчин называет единственным источником своей управленческой подготовки? Почему его первые стартапы не были успешными и как Левчин научился делать не только функциональные, но и крутые программы – в отрывке из книги «Основатели. История создания PayPal и Кремниевой долины», вышедшей на украинском языке в издательстве Vivat в 2023 году

Інвестувати? Почекати? Продавати? Війна змінює все, крім обов’язку лідера приймати виважені рішення. Вже 30 травня 40+ спікерів поділяться досвідом на Першій щорічній конференції про фінанси, інвестиції та економічне зростання. Купуйте квиток за посиланням.

Книга писателя Джимми Сони об истории PayPal начинается воспоминаниями о трехчасовом интервью с Илоном Маском о старте компании. Но он не единственный ее наследник. «Выходцы из PayPal – одна из самых влиятельных и успешных сетей из когда-либо созданных, могущество и вес которой передает несколько противоречивая фраза «пейпейловская мафия», – описывает Сони. Из рядов компании вышли миллиардеры и мультимиллионеры, а общее состояние этой группы превышает ВВП Новой Зеландии, добавляет автор.

Но началось все с трагедии – Чернобыльской катастрофы, которая произошла в тысяче километров от Кремниевой долины, основной арены событий из этой истории. Авария познакомила одного из будущих основателей PayPal – Макса Левчина – с компьютерами и программированием.

Как это было?

Путь Макса Левчина к Пало-Альто. Эмиграция, обучение и первые провальные стартапы миллиардера – в отрывке из книги «Основатели. История создания PayPal» /Фото 1

«Основатели. История создания PayPal и Кремниевой долины» автора Джимми Сони

– Когда взорвался Чернобыль, Максимилиану «Максу» Рафаиловичу Левчину было 10 лет, он спал за полторы сотни километров оттуда. В первые тревожные мгновения родители вывезли его с братом на поезде. Во время поездки его проверили на радиацию счетчиком Гейгера – и аппарат подал сигнал тревоги. Виноватым в радиации был шип розы, застрявший в его обуви, но ненадолго он запаниковал от мысли о возможной ампутации ноги.

Чернобыльская авария повлияла на всю семью Левчина, в частности, его мать Эльвину Зельцман. Она была физиком и работала в радиологической лаборатории Института пищевых технологий. После Чернобыля, когда с севера Украины начали поступать радиоактивные продукты питания, количество ее обязанностей возросло – как и срочность работы.

Советское правительство выделило для кабинета Эльвины два компьютера: советский ДВК-2 и восточногерманский Robotron PC 1715. Время от времени Левчин сопровождал мать на работу и обратил внимание на Robotron. На нем был установлен компилятор языка программирования Паскаль – программа, превращавшая введенный человеком код в машинные команды. Также в коробке лежала инструкция к пиратской программе Turbo Pascal версия 3.0, которая объясняла, как использовать компилятор. Такие тексты были редкостью в Советском Союзе, и для Левчина эта инструкция стала настоящей находкой.

Вскоре Левчин научился писать простые программы. Раньше он стремился стать учителем математики, но теперь хвастался, что, когда вырастет, будет программировать компьютеры.

Левчин наслаждался своими первыми кодами и играми, но компьютеры там были не для развлечения. Они были предназначены помочь Эльвине регистрировать радиацию в советских продуктах питания. Женщина видела, что технические навыки сына превосходят ее собственные, поэтому начала брать его с собой на работу и заключила с ним соглашение: компьютеры будут полностью в его распоряжении сразу после выполнения ее задач.

Это оставляло Левчину немного времени для кодирования на досуге. Чтобы сэкономить драгоценное время работы на Robotron, он разработал свою систему – написание кода карандашом на бумаге. В парке у дома его семьи он очерчивал и редактировал свои программы от руки. А когда мамины задачи были выполнены, Левчин переносил содержимое блокнота в компьютер.

Не искать легкие пути было семейной традицией Левчина. Как евреи, жившие в антисемитском государстве, они должны были работать вдвое больше и сталкивались с препятствиями, которых другие не знали. Однажды утром отец Левчина проснулся и нашел звезду Давида, нарисованную на их входной двери. Они говорили сыну, что из-за его религии стать отличником в школе будет единственным шансом поступить в хороший университет.

Несмотря на все преграды, семья многого добилась, а возглавляла этот путь бабушка Левчина по материнской линии. Доктор Фрима Иосифовна Лукацкая была маленькой силой природы, которая получила диплом по астрофизике и работала в Киеве в Главной астрономической обсерватории АН УССР. Для Левчина бабушка была воплощением силы духа – женщина, ликовавшая в области, где господствовали мужчины, и еврейка, добившаяся успеха в недружественной стране. В год рождения Макса у Лукацкой диагностировали редкую и агрессивную форму рака груди. «Она фактически сказала: «Я не могу умереть. У меня здесь внук». Так что она заставила себя прожить еще 25 лет», – вспоминает Левчин.

Путь Макса Левчина к Пало-Альто. Эмиграция, обучение и первые провальные стартапы миллиардера – в отрывке из книги «Основатели. История создания PayPal» /Фото 2

Макс Левчин на телевизионном интервью Bloomberg Technology в 2018 году

В начале 1980-х годов, когда Левчин был подростком, советская экономика была уже в свободном падении, а политбюро – в панике. Семья подозревала, что КГБ следило за отцом Левчина, и была большая вероятность, что рано или поздно он может исчезнуть.

Лукацкая обратилась за финансированием в агентство по помощи еврейским беженцам и договорилась, что Левчины эмигрируют в Америку. Отъезд семьи держали в полной тайне.

Семья отправилась в аэропорт, таща за собой пожитки. Несмотря на прекрасную июльскую погоду, Левчины прибыли в терминал, закутанные в длинные зимние пальто, чтобы избежать их декларации. После финального разговора с советским пограничником (недвусмысленно напомнившим, что их эмиграция окончательная) они сели на свой рейс в Соединенные Штаты.

Закутанные в пальто, Левчины высадились в Чикагском международном аэропорту имени О’Хары 18 июля 1991 года, за день до того, как город накрыла безумная жара. За копейки они продали свои пальто подпольному торговцу. Но даже та мелочь была совсем не лишней. Перед самым отъездом из Украины курс советского рубля резко упал, что уменьшило сбережения семьи с нескольких тысяч до нескольких сотен долларов.

Переезд в Соединенные Штаты для Левчина, которому только исполнилось 16, был первым шагом эпического квеста – и началом большого происшествия. Он хотел получить подтверждение выписки из его украинской школы от Чикагского управления образования. Вместо того чтобы просить о помощи родителей, он самостоятельно сел на городской автобус, чтобы осуществить задуманное. Однако он вышел не на той остановке и оказался среди жилого массива Кабрини-Грин, одного из самых опасных тогда кварталов города.

Язык и культура были новые, но одно оставалось неизменным – любовь Левчина ко всему компьютерному. В Америке он наконец-то получил машину в собственное пользование. Это был подарок от родственника, и у него было подключение к интернету. Вскоре Левчина поглотила всемирная паутина, где он отыскал форумы, полные родственных ему цифровых душ.

Он нашел их на занятиях. В школе Стивена Тинга Мазера Левчин присоединился к шахматному клубу, помогал руководить компьютерным клубом и играл на кларнете в школьной группе вместе с другом, а позже коллегой в PayPal Эриком Кляйном, игравшим на тромбоне.

Левчин имел отличные результаты по математике и биологии, поэтому, когда была пора подавать документы в университет, он подошел к школьной методистке, преисполненный амбиций: Левчин хотел поступить в МТИ. «Я сказал: «Я очень хочу попасть в МТИ. Вы должны отправить меня в МТИ». А она такая: «Что еще, черт возьми, за МТИ?».

Левчин, конечно, имел в виду Массачусетский технологический институт, но в Америке его знали под другой аббревиатурой. Поэтому методистка порекомендовала ему обратиться в расположенный неподалеку Иллинойский университет в Урбана-Шампейн. Здесь тоже была проблема: срок подачи туда документов Левчин уже упустил. Впрочем, когда он внимательнее изучил требования, то заметил, что дедлайн для иностранных студентов еще не прошел. Под таким предлогом его приняли.

Прием Макса Левчина на обучение в Иллинойский университет стал счастливым стечением обстоятельств: перспективный, энергичный инженер попал в один из компьютерных эпицентров мира. Для первокурсника Макса Левчина компьютерные триумфы университета были ощутимы, но в то время он искал того, чего хотят все новые студенты колледжа: принадлежности и развлечения. И то, и другое он нашел в кампусе Квод-Дэй. Левчин заметил группу людей, имевших все признаки ботанов и стоявших у компьютера с картонной коробкой у монитора. Коробка прикрывала экран от солнца и сигнализировала будущим членам Ассоциации вычислительных машин (ACM), что солнечный свет не будет мешать экранному времени.

Основанное в середине 1960-х годов отделение ACM ИУУШ быстро стало хабом для всего вычислительного в кампусе и фактически домом для поколений студентов-компьютерщиков. На время прибытия Левчина в кампус разные группы по интересам ACM занимались всем: от расширения сетевых возможностей до иммерсивной виртуальной реальности. «Я видел целые факультеты информатики, – хвастался один из членов ACM, – с меньшими компьютерными мощностями, чем в одном нашем представительстве».

Левчин чувствовал себя здесь дома и вскоре уже жил в представительстве ACM в Цифровой компьютерной лаборатории (DCL) больше, чем в своей комнате общежития в Блейсделл-холл. В ACM Левчин также встретил двух старшекурсников, позже сыгравших центральные роли в его жизни и в PayPal: Люка Носека и Скотта Бенистера. Они познакомились, когда Носек с Бенистером однажды посетили представительство ACM поздно вечером. Посетители наткнулись на Левчина за клавиатурой, он почти не замечал их присутствия.

– Над чем работаешь? – спросил Носек.

– Делаю симулятор взрыва, – сказал Левчин.

– Но что он будет делать? Какова будет его цель? – спросил Бенистер.

– Что ты имеешь в виду? Он просто хорош, – ответил Левчин. – Он в реальном времени и каждый раз вычисляет заново случайный взрыв.

– Ладно, но зачем? – спросил Носек.

– Не знаю. Разве он не классный? – сказал Левчин.

– Сейчас вечер пятницы. Тебе нигде не нужно быть? – поинтересовался Бенистер.

– Нет… Я люблю это. А вам нигде не нужно быть? – парировал Левчин.

– Мы собираемся создать компанию. Ты должен пойти с нами, – ответил Носек.

Как и Левчин, Люк Носек вырос в бежавшей от коммунизма иммигрантской семье. Родом из Польши, он приехал в Соединенные Штаты в 1970-х годах.

Носек обладал блестящим умом, склонностью к технике и любовью к учебе, но считал школу удушающей. Он выбрал ИУУШ, потому что туда было проще поступить, но ушел оттуда задолго до того, как формальное образование снова развеяло его иллюзии.

Он искал других с подобными мыслями и вскоре нашел ACM, члены которой объединяли бунтарство с творчеством, производили инновационные прототипы и проводили нишевые эксперименты.

Один из этих экспериментов касался создания онлайн-автомата для напитков в представительстве ACM. Автомат прозвали «Кофеин», и, согласно бюллетеню факультета информатики, члены АСМ установили микроконтроллер на винтажный торговый автомат Dr. Pepper и подключили его к интернету так, чтобы студенты могли покупать напитки, проводя своими студенческими».

Носек и другие члены АСМ гордились этим умным автоматом – одновременно идеей и сложностью ее воплощения. «Влезть в торговый автомат и подключить его к интернету было очень сложно, – отмечает Носек. – За то время, что нам для этого понадобилось, мы, наверное, могли бы создать eBay».

Путь Макса Левчина к Пало-Альто. Эмиграция, обучение и первые провальные стартапы миллиардера – в отрывке из книги «Основатели. История создания PayPal» /Фото 3

Левчин в Калифорнии в 2009-м. Его стартапу Slide, разрабатывавшему сервис удобного отображения большого количества фотографий, тогда было пять лет

Прежде чем они познакомились с Левчиным, ACM также свела Носека со Скоттом Бенистером. Бенистер станет первым из их троицы, кто отправится в Кремниевую долину, первым, кто продаст стартап и инвестирует в первое воплощение PayPal, а затем станет членом совета основателей.

Лишенный предрассудков, настойчивый, мягкоголосый и с «прической, как у Иисуса», Бенистер стал для Носека с Левчиным указателем, они втроем быстро подружились и начали работать вместе. Первым их общим проектом была футболка для Инженерного дня открытых дверей 1995 года. Изготовление чего-то незначительного сплотило эту троицу и дало им уверенность, что однажды они смогут создать что-нибудь большое.

Когда они познакомились поближе, Носек с Бенистером провели для Левчина ускоренный курс либертарианства. Вместе они пытались вдохновить своими идеями Левчина, убедить его посещать различные либертарианские события и читать книги типа «Источника» Айн Рэнд и «Пути и дороги к рабствузависимости» Фридриха Хайека.

Цариной Левчина была программная инженерия. Бенистер однажды попытался написать собственный код Перлом – грубоватым языком программирования, который полушутя называли «интернетовским скотчем». Левчин был в ужасе. «Со своей стороны Бенистер был рад доверить Левчину написание кода. «Макс – тот человек, который убедил меня не стать программистом, – признает Бенистер, – потому что он был так искусен».

Они объединили таланты для первого серьезного проекта группы под названием SponsorNet New Media, попытки создать рубрицированную рекламу для веб-сайтов. SponsorNet дал небольшой доход, достаточный, чтобы команда наняла работников и арендовала офис внизу Гантингтонской башни. «Мы были студенты. Поэтому для нас пойти и снять офис, – вспоминает Бенистер, – было … немалым достижением».

Чтобы сосредоточиться на SponsorNet, Бенистер взял академотпуск на семестр. Левчин и Носек работали по совместительству, с неустойчивым равновесием между учебой и своими обязанностями в SponsorNet. Предприятие продержалось чуть больше года.

Несмотря на крах, SponsorNet стал опытом возникновения и первой попыткой найма команды, создания продукта, его продажи и зарабатывания (или в этом случае потери) денег. «Не думаю, что PayPal был бы возможен без него», – говорит Носек.

Левчин (последний из этой троицы, кто еще верил в обучение) вспоминает времена SponsorNet и ИУУШ с любовью: «Я был очень счастливый ботан. Я ходил на все свои занятия, и они мне нравились… Если нужно было выбирать между учебой, программированием, девушками и сном, я предпочитал двух первых».

Расписание занятий Левчина было насыщено техническими курсами, но один из его нетехнических курсов оставил глубокий след. На занятиях по кинематографии Левчин изучал признанные критиками фильмы XX века и чрезвычайно увлекся фильмом Акиры Куросавы «Семь самураев». На момент написания этого Левчин утверждал, что посмотрел классику Куросавы уже более 100 раз – и называл ее своим единственным источником «управленческой подготовки».

Для Левчина написание кода было единственным источником восторга и вдохновения. Для мира написание кода становилось путем к богатству и влиянию.

Один из выпускников ИУУШ Марк Андреессен помог расчистить этот путь. На старших курсах он прошел стажировку в университетском Национальном центре суперкомпьютерных технологий (NCSA). Там он помог создать браузер Mosaic, а затем направил таланты на запад и запустил компанию Netscape. Вскоре Netscape вышла на рынок Nasdaq, а Андреессен очутился на обложке журнала Time. В 1994 журнал Fortune назвал Mosaic продуктом года.

Факультет информатики ИУУШ вдруг стал очень популярен. «Я поступил в Иллинойский университет из-за Марка Андреессена», – признает Джавед Карим, будущий сотрудник PayPal, а позже соучредитель YouTube. В школе Карим был фанатом Mosaic, и когда он узнал происхождение этого браузера, выбрал себе колледж ИУУШ. Он поступил туда и еще до начала занятий на первом курсе получил работу в NCSA.

Успех Андреессена вдохновил это поколение иллинойских инженеров: он стал доказательством того, что интернет – это экономическая сила, а не просто эксцентричное хобби. Скотт Бенистер был убежден, что золотая лихорадка интернета слишком соблазнительна, чтобы ее упустить, поэтому покинул ИУУШ ради своих амбиций. Люк Носек не очень стремился бросать колледж сразу, но удвоил усилия, чтобы поскорее получить диплом и поехать на западное побережье.

Когда два его близких друга зацепились в Калифорнии, Левчин тоже подумывал бросить учебу, чтобы посвятить все время предпринимательству. Но об этом, конечно, нужно было сказать его повернутой на образовании семье. Разговор был короткий:

«Твоя бабушка и так умирает, – говорили ему родители. – Ты что, хочешь ускорить этот процесс?». Левчин вернулся в ИУУШ, чтобы получить диплом.

Его мечты о западном побережье были поставлены на паузу, но у него было много других занятий. Не успел SponsorNet потерпеть неудачу, как Левчин запустил свое следующее предприятие NetMomentum Software по созданию рубрицированной рекламы для веб-сайтов газет. Но оно тоже надолго не задержалось. Проект принес Левчину первый опыт горького развода учредителей, когда он со своим коллегой не сошлись во мнениях о продукте и его развитии.

Ограниченный в средствах, он создал консалтинговую компанию, чтобы придать профессиональный вид своим усилиям в области программирования. Изменил остатки NetMomentum (ее логотип NM) и назвал свою фирму NetMeridian Software, основав ее вместе с другом по обучению в ИУУШ Эриком Гассом.

Проект NetMeridian стал одним из первых коммерческих успехов Левчина. Программа ListBot от NetMeridian была примитивным менеджером интернет-рассылки и духовным предшественником Mailchimp и SendGrid. Продукт запустили, а затем он начал преуспевать. Чтобы идти в ногу со спросом, они вложили деньги в несколько тысячедолларовый сервер Solaris, весивший 90 кг и прибывший на большом грузовике.

NetMeridian показал второй успех с проектом под названием Position Agent. Даже в догугловский день конца 1990-х годов верхние позиции в поиске Lycos, AltaVista или Yahoo были весьма желательны. Position Agent помогал администраторам веб-сайтов отслеживать их позицию. Проект стал для Левчина инженерным переворотом: обновляемым счетчиком рейтинга без необходимости для пользователя перезагружать страницу.

Но успех NetMeridian был благословением и проклятием. С увеличением количества пользователей инфраструктура должна была держаться на уровне, но у Левчина не было средств на еще большие серверы. Он вернулся к модели финансирования, которую впервые использовал в трудные времена SponsorNet: выгреб все средства с кредитных карт, что повесило на него большой долг и запятнало кредитную историю на долгие годы.

Номинально Левчин был основателем NetMeridian, перспективного стартапа программных услуг. На самом деле он был 20-летним парнем по уши в долгах, пытавшийся сохранить платежеспособность. К счастью, на кодировщиков, которые могли работать круглосуточно, был большой спрос, и Левчин получил выгодный заказ от Джона Бедфорда, руководителя фирмы под названием Market Access International (MAI).

Левчин говорит, что Бедфорд «вытащил его из бедности» благодаря заказам на программирование, за которые платили несколько тысяч долларов в неделю. Главным продуктом MAI был компакт-диск с подписной базой данных конкурентной разведки для потребительских продуктов и пакетированных товаров. Деньги были не лишними, даже несмотря на то, что Левчин считал программное обеспечение на базе Microsoft «несносно плохим».

Вдобавок к MAI Левчин нашел также работу по программированию в Инженерном корпусе армии США, исследовательский центр которого был неподалеку от кампуса. Платили $14 в час, а кроме того, работа Левчина давала ему редкую возможность: шанс для молодого программиста слоняться военной базой и болтать с пилотами вертолетов.

Его компетенцией было аудиопрограммное обеспечение, встроенное в армейскую систему управления воздушным движением. «Когда я туда попал, они уже имели этот огромный отрывок кода, еще Паскалем, между прочим», – говорит он. Создатель этого программного обеспечения отсутствовал, поэтому поддерживать его пришлось Левчину. «Я должен был узнать, как создают настоящие системы».

Пользователями этого программного обеспечения было заскорузлое командование базы – публика, которая радовалась летным схемам на бумаге и была скептическая к автоматизации. Чтобы преодолеть их колебания, Левчин создал интерфейс, похожий на бумажный метод. «Однажды я потратил неделю, размышляя, как создать форму, которая будет иметь точные размеры полоски бумаги», – отмечает он.

Когда пользователь что-то набирал, форма Левчина прокручивалась, но его беспокоило, что мерцающая анимация экрана была с виду слишком «сумасшедшая». Впрочем, начальство называло ее «идеальной».

В Инженерном корпусе Левчин столкнулся с еще одним новым опытом: эстетической критикой своего труда. «Мне говорили, что моя программа идеально функциональна – но не крута…» – вспоминает Левчин. Тогда он сдул пыль со старого творения – симулятора взрыва. Он сделал его заставкой своего программного обеспечения и таким образом добавил немного крутизны к скучной работе отражения схем полета.

К тому времени Левчин и сам поднабрался крутизны. Он курсировал между военными базами и возвращался с яркими баснями. Работа военного подрядчика также показала ему более темные реалии армейской жизни. Однажды он узнал о двух военнослужащих, гее и лесбиянке, которые были официально замужем друг за другом, но жили с другими партнерами.

Вскоре одна из темных реалий чуть не задела его самого. Во время работы там Левчина Инженерный корпус начал заниматься иностранными работниками и информационной безопасностью. Левчин тоже был «на карандаше», но тут вмешался его руководитель: Левчин будет дальше работать над программным обеспечением для вертолетов и получать дополнительную плату в виде компьютерных деталей.

На какое-то время это сработало, а впоследствии корпус решил оставить своих иностранных работников, хотя и с тревожной оговоркой: подрядчики без гражданства США будут носить желтые идентификационные метки.

Еврейскому беженцу эти бейджики внушали болезненные параллели. «Сам я не должен был это делать, но некоторые мои родные должны были», – говорит он. Левчин ушел из Инженерного корпуса армии США, однако оставил себе эту метку в память о самом странном ответвлении на его пути.

Путь Макса Левчина к Пало-Альто. Эмиграция, обучение и первые провальные стартапы миллиардера – в отрывке из книги «Основатели. История создания PayPal» /Фото 4

Соучредители PayPal Макс Левчин и Питер Тиль на интервью в 2011-м. Они познакомились в 1998 году

До выпуска Левчин руководил NetMeridian, а между тем упорно зубрил материал для экзаменов и продумывал свой следующий шаг. Его друзья готовились к жизни вдали от Урбана-Шампейн, впрочем Левчин видел себя привязанным к этому месту. NetMeridian был успешным проектом, но в мире к облачным вычислениям компания полагалась на свой массивный, немобильный сервер. Пока сервер будет торчать в Иллинойсе, Левчин будет там же.

Спасительную веревку ему бросил Скотт Бенистер. К тому времени Бенистер уже создал и продал компанию в Кремниевой долине. Со своих новых высот он в августе 1998 года стал посредником продажи продуктов NetMeridian ListBot и Position Agent. Левчин официально добился результата и теперь мог «убежать в Калифорнию» – сделать первые шаги предпринимательского путешествия, что навсегда изменит цифровой мир.

Начало было скромным, потому Левчин отказался платить перевозчикам. Зато пошел в агентство по аренде машин и взял их второй по величине грузовик. Со своим соседом по комнате Эриком Гассом он загрузил туда все из офиса. Они забили грузовик и «тойоту» Гасса доверху и начали путешествие на запад. «Пейзажами мы не любовались. Я просто хотел как можно быстрее добраться к Пало-Альто», – сказал о поездке Левчин.

Материалы по теме

Вы нашли ошибку или неточность?

Оставьте отзыв для редакции. Мы учтем ваши замечания как можно скорее.

Исправить
Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый выпуск Forbes Ukraine

Заказывайте с бесплатной курьерской доставкой по Украине