Категория
Жизнь
Дата

Жданов, Гордон, Арестович и «хорошие россияне»: псевдоэксперты захватили украинский YouTube. Стратегический коммуникационщик Юрий Богданов подробно объясняет, почему украинцы так уважают их мнение

Олексій Арестович, Олег Жданов і Дмитро Гордон. /Коллаж Анна Наконечная

Алексей Арестович, Олег Жданов и Дмитрий Гордон. Фото Коллаж Анна Наконечная

Украинское издание Texty опубликовало исследование – обзор самых популярных экспертов украинского YouTube. Он в основном состоит из фальсификаторов экспертизы, политически ангажированных спикеров или торговцев дешевыми эмоциями страха, отчаяния или эйфории, отмечает консультант по стратегическим коммуникациям Юрий Богданов. Forbes Ukraine попросил его объяснить, какова причина такой страсти украинцев к инфоцыганщине и можно ли с этим бороться

Главные материалы Forbes Ukraine. Раз в неделю на вашей почте.

На самом деле у меня для вас плохие новости, это глобальная «болезнь» и лекарства пока от нее нет. В 2003 году исследователи коммуникаций Фриц Плассер и Петер Ульрам в статье «Ища ответ: СМИ и правый популизм в Австрии» анализировали феномен резкого роста популярности правых радикалов и роль в этом СМИ.

Они пришли к выводу, что одна из причин состоит в «спортивизации» политических СМИ. Это вписывалось в общую тенденцию стирания границы между политическими новостями и развлекательным контентом.

Эта тенденция охватывает несколько важных атрибутов:

  • Кастомизацию – адаптацию продукта (контента) под потребности аудитории для лучших продаж целевой. В случае информации это определяет стиль, но позволяет игнорировать критерии достоверности и беспристрастности.
  • Важную роль «звезды», привлекательной фигуры, чья ролевая модель или убеждения импонируют потребителю.
ТЕКСТИ.org.ua

Топ экспертов украинского YouTube. Обзор от texty.org.ua. Фото ТЕКСТИ.org.ua

Симпатия аудитории к «звезде» может преобладать над объективной реальностью. Это формирует логическую ошибку argumentum ad verecundiam (обращение к авторитету), заключающуюся в злоупотреблении авторитетом известного человека, знаменитости или эксперта.

От уровня осведомленности и эмоциональной зрелости потребителя зависит, как критически воспринимается информация от политика, эксперта, журналиста, блоггера, наделенного атрибутами «звезды».

  • Спортивную драматизацию, поглотившую в первую очередь американские политические медиа еще в начале нулевых, то есть дихотомию Побед и Поражений. Ничья и полутона невозможны. А где политику так освещают – там и войну.

Статья Плассер и Ульрама из сборника 2003 года. До появления соцсетей оставался год, до первого ролика на YouTube – чуть более двух. Тогда главными медиа еще оставались газеты, телевизор и радио. А основная проблема уже была сформирована.

Олег Жданов /УНИАН

Олег Жданов Фото УНИАН

Почему так произошло: сила привычки и информационный вал

Со времен появления телевидения на общедоступных неспециализированных каналах около 75% эфирного времени приходилось на развлечения. Как в США, так и в Украине. Спорт, фильмы, сериалы, ток-шоу. 60-70-е годы XX века – это еще и появление таблоидов, когда традиционные газеты начали терять популярность из-за телевидения, а новые форматы печатных медиа должны адаптироваться под телепотребителя.

Потом появился интернет, информационный поток стал неконтролируемым. Это сформировало запрос на упрощение и адаптацию информации под знакомый и массовый формат, потому что люди начали захлебываться от информационного вала.

Старая система образования и общественные стереотипы представили знания как ценность сами по себе. Нас в школе учили, что информация (знание) – это дефицит. Доступ к знаниям был ограничен. Соответственно, информацию нужно потреблять. Как еду.

Если вы слышали от старших родственников в ответ как подтверждение подлинности информации «в газете пишут» – это именно оно.

Но нам не объясняли, что делать, если знания фейковые, а экспертиза «липовая». Люди оказались не подготовлены к огромному объему информации, как сортировать информационные потоки или вообще игнорировать.

Поэтому все вернулось к упрощениям – мимикрии под развлекательный контент, дающий все, что человеку нужно и не усложняет бытие. Просто объясняет политику, войну и дает необходимую эмоциональную окраску.

При такой подаче подобный контент замещает две важные функции классических развлечений:

  • Подкормка желаемых эмоций через позитив (окружить себя положительным контентом) или негатив (у других все хуже, чем у меня).

Медиапсихолог Мари-Луи Марес обнаружил, что некоторые пожилые люди выбирали печальные фильмы вместо веселых и получали тот же результат для психики, как и люди, потребляющие положительный контент.

  • Желание соперничать и побеждать. Или быть в лагере победителей.

Ты можешь получить положительную или отрицательную подпитку без отдачи со своей стороны, просто смотря футбольный матч или политическое ток-шоу, где «твой» дает взбучку «чужому». Или сводки с фронта. Последнее требует некоторой дегуманизации «своих» и «чужих», но когда психика уже 18 месяцев живет войной, у этого есть все шансы.

Это определяет форму подачи контента целевой аудитории. В ней состояние аффекта (ярость, ужас, отчаяние, экстаз) и удовольствие от катарсиса (или разочарование, что он не наступил) – обязательные компоненты.

Такой цикл – цикл футбольного болельщика во время матча любимой команды. Здесь о самоконтроле речь не идет, а логика разума заменяется логикой эмоций.

Но у футбольных болельщиков это длится 90 минут максимум один-два раза в неделю. А если по таким же принципам выстроить все медийное поле?

Дмитрий Гордон /УНИАН

Дмитрий Гордон Фото УНИАН

Четыре элемента подпитки потребления

Как человек получает подпитку от потребления «развлекательной экспертизы» или аффективных новостей? Приблизительно как от мусорных ток-шоу и мыльных опер.

Оно состоит из четырех элементов:

  • Удовольствие от неудач, унижений, поражений тех, к кому существует негативное отношение. Поэтому среди украинцев пользуются популярностью аналитики со страданиями российской пропаганды. Хотя они очень вредны из-за легитимизации источника.
  • Удовлетворение от успехов и побед тех, кому человек сочувствует или имеет ярко выраженную симпатию.
  • Боль или раздражение от неудач и поражений тех, кому человек сочувствует или имеет ярко выраженную симпатию.
  • Боль или раздражение от успехов и побед тех, к кому человек имеет негативное отношение.

Эти четыре элемента можно объединить в одном месте. Чтобы человек мог в контенте найти подтверждение и надеждам, и страхам. Поэтому у фальсификаторов экспертизы нет полутонов.

Фиктивизация реальности как защита для психики

При благоприятных условиях (война – очень благоприятные условия) такой информационный поток порождает фиктивную реальность. Психика человека считает его необходимым, чтобы справиться с обстоятельствами. Но это самообман. В отличие от настоящих развлечений и досуга быстро исчезает граница между вымышленным и реальным.

Когда вы идете в кинотеатр на просмотр фильма «Повелитель колец» или «Чужой», то осознаете разницу. А когда слушаете таких блоггеров, как Олег Жданов или Алексей Арестович, возникают нюансы.

В психике, взорванной постоянным стрессом, падает способность к рефлексиям и формируется зависимость от соответствующего информационного потока. И с точки зрения потенциального ущерба нет разницы между неконтролируемым потреблением подобного «серьезного» контента и неконтролируемым потреблением эксапических развлечений.

Создание новостей с целью вызвать аффект у потребителя ведет к тому, что мы видим все это: шок контент, контрнаступление провалилось, Путин упадет за три дня, Москва пылает, измена в кремле, правда о Чонгаре.

В итоге болезненные, трагические темы, сложные процессы, реформы и военные операции сводятся к простым формулам и каждый день новым ответам, которые в эти формулы вписываются.

Плохие или эйфорические новости повсюду продаются легче. Ибо апеллируют к первоначальному поиску факторов риска и ответа на него.

Алексей Арестович /Getty Images

Алексей Арестович Фото Getty Images

Демократия и «партии страха»

Традиционные респектабельные медиа, аналитические центры, научные сообщества пока проигрывают войну этим трендам. Часто сами инфицируются методой и деградируют.

Соревновательная демократия пока страхует от монополизации повестки дня «партиями страха», которую возглавляют правые и левые радикалы. Но надолго ли и можно ли переломить этот тренд без больших потрясений и системных реформ системы образования и медиарынка – пока неизвестно.

Ибо именно на этих принципах построил свою кампанию и политическую карьеру Дональд Трамп. Его риторика «победа или смерть», «все или ничего» и эксплуатация образа медийной звезды полностью укладываются в новую парадигму медиасреды.

В этих условиях достоверность информации (за первые три года президентства, по подсчетам The Washington Post, Трамп врал или манипулировал более 13 000 раз) или уровень экспертности не имеет значения. Главное, что он свой, играет за твою команду и вообще котик (нет).

В нашем случае все еще грустнее.

У нас не было длительной истории независимых СМИ, профессиональных аналитических центров – единицы, а авторитет науки и ее доступ к медиа – скудные. И в условиях острого кризиса люди начинают искать информацию и ответы, успокоение и мотивацию.

Привычка потреблять развлекательный контент есть. Спрашивается – что потреблять о войне? Да то же, что и до войны. Эмоции и шоу.

Они просто и ясно объяснят населению, что же происходит. Делают мир простым и ясным. Резонируют с опытом и текущими обстоятельствами.

Как подсадить человека на контент и его носителя: пропагандиста, фальсификатора или популиста. Три простые составляющие:

  • Апелляция к боли или страху целевой аудитории.

Фрустрация – страшная вещь, потому что плодородная почва для того, о чем мы говорим. Фобии во всех формах – сюда.

  • Важны не факты, а настроение.

Можно изменять оценки. Отрицать сказанное вчера. Давать прогнозы и забывать о них. Главное – чувствовать настроение и апеллировать к чувствам.

  • Эгоистическая подкормка.

Потребитель не виноват, он молодец. Потребитель – не тот, кто должен что-то делать. Виноваты плохие, а он – слушатель, а его гуру хорошие.

Комфортный минимир: садись, слушатель, сейчас я тебе объясню, почему мы все умрем (но лично ты – в этом не виноват), или почему мы все победим (и почему ты – лично ты – великий молодец, хотя ничего для того не сделал в объективной реальности). Ты – часть элиты. Ты молодец.

Если реализовать эти три компонента и соблюдать принципы построения развлекательного контента, дело сделано, «клиент» твой. Ты соберешь себе достаточно большую аудиторию, которую сможешь обрабатывать. Тебя будут приглашать медиа, потому что ты даешь им продающееся. А далее уж решай, как это капитализировать.

Кто в Украине носители этой методы

«Мудрые старцы», знающие носители эксклюзивных инсайдов (например, бывшие сокурсники Путина); журналисты – «правдорубы»; сильные харизматические альфа-самцы и «мой дядя-ветеран, еще в Афгане служивший».

Каждый найдет свой типаж «сына маминой подруги» в списке самых авторитетных людей украинского YouTube о войне. Или паблика в telegram, twitter, facebook.

В итоге на одного Николая Белескова, старшего аналитика фонда «Вернись живым», или историка и кандидата философских наук Сергея Грабского в сфере военной экспертизы – 10 «Арестовичей» и «Ждановых» разного масштаба. На пять классических политиков – 50 радикальных популистов.

Неправильно утверждать, что такая «информационная революция», подпитывающая опасные тенденции – феномен последних 20 лет. Что-то похожее было в 1920-е и 1930-е, когда активно помогала другая «информационная революция» – расцвет радио.

Но последние десятилетия сформировали эксклюзивную возможность для расцвета информационных и политических шарлатанов и популистов. Ибо медиапотребление и жажда информации охватили львиную долю человечества. Которое оказалось эмоционально и когнитивно не очень готово к новой эре.

Где серьезные аналитики сидят в одной студии с тарологами; басня о вакцинах, вызывающих аутизм, живет рядом с научным знанием. Когда градация ценности информации еще не состоялась, а социальные, экономические и политические тенденции создают объективные возможности для эмоциональной накачки миллионов людей.

Что с этим делать? Уроки медиаграмотности или цензура системно проблему не решат. Особенно цензура, скорее пробуждающая интерес к запрещенному.

Только адаптация и постепенное формирование предохранителей на уровне общества и каждого человека. «Спаси себя, а потом спасай других».

Другое дело, сколько людей на этом пути заработают себе психические расстройства, соматические проблемы со здоровьем или выберут ложного пророка на пути к пропасти.

Материалы по теме
Контрибьюторы сотрудничают с Forbes на внештатной основе. Их тексты отражают личную точку зрения. У вас другое мнение? Пишите нашей редакторе Татьяне Павлушенко – [email protected]

Вы нашли ошибку или неточность?

Оставьте отзыв для редакции. Мы учтем ваши замечания как можно скорее.

Исправить
Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый выпуск Forbes Ukraine

Заказывайте с бесплатной курьерской доставкой по Украине