На рынке наличной валюты доминируют небанковские обменники. Похоже, война только усилила их позиции. /Getty Images
Категория
Деньги
Дата

Стойкие и непрозрачные. Пункты обмена валют обложили налогом. Кто «держит» рынок, до войны достигавший $14 млрд

На рынке наличной валюты доминируют небанковские обменники. Похоже, война только усилила их позиции. Фото Getty Images

Верховная Рада приняла законопроект, обязывающий небанковские обменные пункты платить авансом налог на прибыль в размере трех минимальных зарплат ежемесячно за каждую кассу. Речь идет почти о 20 000 грн налога в месяц по каждому пункту и 1 млрд грн в год дополнительных поступлений в бюджет. Что это значит для рынка наличной валюты, где доминируют именно небанковские обменники?

Forbes запустил YouTube-проект «Країна героїв». Смотрите новый эпизод о ХЕРСОНЕ после оккупации

Новий номер журналу Forbes Україна

Новий номер журналу Forbes Україна

Цей матеріал із останнього номеру Forbes. Придбати його можна за цим посиланням. У номері: Олександр Конотопський і його Ajax Systems, 30 стійких компаній України під час війни, список українських підприємців, які пішли воювати та інше.

27 сентября, около полудня. Глава финансового комитета Верховной Рады Даниил Гетманцев проводит встречу, тема которой – новый налог для небанковских обменников валюты.

Дискуссия, на которой присутствуют банкиры, руководители финкомпаний и нескольких ассоциаций, представители НБУ и Минфина, проходит на повышенных тонах. Представители обменников требуют сократить сумму налога и облагать им и банки. Банкиры категорически против.

Конфронтация между банковской и небанковской сторонами валютного рынка ясна. На кону – контроль за сегментом рынка наличной валюты, который в довоенный год достиг $20 млрд. И банкирам есть о чем беспокоиться: уже пятый год небанковские обменники вытесняют банки. По данным регулятора, они контролируют около 70% наличного валютообмена.

Есть повод для недовольства и у Нацбанка: неконтролируемые обменники не способствуют дедолларизации украинской экономики, уровень которой около 36%. И это по официальным данным, а наличный рынок, на котором задают тон финкомпании, по оценкам НБУ, по крайней мере на треть находится в тени.

Война переполовинила рынок обмена валюты из-за того, что Нацбанк ввел ряд ограничений на такие операции. Небанковские финучреждения оказались кризисоустойчивыми и, несмотря на давление регулятора и отсутствие доступа к более дешевой валюте из НБУ, сохранили свою долю рынка.

Как им это удалось и кто стоит за тысячами точек обмена валют?

Вкусный пирог: как выглядит рынок наличной валюты в Украине

С начала войны в Украине закрылось 873 обменника, или 21%, однако открылось 750 новых, говорит глава департамента методологии регулирования деятельности небанковских финучреждений НБУ Сергей Савчук. Он отмечает, что усилилась тенденция к укрупнению этого рынка.

Востребованность услуг обменников легко объяснима. Резкий рост спроса на валюту является атрибутом всех кризисов в Украине. Впрочем, для банков, добавляет Савчук, обмен не основной бизнес. По оценкам НБУ, он приносит всего 0,4% налогооблагаемого дохода от услуг.

Небанковские обменники по сравнению с банками имеют несколько преимуществ. «Официальные» – ниже, чем у банков требования к капиталу и отсутствие ограничений, ведь банки сейчас могут продавать валюту только в объеме купленной.

«Неформальная» особенность – удобство для крупных клиентов, желающих не попадать под финмониторинг, делится своим опытом на правах анонимности один из депутатов из финансового комитета Рады. «Вы когда-нибудь меняли $30 000? Заходишь в отдельную комнату и меняешь без лишних документов», – рассказывает собеседник. Такие сделки не отражаются в отчетности и дают обменникам ресурсы, чтобы торговать валютой по более выгодному курсу, считает он.

Потухшие табло

29 июля НБУ запретил небанковским обменникам демонстрацию данных о курсах валют вне пункта обмена. По мнению регулятора, игроки этого рынка разгоняли стоимость иностранных валют. «Небанковские учреждения начали искусственно повышать курс, фактически поддерживая тем самым существование «банкоматного туризма», – заявили в НБУ.

Экс-банкиры и айтишники

В августе Национальный банк подготовил презентацию с обоснованием нового налога (имеется в распоряжении Forbes). Там есть информация об основных игроках рынка обмена. Почти половину всех обменников «держат» три игрока.

По объемам торгов лидирует компания «Финод» – купля-продажа валюты через ее обменники составляет 17% от объемов на этом рынке за первое полугодие 2022 года. «Альфа-Инвест Групп» имеет долю 16%, «Магнат» вместе со связанной компанией «Октава Финанс» – 15% (последняя – лидер по количеству обменников – 478 в 2022-м, часть из которых работает под брендом Money24).

У «Магната» и «Октава Финанс», согласно реестру, разные владельцы – Оксана Бродовская и Людмила Бауман, которые, однако, зарегистрированы по одному адресу. Связь этих компаний подтвердил и собеседник среди участников рынка.

Бродовская также является совладелицей IT-компании «Финсофт», которой руководит Александр Кушниренко. Это, вероятно, брат Павла Кушниренко, главы Ассоциации участников валютного рынка: у обоих совпадают адреса проживания, одинаковые отчества и оба в списке учредителей ассоциации. Павел Кушниренко возглавляет «IT Хаб Украина» – «дочку» американской компании DataArt.

У компании «Финод» 432 обменника – во время войны их количество увеличилось на два. Ее ключевой владелец, одессит Алексей Штевнин (85%), имеет бизнес в сфере оптовой торговли кофе, чаем и пряностями.

«Альфа-Инвест Групп», по данным государственного реестра, принадлежит Денису и Светлане Дмитрук (34% и 27%) и Владимиру Сичовому (39%). Последний был руководителем обанкротившегося банка «Рынковые технологии». Это финучреждение фигурировало в деле Генпрокуратуры о незаконном выводе более чем 10 млрд грн в интересах экс-министра МВД Виталия Захарченко. Савчук говорит, что деловая репутация компании, ее владельцев и руководителей до этого не вызывала нареканий.

В то же время в Нацбанке сомневаются, что «документальные» владельцы отдельных компаний реальны, говорит он. Савчук отказался уточнить, по каким компаниям есть подозрения. В настоящее время регулятор осуществляет проверку финансового положения собственников. Если они не смогут показать средства или имущество пропорционально доле в капитале, компании не будут работать на рынке, предупреждает он.

Внутренняя кухня

Секрет быстрой экспансии обменников – работа по франшизе. Небольшие игроки присоединяются к лидерам и платят за право торговать валютой под их лицензией $200 в месяц с одной точки. По такому принципу работают все лидеры рынка, рассказал Forbes на правах анонимности совладелец одной из сетей.

Закон о финансовых услугах не предполагает раздачу франшиз, запрещая передачу лицензии, объясняет Савчук из НБУ. Выход, которым пользуются финансисты, – оформить «покупателя» франшизы как штатного работника компании и поставить пункт обмена на ее баланс, отмечает он.

Насколько выгоден бизнес обменников? Они зарабатывают на марже между покупкой и продажей валюты. Сейчас это около 1% от объема проданной валюты, говорит совладелец одной из сетей. Маржа еще не прибыль, ведь нужно покрыть расходы на аренду, зарплаты.

По данным НБУ, объемы «небанковской» продажи валюты в 2021-м составили $14,1 млрд (через банки обменяли $6,2 млрд), в первом полугодии 2022-го – $2,9 млрд (через банки – $1,3 млрд). Нетрудно подсчитать, что владеющие обменниками финкомпании могли за полгода получить маржу $29 млн.

У представителей индустрии – свои контраргументы. Они утверждают, что падение объемов более существенно. «До войны за день пункт принимал $10 000 в день, сейчас – $1000», – говорит совладелец одной из сетей. Он даже приводит письмо Государственной налоговой службы в ответ на депутатский запрос члена финансового комитета Александра Совы, согласно которому объемы продаж валюты небанковскими обменниками составили всего $374 млн за первое полугодие.

Официально Нацбанк причины разногласий не объяснил. Неофициально руководитель одного из подразделений НБУ говорит, что реальные цифры в разы выше указанных в налоговых отчетах.

Стойкие и непрозрачные. Пункты обмена валют обложили налогом. Кто «держит» рынок, до войны достигавший $14 млрд /Фото 1

Лидеры рынка наличной валюты по объемам продаж. Инфографика Forbes

Генеральная уборка

Нацбанк не планирует масштабную чистку небанковского рынка, как было с банками в кризис 2015–2016 годов, уверяет Савчук из НБУ. Однако регулятор хочет навести на нем порядок, не дожидаясь окончания войны.

Если НБУ будет жестко закручивать гайки, обменники просто уйдут в тень

Владислав Переха главный казначей Таскомбанка

НБУ плотно занялся обменниками с августа – запретил им показывать курсы на табло. Кто не послушался – потерял лицензию. Жертвами новой регуляции стали сети «Константа М», «ДСД Финанс», «24 Онлайн» и «Финансовая гарантия», имевшие совокупно 15% рынка и более 600 пунктов обмена валют.

Также в августе Нацбанк установил новые требования к оборудованию пунктов. Покупка новых камер видеонаблюдения и источников бесперебойного питания обошлась в $1000 на каждую точку, говорит собеседник с рынка. Еще одно требование – подтверждение имущественного положения собственников. Оно обойдется в 50 000 грн за аудиторские услуги, добавляет он. Срок подачи документов истекает в октябре. Очевидно, что проверку пройдут не все, добавляет Савчук из НБУ.

Есть требования по репутации: если бенефициар является экс-владельцем либо должностным лицом обанкротившегося банка или российским резидентом, компания должна уйти с рынка или сменить собственника, или назначить доверенное лицо, продолжает представитель регулятора. Далее последуют проверки и штрафные санкции за недостоверную отчетность, анонсирует он.

Все эти меры и новый налог – убийство для рынка обменников, по крайней мере сейчас не имеющих сверхприбылей, считает совладелец одной из компаний. «Так мы вернемся в эпоху «менял», – предупреждает он.

Данные опасения разделяют и конкуренты обменников по банковскому сектору. «Если НБУ будет жестко закручивать гайки, обменники просто уйдут в тень», – говорит главный казначей Таскомбанка Владислав Переха. Сам рынок не исчезнет, считает он, ведь спрос на валюту никуда не денется.

Этот рынок – высокодоходный, и пока не видно желания финкомпаний уходить с него, возражает Савчук из НБУ.

Представители финкомпаний и ассоциаций, представляющих интересы обменников, похоже, не убедили Даниила Гетманцева и его коллег депутатов. Законопроект №7655, вносящий соответствующие изменения в Налоговый кодекс, уже принят в первом чтении, и, скорее всего, депутаты до конца года найдут время для голосования в целом. Гетманцев рассчитывает увидеть дополнительные поступления от обменников уже в бюджете на следующий год, об этом он сказал в интервью «Укринформу» в середине октября.

Материалы по теме
Новый выпуск Forbes Ukraine

Новый выпуск Forbes Ukraine

Заказывайте с бесплатной курьерской доставкой по Украине