7,5 млрд грн дохода, 30% экспорта и постоянная экспансия. Что под капотом у одного из крупнейших фармпроизводителей Украины — компании «Фармак». Интервью с Филей Жебровской /Фото Александр Мордерер
Категория
Компании
Дата

7,5 млрд грн дохода, 30% экспорта и постоянная экспансия. Что под капотом у одного из крупнейших фармпроизводителей Украины — компании «Фармак». Интервью с Филей Жебровской

Филя Жебровская, 71, владелица компании «Фармак». Фото Александр Мордерер

Филя Жебровская, 71, владелица одного из крупнейших украинских фармпроизводителей — компании «Фармак», почти четыре года назад оставила должность гендиректора и стала председателем наблюдательного совета компании. Она продолжает активно участвовать в жизни предприятия, которое недавно отпраздновало свое 95-летие

Одна из самых богатых женщин Украины рассказала Forbes о том, как «Фармак» сохранил доходность в 2020 году, об инвестициях в медицинские стартапы, поиск фармкомпании в Европе для M&A, будущее производство в Узбекистане и что нужно для того, чтобы в Украине появилась собственная вакцина от COVID-19. Forbes публикует сокращенную и отредактированную для ясности версию интервью.

Каким был 2020 год для компании «Фармак»?

2020 год для бизнеса в каждой отрасли был нелегким. Я за свою жизнь пережила много кризисов, начиная с 1998 года и заканчивая 2013-2014 годами. Но это не просто кризис. Он не закончится ни в этом, ни в следующем году. Мы будем страдать от ковида, пока не получим общий иммунитет от него во всем мире. Нужно учиться работать в этих условиях.

В апреле прошлого года наши продажи практически остановились. Мы реализовали продукции на сумму, которая едва превышала расходы на зарплаты. Не было госпитальных продаж, поскольку больницы закрылись и не проводились плановые операции. Мы не понимали, как быстро придет в себя рынок, какие лекарства нужны и как будет реагировать население.

Я горжусь своей молодой командой, ведь она сумела сориентироваться довольно быстро в этой ситуации. Мы не растерялись и пошли вперед. Организовали транспортировку работников на рабочие места, наладили питание, раздали маски и застраховали сотрудников от болезни COVID-19. Мы делали это, чтобы люди поняли, что компания о них заботится.

«Фармак» справился с плановыми показателями прошлого года. Доход от реализации продукции составил 7,5 млрд грн. Мы получили 1,1 млрд грн чистой прибыли, что вполне нас удовлетворяет. Размер капитальных инвестиций увеличился на 78% — до 1,3 грн. Компания разработала 20 новых препаратов. На конец 2020 года продуктовый портфель «Фармак» состоял из препаратов, которые базируются на 185-ти МНН (международное непатентованное название) и представлены 424-мя номенклатурными позициями. Это большой портфель. Мы занимаем примерно 6% отечественного фармрынка. По итогам первого квартала 2021 года этот показатель уже вырос до 6,3%. То есть, спрос восстанавливается.

За счет чего вы смогли преодолеть кризис и выйти на плановые показатели?

«Фармак» смог быстро наладить производство дезинфекторов на нашей современной корвалольной линии. Выпустили около 10 млн упаковок дезинфекторов. Это отличалось от нашей обычной работы по выпуску лекарств, но нужно было поддержать больницы, другой бизнес, чтобы люди имели чем обрабатывать руки и оборудование.

Даже на секунду не останавливались наши лаборатории. Мы постоянно думали, какие лекарства могут помочь против этой болезни, на что будет спрос. Выросли продажи противовирусных препаратов, антитромботических и кортикостероиды. Я заранее позаботилась о том, чтобы в компании были все лицензии для работы не только в странах СНГ, но и в Европе. Последним длительным процессом была сертификация во Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) дексаметазона, который включен в перечень лекарственных средств, применяемых при лечении COVID-19. Ее мы завершили в ноябре 2020 года. Это позволило наладить поставки препарата в страны ЕС и мира.

Такие наши препараты, как «Вазопрессин», «Дипрофол», «Фленокс» и другие мы поставляем в Швецию, Сингапур, Нидерланды, Израиль, Великобританию, Мексику и другие страны мира. Это возможно благодаря сертификату ЕС, подтверждающего европейскую систему качества, которая внедрена на производстве «Фармак».

На «Фленокс» (эноксапарин) был серьезный спрос как в Украине, так и глобально, ведь он входит в протоколы лечения COVID-19. И мы не успевали его удовлетворять. Знакомые даже лично обращались ко мне, чтобы найти это лекарство. Поэтому с июля 2020-го ни один флакон не пошел на экспорт, хотя 40% выпуска продавалось не в Украине. Мы остановили продажи препарата за рубежом, чтобы в первую очередь обеспечить им украинского пациента. Это — наша ответственность и приоритет.

В результате именно экспорт помог нам выполнить общий план продаж 2020 года.

Сколько всего препаратов в настоящее время идет на экспорт и какова его структура?

По результатам 2020 года экспорт составил 29,6% от общих продаж компании. Большая часть пришлась на страны бывшего СНГ — 67,9%. В ЕС экспортируем 6%, в другие страны — 26,1%. Высокий спрос на наши препараты остается в странах Восточной Азии, их там хорошо знают. У нас есть представительства в Казахстане, Узбекистане и Киргизии. В этом году мы значительно расширили географию экспортных поставок: продаем лекарства в Мексику, Саудовскую Аравию, Ирак, Вьетнам, Объединенные Арабские Эмираты, Австралию, и, конечно же, в Европу (Польшу, Болгарию, Литву). Преимущественно это препараты для лечения COVID-19.

Каким образом «Фармак» наращивает производственные мощности в ответ на рост спроса со стороны других стран и в Украине?

Расходы «Фармак» на исследования и разработки в 2020 году составили 448 млн грн. Недавно «Фармак» запустил новый семиэтажный корпус по выпуску стерильных лекарственных средств. Это был большой проект, на который мы потратили с 2018 года почти 1,7 млрд грн. Нам не хватало мощностей для производства ренгеноконтрастних препаратов и «Дипрофола». На него мы имеем заявки на несколько лет вперед. Новое производство позволит увеличить выпуск лекарственных средств вдвое и нарастить экспортный потенциал.

Мы начали строительство R&D-центра, который будет проводить разработку сложнокомпонентных лекарственных средств. Это будет современный лабораторно-офисный центр, который позволит оптимизировать производство препаратов-дженериков. Думаю, что в конце 2021 года сдадим этот объект. Недавно закупили линию по производству лекарств от астмы. Скоро ее доставят в Киев. Постоянно модернизируем и доукомплектовываем существующие участки производства. Например, на препарат «Нафтизин», который на рынке с 1962 года, до сих пор существует спрос, поэтому мы сделали уже вторую новую производственную линию.

В этом году «Фармак» впервые направит на выплату дивидендов 10% своей прибыли. Ранее — не более 3-4%. Все акционеры были на «сухом пайке». Мы понимали, что если в первый день споткнешься, три года будешь хромать. Поэтому реинвестировали все свои доходы. Когда-то для развития предприятия дополнительно брали большие кредиты в ЕБРР. Сегодня можем проводить свою инвестиционную деятельность без привлечения кредитов.

Материалы по теме

«Фармак» имеет торговую компанию в Польше. Какие планы относительно ее и имеете ли намерения расширяться на европейском рынке за счет приобретения других активов?

Польская фирма Nordfarm является нашим филиалом с 2016 года. Сейчас идет процесс интеграции филиала в группу компаний «Фармак Интернешнл» и развитие новой бизнес-модели работы на данном рынке. В частности, мы меняем курс в продажах. Переходим от чисто безрецептурных препаратов к миксу: рецептурных и безрецептурных лекарственных средств. Наша цель — в ближайшие годы войти в ТОП 100 фармкомпаний Польши.

Дальнейшее развитие «Фармак» на европейском рынке возможно и за счет покупки фармкомпании в ЕС. Мы давно готовы к этому и занимались активными поисками. Это непростой процесс. Многие фармацевтические заводы с инъекционным направлением сейчас перестраивают на производство вакцин, особенно в Чехии и Германии. Есть несколько объектов, которые мы рассматриваем. Нас консультируют такие инвестиционные банки, как Райффайзен Банк, Citibank, UBS, ЕБРР и другие. У каждого из них есть фармацевтическое отделение, где мы учимся, наблюдаем и анализируем. Сказать, в каких странах рассматриваем M&A, пока не можем. Возможно, в конце второго квартала будет решение. Если найдем интересный объект, без кредитных средств не обойтись.

Вы рассказывали, что с целью развития экспорта «Фармак» планирует в Узбекистане строить новый завод по производству лекарств. Эти планы остались?

Да, мы уже приступили к их реализации. Правительство Узбекистана выделило нам земельный участок. То есть, мы понимаем, где именно состоится строительство и готовим общую концепцию. Это будет производство в форме in-bulk с постепенным переходом к производству полного цикла, с освоением технологически сложных продуктов, в частности рентгеноконтрастных и биотехнологических. Сначала это будет таблеточное производство, а потом еще и инъекционное. Как только окончательно согласуем все параметры по нашей области, начнем проектную работу. В этом году проходят подготовительные проектные работы, получаем необходимые разрешения. В следующем году начнем полноценное строительство.

Какой будет общая сумма инвестиций в этот проект?

На старте мы говорим о сумме в $10 млн. Но речь идет о развитии инфраструктуры в чистом поле, с нуля. Мы инвестируем не только в производственную технологическую линию, но и в другие важные вещи. Нужно провести обучение персонала. В общем меньше чем в $25 млн такой проект не обойдется. Но готовы инвестировать, поскольку локализация в Узбекистане для нас важна. Там государство поддерживает локальных производителей, предоставляет им преференции под госпитальные закупки. Все защищают свой рынок. Надеюсь, и украинское правительство когда-нибудь одумается и поймет, что развитые локальные фармкомпании — это безопасность государства. Особенно мы видим это сейчас, когда экономика зависит от скорости вакцинации населения от ковида.

Может ли «Фармак» наладить разработку и выпуск вакцины против COVID-19? Что для этого нужно?

Для разработки украинской вакцины нужны значительные средства и поддержка государства. Мы не можем это сделать самостоятельно. Но готовы работать по трансферу готовой технологии. Открыты к сотрудничеству с фармкомпаниями, которые передадут технологию изготовления вакцины, а мы наладим производство. Деньги на производство нам не нужны, профинансируем за свой счет. Думаю, что сможем уложиться в пределах 1 млн евро. Но это будет зависеть от того, какая это будет вакцина.

Например, если это Pfizer, то придется больше денег вкладывать в холодильные тоннели, и на это уйдет больше времени. Тогда как на выпуск таких вакцин, как AstraZeneca или Johnson&Johnson нужно 3-4 месяца с момента получения всех документов и трансфера технологий. Нам не нужны деньги, чтобы запустить производство. Но нужна лицензия. И гарантия того, что мы сможем потом продать эту вакцину. Государство должно гарантировать ее закупку, поскольку сами мы не сможем реализовать изготовленные препараты из-за их специфики.

Я горжусь своей молодой командой. Мы не растерялись и пошли вперед. /Фото Александр Мордерер

Я горжусь своей молодой командой. Мы не растерялись и пошли вперед. Фото Александр Мордерер

Недавно «Фармак» разработал ПЦР-тест, способный выявлять новые штаммы коронавируса. Какими были инвестиции в этот проект и есть ли на него спрос?

Для нас это новое диагностическое направление, которое можно назвать нашим собственным стартапом. Это альтернативный вид бизнеса и направление развития компании. Утвердили проект в июле прошлого года, а уже в декабре зарегистрировали продукт. Сделали все быстро благодаря имеющемуся оборудованию. Мы покупали только сырье и реактивы, профинансировали исследования. Расходы составили около 6,5 млн грн.

ПЦР-тесты соответствуют сегодня всем критериям качества, поскольку за основу взята американская тест-система, авторизованная FDA. Для производства используются высококачественные компоненты, произведенные в США. Продать наши ПЦР-тесты пока трудно, поскольку цена кусается. Мы ищем лаборатории, для которых сможем адаптировать цену. Сейчас компания продолжает развивать это направление. Работаем над разработкой ПЦР-теста для диагностики гриппа.

Планируете еще какие-то альтернативные инвестиции и направления?

Есть три направления, которые развиваем. Во-первых, это биотехнологии, которые нужны нам для расширения биотехнологической цепи наших препаратов. Во-вторых — это персонализированная медицина. Сейчас мы работаем над концепцией, подходами и видением, поэтому детали смогу рассказать позже. Но персонализированная медицина — это наше будущее. Нынешняя пандемия это только подтвердила.

И еще одно направление — это медицинские стартапы, связанные с помощью людям. Первый проект, который профинансировали, — это компания ComeBack Mobility, которая разработала умные насадки для костылей. Они предназначены для контроля нагрузки при реабилитации заболеваний и повреждений нижних конечностей. Мы вложили $285 000, принадлежащих не только компании «Фармак», но и членам наблюдательного совета. Договорились, что в рисковые стартапы инвестируют и те, кто поднимает руку и говорит: «Да, мы пойдем в те костыли». Всего на это направление выделили $2 млн. Пока что учимся выбирать проекты. Вкладываем в то, что связано с фармацевтикой и с лечебным процессом населения. В то, в чем мы разбираемся и что нам импонирует.

Как инвестирует Филя Жебровская

Ваши персональные инвестиции тоже связаны с медицинской сферой или, как опытный экономист и инвестор, вы рассматриваете различные финансовые инструменты, например, акции или криптовалюты?

В криптовалюты рискованно вкладывать средства. Это, пожалуй, «удел молодых». Я заключила договор с инвестиционной компанией, которая выступает советником. Инвестиции, которые делаю за собственные средства, — умеренные, но не рискованные. Инвестирую в ОВГЗ — гривневые и валютные. Имею ценные бумаги 5-6 западных компаний, входящих в корзину индекса S&P 500. Есть немного акций Louis Vuitton, которые в прошлом году выросли на 66%. Сумма инвестиций около $100 000. Было приятно, когда меня пригласили принимать онлайн участие в собрании акционеров. Все это не приносит мне сверхприбылей. Основные мои доходы — компания «Фармак». Есть собственная недвижимость на Мадейре, куда приезжаю отдыхать. Кроме этого есть небольшое жилье в некоторых странах, где приходится часто бывать по бизнес-делам.

Как вы относитесь к коллекционным предметам искусства, антиквариату?

Я покупаю картины хороших, современных украинских художников — нравятся работы Михаила Демцю, Анатолия Криволапа, Любомира Медвидя. Они находятся как у нас в компании, так и у меня дома. У меня нет опыта, чтобы делать из этого бизнес, проводить какие-то выставки. Но мне нравится такое искусство.

Кто вас вдохновляет и является хорошим примером в бизнесе?

Я всегда говорю, что это — моя команда. Все они — профессионалы, каждый в своем направлении, но продолжают развиваться и учиться новому. Ранее мы участвовали в ежегодных конференциях инвесткомпании Jefferies, которая занимается финансированием и развитием фармацевтики. С 2000 года мы командой проводим стратегические сессии. Выезжаем куда-то, несколько дней работаем, проводим мозговой штурм, а затем вместе отдыхаем. В этом году я решила, что еще раз смогу вместе со своей командой подняться на Говерлу. Именно такие вещи, которые мы делаем вместе, и вдохновляют меня больше всего.

Советы из своего большого опыта можете дать другим бизнесменам или инвесторам? Как в 2021 году остаться на плаву?

Если есть деньги, их нужно инвестировать, а не держать на счетах. Инвестируйте в акции, недвижимость, в облигации, которые сегодня хорошо торгуются с хорошей маржой. Это риск, но не следует бояться это делать. Главное — с умом.

А молодым бизнесменам надо быть сильными и активными, ставить цели и упорно идти вперед. В Украине не развито многое из того, что есть в Европе. Можно найти собственную нишу, где твой продукт или услуги будут востребованы населением и государством.

 

Материалы по теме
Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый Forbes уже в продаже

Новый Forbes уже в продаже

Рейтинг зарплат | 15 самых комфортных банков