Ископаемое топливо доживает свой век. Какими будут энергетические гиганты через 15 лет /Фото Getty Images
Категория
Компании
Дата

Ископаемое топливо доживает свой век. Какими будут энергетические гиганты через 15 лет

Getty Images

Эпоха дешевых ископаемых источников энергии не стала основой для всеобщего экономического роста. Государства и трансатлантические энергокомпании теперь играют по новым правилам.

Энергетический сектор ощутил воздействия пандемии одним из первых – сократились авиа- и морские перевозки, останавливались производства, спрос на энергоресурсы падал. Компании задумались о необратимости изменений. В основу новых стратегий легли принципы углеродной нейтральности, сохранения экосистемы и эффективного использования ресурсов. 

Точка отсчета – 2020-й

Вспомним мир, который встретился с пандемией в начале 2020 года. Практически 1 млрд людей не имеет доступа к электроэнергии, более 40% населения Земли живут на $1 в день. Некоторые видят эти деньги только в продуктовом эквиваленте. 

В мире живет 1,8 млрд молодых людей, 85% из них родились в развивающихся странах. Почти 40% из них – безработные. 

Каждый третий молодой человек в мире подпадает под определение «NEET» – Not in education, Employment or Training, они не учатся и не работают. А каждый четвертый не может найти работу более оплачиваемую, чем за $1,25 в день. 44 млн молодых американцев задолжали за обучение около $1,5 трлн. Примерно столько же человек получают талоны на бесплатные продукты. 

С одной стороны, это свидетельствует о слабой платежеспособности будущих поколений, которым будут приходить счета за чистую энергию. Но с другой – это значит, что прошедшая эпоха расширения глобальной экономики и дешевых ископаемых источников энергии не стала основой для всеобщего экономического роста и устранения асимметрий. Не говоря уже о последствиях для экологии и климата. А значит, сохранение статуса-кво лишь будет способствовать нарастанию мирового кризиса по трем направлениям: экономика, экология и здравоохранение. 

Как меняются государства

В 2020 году ситуация набирала обороты очень быстро: 126 стран, которые отвечают за 51% глобальных выбросов парниковых газов, уже задекларировали цели полной декарбонизации своих экономик – это данные отчета UNEP Emissions Gap Report 2020. Ожидается, что и команда президента США Байдена также будет системно работать по вопросам перехода к безуглеродной экономике к 2050 году. 

Тогда этот альянс стран сможет устранить 63% выбросов, что обнадеживает. По сути, это новый международный общественный договор, в котором страны объединяются не против других стран, а против изменения климата на Земле. 

Есть и примеры соседних стран – правительство Польши приняло решение о новой энергетической политике государства до 2040 года. В стратегии сформулирована идея «справедливой трансформации энергетики», а также новая энергетическая система с нулевыми показателями вредных выбросов. Уже к 2030 году выбросы парниковых газов в Польше должны сократиться примерно на 30% по сравнению с 1990-м.

Стратегия должна привести к главной цели – уменьшению использования угля в производстве электроэнергии. К 2030 году доля угля в стране должна снизиться с 75% до 56%, а к 2040 году составлять не более 28%. 

Правительство Японии также разработало новую стратегию чистого развития энергетики: к 2050 году более 50% электроэнергии будут производиться из возобновляемой энергии. Инновационные энергоносители – водород и аммиак – будут отвечать за 10%, а атомная энергетика, по прежнему, будет покрывать 30–40% спроса.  

У таких стратегий, кроме адептов, есть и критики. СЕО компании Toyota публично озвучил опасения, что внедрение такой стратегии приведет к массовой безработице и экономическому кризису. 

Что раньше делали корпорации для чистого будущего

По данным Международного энергетического агентства, в 2015–2019 годах инвестиции мировых нефтегазовых компаний за пределами их основных направлений деятельности составляли менее 1% от общих капитальных затрат. Большая часть этой суммы была направлена на так называемый greenwashing – проекты для улучшения имиджа и репутации. В то же время инвестиции направлялись в основное ядро ​​бизнеса – добычу, транспортировку, поставки ископаемых энергоносителей и т.п.

Примеров смены имиджа много. Так, британо-иранская компания Вritish Petroleum (BP, «Британская Нефть») провела ребрендинг и временно сменила название на Beyond Petroleum (BP, «За пределами нефти»), французская компания Gaz de France («Газ Франции») стала Engie (имя собственное, не переводится), а норвежская Statoil превратилась в Equinor (equi – «равновесие» и nor – от «Норвегия»).

Некоторые мировые нефтегазовые компании создавали инвестиционные фонды для поддержки инноваций и чистых технологий. Например, ВP, Chevron, CNPC, ENI, Equinor, ExxonMobil, Occidental, Petrobras, Repsol, Saudi Aramco, Shell, Total основали Oil&Gas Climate Initative Investment Fund. А американская компания Chevron создала фонд Future Energy Fund на $100 млн для инвестиций в прорывные технологии. Но объемы средств в этих фондах не соответствовали реальному спросу на финансирование прорывных энергетических технологий, необходимых для сохранения климата.

Компании также пробовали свои силы в проектах из возобновляемых источников энергии. Так, BP завершила запуск 250 МВт солнечной электростанции в Испании, Shell приобрела пилотный проект плавучих ветровых электростанций французского стартапа EOLFI. А итальянская Eni пообещала высадить в Африке новые деревья на площади 80 тыс. га для компенсации собственных выбросов парниковых газов. 

В 2020 году многое изменилось. На глобальном и национальном уровне стали принимать стратегии, которые мотивируют большой энергетический бизнес к созданию новых бизнес-моделей.  

Новый общий показатель «инвестиций в энергетический переход», составленный BloombergNEF(BNEF), показывает, что в 2020 году мир выделил на декарбонизацию рекордные $501,3 млрд, что на 9% больше, чем в предыдущем году, несмотря на экономический спад, вызванный пандемией Covid-19. 

После 2020 года: новые правила 

Если говорить о главных принципах новых стратегий, то в декабре 2020-го семь компаний из ЕС – BP, Shell, Eni, Equinor, Galp, Repsol и Total – и компания Occidental из США разработали и подписали список основных принципов, которым они будут следовать в эпоху энергетического перехода. А именно:

  •  работать над сокращением выбросов от собственной деятельности; 
  •  публично поддерживать цели Парижского климатического соглашения; 
  •  работать с правительствами над разработкой низкоуглеродных энергетических систем; 
  •  поддерживать технологии использования и хранения углерода (CCUS); 
  • обеспечивать большую прозрачность в отношении рисков, связанных с изменением климата; 
  • предоставлять отчетность о членстве в торговых ассоциациях и о том, как они соответствуют их климатическим целям.

Эти принципы были согласованы с инициативой Climate Action 100+ – объединением инвесторов в энергетику, которые управляют активами на $52 трлн. Это свидетельство трансатлантического согласования на корпоративном уровне единой повестки, которая будет определять стратегии энергетических компаний в будущем.

Есть интересные примеры последствий внедрения этих принципов на практике. Энергетический концерн Total с целью реализации последовательной внешней политики принял решение не продлевать членство в Американском институте нефти (American Petroleum Institute), программная повестка которого не соответствует стратегии чистого развития Total. 

Shell в январе 2021 года озвучила покупку крупнейшей сети зарядных станций для электромобилей в Великобритании – Ubitricity.

Shell в январе 2021 года озвучила покупку крупнейшей сети зарядных станций для электромобилей в Великобритании – Ubitricity.

Одним из основных примеров корпоративной трансформации является сокращение инвестиций в добычу природных ископаемых. Так, Equinor к 2023 году планирует сократить штат геологоразведочных подразделений на 30%. Датские компании должны будут полностью прекращать разведку и добычу нефти и газа в Северном море к 2050 году. 

Упомянутый выше концерн Total также планирует сокращать инвестиции в добычу нефти и газа. В компании заявили о планах строительства плавучих офшорных ветровых электростанций в Южной Корее мощностью в 2,3 гВт. Гигант Royal Dutch Shell намерен сократить до 40% своих затрат на добычу нефти и газа, чтобы сосредоточить капитал для инвестиций в возобновляемую энергетику. 

Известная компания Shell реализует стратегию по сокращению нефтеперерабатывающих заводов практически в два раза, с 20 до 10. Стратегия Shell отличается последовательностью уже на протяжении десятилетий. Так, CrossWind – совместное предприятие Shell с голландской энергетической компанией Eneco – будет строить ветропарк Hollandse Kust мощностью 759 МВт в открытом море у берегов Нидерландов. Этот проект не предусматривает государственных субсидий. Также он будет включать плавучую солнечную электростанцию и накопитель энергии. 

При этом крупные компании не меняют свою бизнес-модель и продолжают строить вертикально-интегрированные модели. Теперь, правда, вместо скважин и бензозаправок реализация чистой электроэнергии будет на зарядных станциях. Так, Shell в январе 2021 года озвучила покупку крупнейшей сети зарядных станций для электромобилей в Великобритании – Ubitricity. Портфель Shell в электромобильной отрасли дает понять, что компания начала подготовку заранее:

  • в 2017-м купили компанию NewMotion2 – строили единую экосистему для зарядных станций;
  • в 2018-м приобрели компанию Ample – владелец технологий зарядки для электромобилей;
  • в 2019-м – Greenlots, унифицированные зарядные станции для всех сервисов, которые купил Shell;
  • в 2020-м – Envoy, каршеринг электрокаров и зарядные станции;
  • в 2021-м – Ubitricity, крупнейшую сеть зарядных станций в Великобритании.

Системный подход к аналитике и прогнозированию всегда отличал компанию Shell, в которой работает легендарная «сценарная команда», постоянно рассматривающая альтернативные сценарии развития энергетического будущего. Команда известна тем, что предсказала нефтяное эмбарго и кризис 1973 года, развитие добычи и использования сланцевого газа и почти точно спрогнозировала, что к 2020 году стоимость электроэнергии из ветра и солнца сравняется со стоимостью традиционной энергетики.  

Итоги подводить рано

Невозможно отчетливо отследить результаты изменения энергетических систем за короткое время. Для достижения «зрелости» новым технологиям необходимы не годы, а десятилетия.    

Тут можно использовать аналогию, которую применил известный аналитик Джон Кемп из Reuters. Энергетик, начавший работать в 1920-х годах, когда в энергетическом балансе Британии доминировал уголь, завершил карьеру в 1960-х – тогда уголь уже был замещен электричеством и нефтью. Следующее поколение энергетиков 1960–2000 годов стали свидетелями развития использования природного газа, а также запуска и «торможения» эпохи атомных электростанций. 

С учетом такой тенденции можно предположить, что «новобранцы» энергетической отрасли 2020 года, когда еще активно используются традиционные энергоресурсы, выйдя на пенсию в 2060-х, оставят после себя наследие разработок в совершенно другой области энергетики.  

В предыдущий период истории энергетика решала вопросы развития и расширения цивилизации, а теперь перед отраслью стоит задача сохранения существования человеческой популяции и завоеванного уровня жизни на Земле. В этом процессе традиционные энергетические и нефтегазовые компании уже не рассматриваются как часть проблемы, а становятся ключевыми двигателями прогресса и развития.

Материалы по теме
Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый Forbes уже в продаже

Новый Forbes уже в продаже

Рейтинг зарплат | 15 самых комфортных банков