В начале января Служба безопасности Украины провела обыски одновременно по шести адресам ООО «Київгума», у ее дочерних компаний и учредителей. Правоохранители вручили подозрения. В блиц-интервью Forbes гендиректор «Київгуми» Андрей Острогруд прокомментировал обвинения СБУ и рассказал, с чем связывает обыски и что будет делать дальше.
Заощаджуйте, отримуючи 6 журналів за ціною 4
Купуйте річну передплату на шість журналів Forbes Ukraine за 1 799 грн замість 2 400 грн. Читайте головні історії українського бізнесу, ексклюзивні рейтинги та глибоку аналітику в кожному номері.
«Київгума» является одной из крупнейших украинских компаний, производящей резиновые изделия, в частности продукцию из резины, латекса, силикона. С 2015 года компания приступила к производству аптечек и средств тактической медицины для Вооруженных сил Украины. За семь лет она выпустила более 350 000 таких аптечек.
Они и послужили причиной для визита правоохранителей. 4 января Служба безопасности Украины пришла с обысками к предприятию, а позже суд избрал соучредителю «Київгуми» меру пресечения в виде содержания под стражей по подозрению в поставке в Россию тактических медсредств.
«В течение 2022–2023 годов дельцы переправили в РФ несколько партий тактических жгутов и бинтов собственного производства более чем на 40 млн грн», – говорилось в сообщении СБУ. Нелегальный маршрут проходил через одну из европейских стран, где фигуранты создали подконтрольную фирму, заказывающую товар якобы для продажи в ЕС, добавляют в Службе безопасности Украины.
Позже в NV со ссылкой на источники в правоохранительных органах появились фотокопии вроде бы переписки менеджера «Київгуми» с контрагентами, свидетельствующей о понимании, куда шла продукция. А также скриншоты из российского телеграмм-канала с фотографией продукции «Київгуми» в России в 2022 году.
Обвинения – очень серьезные. В СБУ уверены в их обоснованности.
Forbes расспросил генерального директора «Київгуми» Андрея Острогруда, действительно ли компания поставляла свою продукцию в РФ после начала большой войны и как он объяснит данные, опубликованные в СМИ.
Беседа сокращена и отредактирована для ясности.
Знали ли вы заранее, что у вас будут обыски?
Два месяца назад ночью одновременно были взломаны телефоны моих братьев – Антона и Романа. Мы написали обращение в киберполицию, но это дело никак не двигалось. Считаю, что это сами же правоохранители из СБУ и взломали телефоны – видимо, они получили доступ к каким-то перепискам.
Постановление об обысках было датировано 22 декабря 2023 года. Мы об этом ничего не знали и нас никто об обысках не предупреждал. 4 января сообщил диспетчер, что группа неустановленных людей заходит на территорию предприятия.
Рассылка Forbes AI: искусственный интеллект глазами тех, кто рискует деньгами
Фото из личного facebook.com/andrey.ostrogrud
Мы сразу предоставили весь доступ ко всем помещениям, понимая, что если этого не сделаем, возникнут подозрения. Обыски продолжались весь день 4 января на предприятии и в офисе в Броварах.
СБУ с предприятия ничего не забирали, но сделали скриншоты нужных, по их мнению, документов.
С 28 декабря 2023 года я нахожусь за границей и понимаю, что они (СБУ. – Ред.) намеренно меня выпустили, чтобы обвинить в бегстве. Сейчас мне адвокаты говорят, в случае, если я приеду в Украину, меня арестуют.
Издание NV со ссылкой на источники в правоохранительных органах опубликовало скриншоты, в частности, переписки сотрудницы «Киевгума» с представителем российской компании ООО «Гермес-РТИ». Также российские оккупанты хвастались жгутами, на фото которых видна дата производства – июнь 2022 года. Как ваша продукция попала в Россию после начала войны?
С 22 или 24 февраля 2022 года у нас нет никаких поставок в Российскую Федерацию. С эстонскими компаниями Forans и Scanvik мы работаем уже 20 лет – с ними у меня давние дружеские отношения. Мы в эстонскую компанию жгут не поставляли – уверен, что СБУ это видит. Товар мог попасть туда из третьих стран – мы поставляем в страны Средней Азии и Кавказа, где работаем уже 30 лет.
Что касается переписки работников – я еще разбираюсь. Что касается продукции в России – там видно что это осень 2022 года, а сейчас это СБУ выдает как «новость».
Тогда почему к вам пришла с обысками СБУ?
Здесь есть определенная предыстория. В 2022 году несколько компаний начали борьбу за аптечки, поставляемые в ВСУ. В командовании Медицинских сил 4 июля 2022 года собралось несколько медицинских компаний, которые составляют аптечку, производители комплектующих, а также какие-то чуваки, которых никто не знал, но они тоже предлагали поставку аптечек. Это были импортеры и вели себя как «главенствующие» на этой встрече.
Я понял, что нас пытаются использовать, как непонятно кого. Хотя до этого мы были единственной и самой большой компанией-поставщиком и не было никаких вопросов.
Мы подняли бучу, начали писать письма везде, мол, кто-то пытается наживиться, вместо того чтобы покупать украинское. Нам удалось ситуацию преломить, и мы подписали контракт с одним из военных госпиталей.
Андрей Острогруд и команда «Київгума» Фото kyivguma.ua
После того, как мы подписали договор, к нам на предприятие пришли эти люди, которые были там на встрече, звонили и предлагали «поделить рынок». Я их всех проигнорировал. В 2023 году получаю запрос следователя об открытии уголовного дела, датированного апрелем того же года. Соответственно, предыдущие угрозы стали реальными.
Вы считаете эти события и обыски связанными с СБУ?
Я считаю, что это звенья одной цепи. Интерес этих ребят прост – пытаются показать, что они сильнее, и показывают, что я неправ, когда их послал на три буквы.
Одним из основных факторов есть бюджет. Я так понимаю, европейские доноры готовы предоставлять финансирование Украине, и, сделав нашу компанию токсичной, с нами тогда не будут сотрудничать ни государственные органы, ни доноры.
Предлагали ли вам правоохранительные структуры «решить вопрос» непублично?
Нет. Я думаю, они знают и понимают мою позицию. Я никогда никому ничего не платил и не буду платить. Для меня репутация – превыше всего. И то, что сейчас делают с моей компанией… я не нахожу слов.
Что планируете делать дальше?
Сейчас мы пытаемся понять, кто в чем у нас «виноват». Адвокаты знакомятся с материалами. Мы обязательно пойдем в суд, предоставим все оригиналы документов поставок в эстонские компании, что докажет всю абсурдность обвинений. У нас нет другого пути.
