«Они считают, что Дима неправ». Экс-коллеги Дубилета из «Привата» и mono недовольны его сольным бизнесом. Forbes выяснил, кто действительно начал конфликт /Коллаж Анна Наконечная
Категория
Богатейшие
Дата

«Они считают, что Дима неправ». Экс-коллеги Дубилета из «Привата» и mono недовольны его сольным бизнесом. Forbes выяснил, кто действительно начал конфликт

6 хв читання

Коллаж Анна Наконечная

История суперплодотворной кооперации экс-топ-менеджеров ПриватБанка, которые вместе создавали monobank, заканчивается конфликтом. В центре – новый проект Дмитрия Дубилета, 36, и его амбиции повторить путь mono на десятке рынков в Африке и Азии

Як створити продукт, який полюблять клієнти? Отримайте цінні поради від співвласника monobank™ – Олега Гороховського. Купуйте квиток на Форум підприємців, який відбудеться 27 червня.

В конце января Дмитрий Дубилет, получил письмо за подписью Нила Бланделла, адвоката британской юрфирмы Macfarlanes, которую, как следует из документа, наняла Людмила Шмальченко, 53, – экс-глава казначейства ПриватБанка и кофаундер Fintech Band, компании-создательницы monobank.

Шмальченко требует от Дубилета объяснений, почему его новая компания Fintech Farm, которая в конце 2021 года запустила в Азербайджане проект Leobank, использует похожие дизайнерские и маркетинговые идеи, которыми в свое время на украинском рынке выделялся mono.

В начале февраля письмо британских юристов попало в украинскую прессу. Бланделл из Macfarlanes не ответил ни на одну из просьб Forbes подтвердить подлинность документа. О его аутентичности заявила юрфирма Avellum, которая представляет интересы Шмальченко в Украине. «Мы представляем интересы группы акционеров Fintech Band», – говорится в письменном комментарии, переданном директором по развитию бизнеса Avellum Денисом Демьяненко.

Сама Шмальченко не ответила на просьбу Forbes прокомментировать противоречия с Дубилетом, однако о ее недовольстве новым бизнесом экс-партнера сказали три собеседника из окружения фаундеров Fintech Band. До этого письма она не высказывала Дубилету претензий – ни письменно, ни устно, утверждает он.

Более важная деталь, которую отмечают два собеседника, – у истоков конфликта стоит не Шмальченко, а другой кофаундер Fintech Band Владимир Яценко. В прошлом он был первым заместителем ПриватБанка и возглавлял подразделение, которое обслуживало бизнес экс-собственников банка Игоря Коломойского и Геннадия Боголюбова.

Токсичный шлейф mono

Со Шмальченко и Яценко Дмитрий Дубилет знаком практически с детства. Оба менеджера, как и Дубилет-старший, работали в «Привате» с 90-х годов. «Это была очень тесная и дружная тусовка, дети росли фактически вместе», – вспоминает один из сотрудников ПриватБанка тех времен, который попросил не упоминать его имени в этой статье.

После национализации «Привата» в конце 2016-го шестеро бывших топ-менеджеров банка создали Fintech Band – IT-компанию, которая специализируется на создании необанков. В число кофаундеров вошли Александр Дубилет (крупнейший акционер), Олег Гороховский, Дмитрий Дубилет, Михаил Рогальский, Вадим Ковалев, Владимир Яценко и Людмила Шмальченко. Осенью 2017-го экс-приватовцы в кооперации с Универсал Банком Сергея Тигипко запустили проект monobank, который к началу 2022-го собрал 5 млн клиентов.

Сейчас состав учредителей Fintech Band выглядит иначе. Дмитрий Дубилет продал свою долю партнерам после того как согласился стать членом Кабмина Алексея Гончарука. В начале 2021-го Дубилет-старший, Шмальченко и Яценко почти синхронно вышли из Fintech Band. 

Их экзит совпал с активизацией расследования Генпрокуратуры относительно возможного мошенничества в ПриватБанке, в чем мог участвовать бывший менеджмент. Осенью 2021-го в интервью Forbes Дубилет заявлял, что его выход из Fintech Band связан с переездом в Израиль, а не с уголовными делами.

В результате крупнейшим акционером Fintech Band стал другой сын Александра Дубилета – Алексей, у него 33,74% в компании. У Олега Гороховского, Михаила Рогальского и Евгении Кривенко, жены Яценко (именно она приняла его долю) – по 17,18%. У «преемницы» Шмальченко, ее дочери Дарьи Букреевой, – 9,81%, у еще одного экс-зампредправления ПриватБанка Вадима Ковалева – 4,91%.

Параллельный СЕО. Кто такие Яценко и Шмальченко

Шмальченко и Яценко – единственные «пассивные» акционеры Fintech Band, которые не участвовали в ее операционной деятельности, рассказывает на правах анонимности один из сотрудников, близко знакомый с системой менеджмента компании. В ПриватБанке их работа также не совсем соответствовала тому, что делает mono.

Гороховский, Дубилет-младший, Рогальский и Ковалев специализировались на карточном бизнесе, платежах, IT-решениях и кредитных рисках соответственно. Шмальченко заведовала казначейством (операции с валютой, выпуск ценных бумаг, взаимодействие с кипрским филиалом ПриватБанка), Яценко курировал VIP-обслуживание, где ключевыми клиентами были Коломойский и Боголюбов.

С именем Яценко связана деятельность «банка в банке» – теневого подразделения «Привата», который специализировался на кредитовании и проведении операций компаний, связанных с экс-собственниками, рассказывает на правах анонимности один из участников переговоров о национализации ПриватБанка.

Эта структура была описана не только в материалах НБУ (в начале 2017-го Нацбанк опубликовал результаты forensic-аудита ПриватБанка, который по заказу НБУ проводило американское детективное агентство Kroll), который практически сразу пошел на публичную конфронтацию с Коломойским, Боголюбовым и бывшим менеджментом банка, заявив о выведении из банка $5,5 млрд.

Второй источник – серия исков Минюста США относительно конфискации имущества, которое, как предполагают американские следователи, Коломойский и Боголюбов покупали в Штатах за деньги, выведенные из ПриватБанка. В иске, кроме прочего, поминутно показано с помощью каких операций и компаний (в том числе через кипрский ПриватБанк) средства перетекали из Украины в американскую недвижимость и промышленные активы.

«Если Дубилет всегда вел себя сдержанно, как будто все время носил маску, то Яценко отличала вспыльчивость и даже грубость, – отмечает собеседник среди участников национализации. – Складывалось впечатление, что Яценко ведет себя, как параллельный СЕО банка. Шмальченко имела куда меньше влияния».

Африканские амбиции Дубилета

До 2019-го серьезных разногласий между конфаундерами Fintech Band не было, говорит собеседник из окружения семьи Дубилетов, пожелавший остаться неназванным. Проблемы в отношениях начались, когда Дмитрий Дубилет стал членом правительства. «Другие фаундеры опасались, что это создаст сложности», – отмечает собеседник.

Мысль масштабировать идею monobank, сотрудничая с разными банками, появилась у партнеров почти сразу, однако вместо такой модели они избрали партнерство с Сергеем Тигипко, который владеет 50-процентной долей в проекте. Выход на внешние рынки бизнесмена не интересует, утверждает собеседник, знакомый с планами Тигипко.

Исключение – финтех-проект Koto, который партнеры по mono запустили в Великобритании в 2020-м году. Вариантов было достаточно и в Украине: с идеями сотрудничества к Fintech Band приходили несколько крупных украинских банков с иностранным капиталом, но этому помешали договоренности с Тигипко, рассказывает на правах анонимности СЕО одной из крупных украинских финансовых компаний.

При подготовке выхода на британский рынок Дубилет-младший познакомился с одним из будущих партнеров – Николаем Бескровным, тогда возглавлявшим направление M&A в Fintech-секторе в лондонском KPMG. Третьим сооснователем нового проекта Дубилета стал его старый знакомый по ПриватБанку Александр Витязь.

Партнеры зарегистрировали компанию Fintech Farm 19 марта 2021 года, Дубилету принадлежит в ней 96%. Осенью 2021-го они дебютировали в Азербайджане с финтех-проектом Leobank. За три месяца с момента запуска он набрал более 150 000 клиентов.

Дубилет говорит, что приглашал экс-партнеров по mono в новый проект. Как утверждает собеседник, близкий к одному из ключевых кофаундеров Fintech Band, они ничего не знали о дальнейших планах Дубилета. «Для них запуск в Азербайджане был большой новостью, – говорит он. – Все считают, что Дима неправ. На его стороне – только Дубилет-старший».

У проекта Leobank действительно есть сходства с mono, на чем настаивают юристы Шмальченко. Во всяком случае, бизнесовые: локальный банк-партнер, акцент на мобильном приложении, позиционирование как банк без отделений. Технологических сходств нет, утверждает Витязь. «Весь софт/алгоритмы для Fintech Farm написаны с нуля, – говорит он. – С точки зрения архитектуры и софта это абсолютно разные проекты».

Письмо, которое Дмитрию Дубилету выслали британские юристы Шмальченко, получили и другие акционеры Fintech Band. «Вопрос касается интересов Fintech Band как компании и всего бренда mоnobank, а не только отдельных акционеров», – говорится в письменном комментарии Avellum.

Яценко, Рогальский и Ковалев не ответили на просьбу Forbes подтвердить или опровергнуть претензии к Дубилету. Гороховский отказался комментировать этот вопрос. Предправления Универсалбанка Ирина Староминская подтвердила актуальность заявления Тигипко о том, что у группы ТАС нет споров с Дубилетом относительно интеллектуальной собственности.

Дубилет считает претензии необоснованными. «Речь идет даже не о судебном иске, а о заявлении в правоохранительные органы», – сказал он. У его нового проекта большие планы: Fintech Farm в течение двух лет хочет выйти еще на девять рынков в Африке и Азии, на очереди – запуск в Нигерии. Предварительные договоренности с местными банками есть еще в нескольких африканских странах, анонсировал Бескровный.

Перед заходом в Африку Fintech Farm привлекла крупного партнера – в середине января в компанию вложился украинский интернет-конгломерат Genesis, став ключевым участником инвестраунда на $7,4 млн. Genesis стала соакционером компании Дубилета, за которым сохранилась мажоритарная доля. Тогда же в Fintech Farm инвестировали также венчурные фонды TA Ventures, u.ventures и AVentures Capital.

История о претензиях к Дубилету экс-партнеров не должна помешать запуску его нового бизнеса в Африке, говорит СЕО и сооснователь Genesis Владимир Многолетний. «Перед тем как инвестировать, мы анализировали юридические риски, – рассказывает он. – Мы считаем, что этот вопрос не повлияет на операционную работу компании».

Fintech Farm пока не планирует заходить в Украину, говорит Бескровный. «Мы хотим захватывать рынки и становиться там лидерами», – объясняет он. 

Материалы по теме

Вы нашли ошибку или неточность?

Оставьте отзыв для редакции. Мы учтем ваши замечания как можно скорее.

Исправить
Предыдущий слайд
Следующий слайд
Передзамовлення нового номеру Forbes Ukraine. Купуйте зараз за 209 грн замість 279 грн

Заказывайте с бесплатной курьерской доставкой по Украине