Категория
Компании
Дата

Как пандемия может научить нас сохранять энергоресурсы для будущего

Иллюстрация Getty Images

Иллюстрация Getty Images

Рост эффективности использования энергоресурсов может повысить энергетическую безопасность и конкурентоспособность любой экономики. И здесь сохранились колоссальные резервы

Питер Тиль, основатель PayPal и один из первых инвесторов Facebook, озвучил светлую идею: из-за пандемии имеет смысл рассматривать 2020-й как по-настоящему первый год XXI века – год смены глобальных ценностей, экономических циклов и образа жизни. 

Отраслевые стратегии долгое время рассуждали, как обеспечить всех желающих на планете чистой и доступной энергией. Однако 2020-й научил нас сдержанности и убедил, что в энергетике тоже сначала следует сконцентрироваться на эффективности и экономности потребления. Если мы продолжим потреблять энергию так же расточительно, как раньше, нас не спасет ни солнечная энергия, ни водород, ни термоядерный синтез. 

В прошлый раз активно эта тема подымалась после энергетического кризиса 1970-х годов, когда эмбарго стран-экспортеров нефти временно поставило под угрозу уклад экономик западных стран. Именно тогда был колоссальный скачок цен на энергоресурсы, вводились жесткие ограничительные мероприятия и на фоне этого вышла книга британского экономиста Эрнста Шумахера «Малое прекрасно», где он высказал смелую мысль о том, что безудержный рост должен смениться осознанным потреблением. 

С тех пор население Земли удвоилось, а потребление энергии утроилось. Но системных действий, направленных на сокращение потребления энергоресурсов, не последовало. Традиционные ресурсы по прежнему остаются дефицитными и опасными для экосистемы способами удовлетворить наши растущие потребности в энергии. 

Похоже, человечество ждет сложный и бесконечный «зефирный тест», в ходе которого мы должны не использовать энергоресурсы сегодня, чтоб потом было чем согреться холодной зимой условного 2055-го. 

Стратегия выхода из ситуации на основе осознанного потребления энергоресурсов существует и, по версии аналитиков McKinsey, держится на трех основах:

  • отрыв роста экономики от увеличения энергоемкости; 
  • прогресс в энергетической эффективности промышленности; 
  • изменение культуры поведения населения.

Внедрение стратегии позволит на переходных этапах сбалансировать глобальную энергетическую систему без критического ущерба для экосистемы планеты до тех пор, пока возобновляемые источники не достигнут зрелости и экономичности.  

Как мы сейчас используем энергию

The World Energy Outlook – ведущая публикация Международного энергетического агентства ежегодно представляет анализ мирового энергетического сектора.

Вот базовые количественные признаки мирового энергетического сектора за последние два года:

  • в мире не имеют доступа к электроэнергии практически 1 млрд человек, еще очень многие находятся за чертой энергетической бедности;
  • в 2019 году глобальный спрос на энергию увеличился вдвое по сравнению с темпами роста в 2018-м;
  • рост мирового ВВП упал с 3,6% в 2018 году до 2,9% в 2019-м, сдерживая увеличение спроса на энергию;
  • тем не менее в 2019-м потребление природного газа в мире выросло на 78 млрд кубометров, потребление нефти – на 1 млн баррелей, производство электроэнергии – на 1,3%;
  • за 2020-й – год пандемии – глобальный спрос на энергию сократился на 5%, выбросы CO2, связанные с энергетикой – на 7%, а инвестиции в энергетику – на 18%.

Картина последних лет комплексно отражает реальность современной энергетики, в которой спрос все еще превышает предложение, доминируют традиционные энергоносители, технологии распределены неравномерно, а горизонт стратегического прогнозирования обычно не более пяти лет. 

Темпы повышения эффективности использования этих энергоресурсов в мире за последнее десятилетие существенно замедлились. 

  • На промышленный сектор, включая производство железа, стали, цемента, химическую и нефтехимическую продукцию, приходится более 30% спроса на первичную энергию, остальные сектора (транспортный, коммерческий и бытовой) потребляют примерно по 20–25%
  • В результате кризиса и сохраняющихся низких цен на энергоносители глобальная энергоемкость уменьшилась всего на 0,8% в 2020 году, что намного ниже уровня, необходимого для достижения целей в области глобального климата и устойчивости. Это особенно тревожно, потому что, по расчетам международных экспертов, ставка на энергоэффективность обеспечивает львиную долю (более 40%) ожидаемого сокращения выбросов парниковых газов, связанных с энергетикой. 
  • По итогам 2020 года, инвестиции в новые энергоэффективные здания, оборудование и транспорт сократились, поскольку экономический рост упал примерно на 4,6%, а неопределенность доходов влияет на принятие решений потребителями и бизнесом. 

Рост эффективности использования энергоресурсов может стать самым результативным способом повышения энергетической безопасности и конкурентоспособности любой экономики. И здесь сохранились колоссальные резервы.

Например, в 2019 году в мире из-за несовершенства технологий производства нефти и газа было сожжено «на факелах» около 150 млрд куб. м природного газа, 4% мировой добычи газа, что эквивалентно потреблению газа в Африке. Это привело к выбросам более 280 млн т CO2. Если бы было продано 150 млрд куб. м газа, который был сожжен, это принесло бы доход от $15 млрд до $20 млрд в год (исходя из средней в тот период стоимости газа).

Или другой пример из сектора машиностроения и электромобильности. Для производства электрокара требуется рабочих часов на 40% меньше, чем для авто с двигателем на ДВС. Аналитики из Ford Motor посчитали, что производство электрокаров потребует на 30% меньше рабочих часов и на 50% меньше производственных площадей. Первым звоночком в августе стало закрытие фабрики по сборке коробок передач General Motors. 

Кризис и его последствия

Согласно опубликованным сегодня данным МЭА, кризис COVID-19 в 2020 году спровоцировал самое большое ежегодное падение глобальных выбросов углекислого газа, связанных с энергетикой, со времен Второй мировой войны. Но нам нужны системные решения, ведь это был неспокойный год для мировой энергетической системы, и мы не предполагаем решать экологические и ресурсные проблемы карантинными методами. 

Кризис COVID-19 вызвал больше потрясений, чем любое другое событие в новейшей истории, оставив шрамы, которые сохранятся на долгие годы. Но будет ли этот переворот в конечном итоге способствовать или мешать усилиям по ускорению перехода к чистой энергии, будет ли зависеть от того, насколько быстро мы сможем определить резервы потребления, – здесь накопилось немало вопросов.

Обязательно ли нам так много и так неэффективно путешествовать, как это было раньше? Необходимо ли использовать так много энергии для гаджетов? Нужна ли трендовая одежда, когда легкая промышленность – топовый эмитент вредных выбросов и потребитель энергии? Правильно ли возить контейнерами пластиковые игрушки, если через неделю они отправляются в мусорник? Список вопросов будет длиной в сотни пунктов, ведь все эти процессы съедают гигантское количество энергии. 

Существует аксиома Дучарма, согласно которой, если внимательно рассмотрите любую проблему (в том числе энергетическую), вы увидите себя как часть этой проблемы. Главное – набраться смелости. Мы слишком многого хотим от ученых, энергетиков, политиков, финансистов, но сами даже не садимся за стол переговоров о новом общественном договоре, в рамках которого наше расточительное потребление энергии – это практически преступление против наших детей и внуков. 

Достижение эффективных способов потреблении энергии так или иначе будет построено через принуждение, которое намного сильнее тяготения людей к высоким идеалам сохранения климата, планеты или распределения ресурсов. Ведь уже сейчас динамика рынка только потребительских энергосберегающих технологий колоссальная. Его объем достигнет к 2022 году почти $1 трлн, это вдвое больше оценок 2015 года, но пока он недооценен и в первую очередь из-за низкого спроса. Формирование же культуры этого спроса – вопрос сложный и не всегда укладывается в классические нормативные документы и бизнес-модели.   

Интересный пример стратегического подхода к энергоэффективной политике я узнал во время обучения в Вене, где нам, молодым аналитикам из разных стран, преподавали стратегическое планирование энергетических систем в штаб-квартире ООН. Кейс выглядел следующим образом. Европейский благотворительный фонд бесплатно раздавал беднякам в Африке энергосберегающие лампы в целях сохранения климата и сокращения расходов на освещение в развивающихся странах. Однако волонтеры фонда обратили внимание, что почти все энергосберегающие лампы, которые они раздали бедным, те тут же перепродали. Буквально в 100 метрах от точек раздачи организовался рынок энергосберегающих лампочек, и те, кто побогаче, скупали их у бедных. Избыток предложения на единицу торговой площади опустил цены, и местные «небедные» купили лампы за пол-цены. Основы экономической теории Адама Смита и правила идеальной конкуренции в действии.    

Мы, слушатели курса, будущие аналитики и стратеги, задали резонный вопрос: «Если вы увидели, что тактика не работает, помощь не дошла до адресата, почему вы не прекратили раздачу лампочек?». 

Ответ лектора был убедительным: «Лампы так или иначе будут установлены в этой стране. Просто не в лачугах, а в квартирах обеспеченных людей. Они в любом случае снижают общее энергопотребление в стране, возможно, даже более эффективно. И сократят вредные выбросы. Фонд свои цели выполнил». 

Я вспомнил его историю, когда установил в подъезде энергосберегающую лампу для общего блага. Через пару дней лампу украли, а на ее место поставили обычную лампочку накаливания. Мне потребовалось время, чтобы пройти все стадии от раздражения до принятия, и убедить себя, что все равно в стране общее энергопотребление этой заменой лампы удалось немного сократить. Вот что значит системный подход – он тоже требует смирения.

И разумеется, в эффективном и разумном потреблении энергии, как и в любой стратегии, ключевым аспектом является наша трезвая самооценка. Как много нам действительно надо и чем из нашей «энергетической потребительской корзины» мы готовы пожертвовать? 

По сравнению с легендарным самураем Тэссю, героем Японии XIX века, мы все – богачи. Ему, близкому к императору советнику, принадлежало помещение всего в три циновки: одна для приема гостей, вторая для Тэссю и его жены, а третья для размышлений. Именно на этой воображаемой циновке для размышлений нам стоит проводить побольше времени для поиска оптимального пути, который свяжет меня и моих коллег-энергетиков с нашими будущими поколениями. Иначе они просто скажут, что их предки были ненасытные энергетические наркоманы, которые просадили все ресурсное наследство своих внуков и жили так, словно после нас хоть потоп. Который, кстати, и ждет всех нас в результате глобального потепления, если мы не умерим свои аппетиты. 

Материалы по теме

 

Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый Forbes уже в продаже

Новый Forbes уже в продаже

Рейтинг зарплат | 15 самых комфортных банков