Степан Черновецкий. /Александр Чекменев
Категория
Богатейшие
Дата

Отец научил Степана Черновецкого управлять чужими деньгами. Как он распоряжается своими?

Степан Черновецкий. Фото Александр Чекменев

«Не хочу готовить кофе, я способен на большее», – жаловался матери 19-летний Степан Черновецкий. Дело было в 1997 году, за несколько недель до этого разговора основатель Правекс Банка Леонид Черновецкий предложил сыну перевестись на заочное отделение и пойти к нему в помощники, пообещав платить $500. «На семейном совете решили, что знания и опыт лучше получать на практике», – вспоминает мать Степана Алина Айвазова, активно участвовавшая в семейном бизнесе.

Інвестувати? Почекати? Продавати? Війна змінює все, крім обов’язку лідера приймати виважені рішення. Вже 30 травня 40+ спікерів поділяться досвідом на Першій щорічній конференції про фінанси, інвестиції та економічне зростання. Купуйте квиток за посиланням.

Незадолго перед этим Степан вернулся из Швейцарии, где три года учился в частных пансионатах Женевы, и поступил на юридический факультет КНУ. «Был сложным и непоседливым ребенком», – говорит Айвазова. Степан не отличался особой тягой к учебе, ему больше нравилось играть в футбол и травить анекдоты.

Помимо выполнения мелких поручений отца, в обязанности Степана входило ежедневное изучение деловой прессы и пересказ прочитанного. «Каждый день я находился в приемной с 9:00 до 18:00 и не понимал, зачем мне это нужно», – вспоминает он.

Родители включили материальное стимулирование. «Степан хотел купить Mercedes, а месячного содержания не хватало», – рассказывает Айвазова. Родители пообещали удваивать из своего кармана премию, полученную в банке.

Несколько месяцев Черновецкий-младший проходил двухнедельные стажировки в разных департаментах Правекс Банка, а затем сдавал зачеты руководителям департаментов. «Такая практика была только для Степана, – говорит бывшая предправления «Правекса» Наталья Зубрицкая. – Папа хотел воспитать сильного бизнесмена». В конце 1990-х она руководила департаментом неторговых операций и учила Черновецкого-младшего азам банковского дела. 

В 1999-м Леонид Черновецкий предложил сыну на общих основаниях пройти конкурс на руководителя центрального отделения в Киеве. Так Степан занял первую руководящую должность. Перед ним стояла скорее предпринимательская, чем управленческая задача, говорит Зубрицкая. Вся система требовала постоянного роста продаж и выполнения планов по привлечению новых клиентов. «У Степана это очень хорошо получалось, – вспоминает Айвазова. – Его отделение всегда было в лидерах по доходам». 

Набирая руководителей, банк делал ставку на студентов‑отличников региональных вузов. Что выделяло Черновецкого-младшего на фоне других талантливых соискателей? Система выталкивала наверх самых активных и сообразительных, объясняет выходец из «Правекса», глава Chernovetskyi Investment Group (CIG) Владимир Кривко. Выпускник Ровенского гуманитарного университета, историк по образованию, Кривко прошел жернова отбора и в 2003-м возглавил дарницкое отделение Правекс Банка. Финальное собеседование перед назначением проводил владелец и глава набсовета банка Леонид Черновецкий, подпись о назначении ставил Степан Черновецкий, возглавивший к тому времени департамент филиальной сети.

Специализировавшийся поначалу преимущественно на корпоративной клиентуре Леонид Черновецкий видел будущее своего банка в рознице. «Он сказал Степану: если ты чего-то стоишь, должен вывести это направление из убытков», – вспоминает Айвазова. В 25 лет Степан Черновецкий получил в управление одно из ключевых подразделений – департамент потребительского кредитования. 

Черновецкий-старший не делал поблажек никому, тем более сыну, говорит Айвазова. «Отец не стеснялся сделать ему выговор при других зампредах, – рассказывает менеджер Правекс Банка, работавший в середине нулевых в центральном офисе. – Сам Степан к подчиненным относился мягче».

«Мы не хотели, чтобы дети чувствовали себя особенными», – объясняет Айвазова. Помимо Степана у нее и Черновецкого есть дочь Кристина. 

Какой след оставил Черновецкий-младший в банке? Одним из поворотных моментов было, по мнению Кривко, решение увеличить полномочия управляющих на местах и сделать ставку на развитие мини-отделений. Их открывали в местах с большим денежным оборотом: магазинах бытовой техники, электроники и автосалонах. Открывать такие точки управляющим крупных отделений разрешалось без согласования с центральным офисом. Увеличился лимит по кредитам, которые можно было выдавать крупным заемщикам без согласования. Банк также начал больше зарабатывать на комиссионных. 

«Это позволило сделать рывок и быстро нарастить количественные и качественные показатели, – говорит Кривко. – Благодаря активному развитию потребительского портфеля мы вошли в бум с готовыми продуктами». По словам Черновецкого-младшего, потребительское кредитование на пике приносило банку почти половину доходов. 

В середине 2000-х Черновецкий-младший руководил уже четырьмя департаментами в должности старшего вице-президента. В 2006-м Леонида Черновецкого выбрали мэром Киева и 27-летний Степан возглавил наблюдательный совет банка. Зубрицкая как предправления отвечала за систематизацию процессов, управляемость и риски, Степан – за стратегию, развитие бизнеса и продолжал курировать «свои» направления – сеть отделений и потребкредитование. 

Зубрицкая собиралась покинуть банк в 2006 году, но Черновецкий-старший уговорил остаться. «Он видел в Степане преемника и попросил доучить его, – вспоминает экс-предправления. – Я не могла отказать».

Инфографика Леонид Лукашенко

Инфографика Леонид Лукашенко

Кредитный станок, запущенный Степаном, работал бесперебойно. 2007-й «Правекс» закончил одним из лидеров розничного рынка: 2000 точек потребительского кредитования, 555 отделений, 4000 из 11 000 сотрудников специализировались на выдаче потребительских кредитов. За пять лет банк увеличил чистые активы в 3,7 раза, депозиты – в 3,3 раза, кредитный портфель – в 4,4 раза. Этот бизнес не мог не заинтересовать иностранных инвесторов, зачастивших в Украину.

Летом 2008 года итальянская финансовая группа Intesa Sanpaolo заплатила за Правекс Банк $750 млн с одним из самых высоких для украинского банкинга мультипликаторов цена/собственный капитал – 6,5. По словам Айвазовой, муж долго сопротивлялся продаже, но Степан смог найти аргументы. «Однажды он пришел и сказал, что время продавать банк, потому что потом начнется кризис и мы будем банкротами. Что это, как не чутье от Бога?» – задается вопросом Айвазова. 

Переговоры с итальянцами Степан вел лично, утверждает Кривко. Сделка состоялась за несколько недель до мирового финансового кризиса, который оставил итальянцев с портфелем проблемных кредитов. 

С полученным капиталом Черновецкому открывался океан возможностей.

Путь

Со Степаном Черновецким, 42, я встречаюсь на Печерске, в принадлежащем ему столичном бизнес-центре IQ. Это единственный в Украине бизнес-центр класса А+ и один из самых дорогих: средняя арендная ставка – $35 / кв. м. 

На входе в лофт гостя встречают два тропических тукана, разглядывающие посетителей из клетки размером с небольшую комнату. В центре холла – личный байк Черновецкого MV Augusta model F4. По просьбе семьи его пришлось зачехлить после нескольких поездок. Контраста ультрасовременному интерьеру добавляют расставленные в коридорах глиняные скульптуры и посуда трипольской культуры 4600–4400 годов до н. э. За 13 предметов Черновецкий заплатил $25 000. 

Из кабинета на 19-м этаже открывается панорама с Родиной-матерью. На полке рядом с рабочим столом – икона Божьей Матери и фотография, с которой улыбаются Степан, его жена Жанна и пятеро их детей. В спортивной кофте и джинсах, бизнесмен во время интервью разъезжает по офису на гироскутере. В руке – силиконовый массажер для разминки пальцев. «Так лучше думается», – говорит Черновецкий. 

В портфеле коммерческой недвижимости инвестиционной группы Черновецкого – более 120 000 кв. м торговых и офисных площадей, преимущественно в Киеве. Ей принадлежит 75% в столичном офисном центре 101 Tower (25% у Игоря Никонова). До пандемии консалтинговая компания Aurora Development оценивала его в $110 млн. Коронакризис сорвал продажу башни владельцу Dragon Capital Томашу Фиале. «Мы приняли решение не расширять портфель бизнес-центров», – говорит Фиала. Сейчас 101 Tower стоит не больше $85 млн. 

101 Tower – один из первых девелоперских проектов Черновецкого, реализованный за деньги от продажи Правекс Банка. «Я получил $750 млн и начал думать, куда вкладывать деньги, – рассказывает он. – В застройке неплохая рентабельность, решили инвестировать». В пресс-службе Черновецкого уточнили, что Степан управляет средствами, вырученными за свою долю Правекс Банка (86%), остальное – доля членов семьи. 

Отец научил Степана Черновецкого управлять чужими деньгами. Как он распоряжается своими? /Фото 1

Претендент в единороги. В течение пяти лет CIG намерен повысить капитализацию сервиса доставки Zakaz.ua до $1 млрд. Фото Zakaz.ua

На рынке у Черновецкого быстро сложилось реноме человека с деньгами, который ищет им выгодное применение. «В какой-то момент Степа оказался с горой кеша, – говорит владелец крупной киевской девелоперской компании, который не захотел, чтобы его имя упоминалось в этой статье. – Поскольку в девелопменте понимал мало, он искал застройщиков, вкладывался в проекты и что-то на разнице зарабатывал».

Основным проводником в рынок столичной недвижимости для Черновецкого стал владелец KAN Development Игорь Никонов. Первый крупный проект в жилой застройке – ЖК «Комфорт Таун», построенный на территории бывшего резино-генераторного завода «Вулкан», которым владел Черновецкий-старший. «Мы инвестировали туда десятки миллионов долларов, но сам проект создал Игорь, он получал комиссию за управление», – говорит Черновецкий-младший. Никонов «за проценты» больше не работает: «Невыгодно, усилий много, все делаешь ты, а зарабатывает инвестор». У него больше нет совместных проектов с Черновецким. Будут ли? «Планируем один как соинвесторы 50 на 50, но пока не договорились», – говорит бизнесмен. 

Первые инвестиции в застройку оказались успешными, Черновецкий решил продолжать. Девелоперские проекты приносят ему 90% доходов. В числе реализованных – жилые комплексы Tetris Hall (первая очередь), «Централ Парк», White Lines, Svitlo Park. Часть проектов не афишируется.

Опрошенные Forbes участники рынка утверждают, что Черновецкий инвестирует в намного большее количество проектов, чем признает. «Как правило, компании оформляются на определенных фронт-менеджеров, но в проекте могут быть абсолютно разные инвесторы, которые не афишируют свое участие – начиная от Черновецкого и заканчивая одиозными фигурами из окружения Януковича», – рассказывает один из участников столичного девелоперского рынка. Отследить движение капитала сложно, поскольку сотрудничество в основном закрепляется меморандумами о сотрудничестве и так называемыми непубличными понятийками. «Говорят, я участвовал в проектах с половиной Киева. Но это неправда и слухи», – отмахивается Черновецкий.

В расследовании «Экономической правды» говорится, что Черновецкому принадлежит 50% в компании Edelburg Development. Еще 50% владеет бывший руководитель столичного подразделения Государственной архитектурно-строительной инспекции Сергей Кучер. Компанию возглавляет свояк Степана Сергей Левцов – они женаты на сестрах-двойняшках Диане и Жанне. Черновецкий отрицает связь с компанией: «Он мой родственник, хороший парень, но дел у нас никаких нет». 

Отрицает Черновецкий и приписываемое ему участие в бизнес-проектах с крупным столичным застройщиком Вадимом Столаром и бывшим соратником Леонида Черновецкого Денисом Комарницким. В разное время оба считались «смотрящими» за строительным рынком Киева. Все трое фигурируют в файлах из компьютера юриста Комарницкого, который СБУ изъяла во время обыска осенью 2019 года. В опубликованном народным депутатом Гео Леросом архиве содержатся как официальные документы, так и «понятийки», касающиеся функционирования строительного рынка города, киевских тендеров и кооперации бизнесменов с чиновниками. Если документы подлинные, они свидетельствуют о том, что Степан Черновецкий активно, но не публично инвестировал значительные средства в различные строительные проекты в городе. «С Комарницким мы росли в одном дворе на Льва Толстого – можно сказать дворовые друзья, – говорит Черновецкий. – Столар? Вадика знаю с детства. Ни с тем, ни с другим бизнес-проектов нет». Бизнесмен не комментирует опубликованные файлы. «Я не увлекаюсь политикой. Политика – это грязь. Мои интересы исключительно в бизнесе», – говорит он.

Черновецкий готов вкладываться в строительство, если гарантированная доходность по бизнес-плану не ниже 30%. «В жилой застройке имеем среднюю доходность около 20%, – говорит он. – Но прежде чем получать дивиденды, мы много вкладываем». Минимальный чек – $10 млн. Интересуют участки не менее 10 га. 

Черновецкий не занимается операционным управлением недвижимостью. Девелоперские проекты ведет команда примерно из 100 человек. «Моя задача – обеспечивать стратегическое инвестирование и контроль бизнес-планов», – говорит он. Управляющим партнерам Черновецкий отдает до 15% прибыли после реализации.

Пресс-служба Черновецкого уточняет, что он лично не инвестирует в недвижимость. «У него есть определенные финансовые инвестиции в рынок недвижимости в Киеве, которые реализуются через институты совместного инвестирования под управлением лицензированной компании и профессиональных управляющих активами», – сказано в ответе на запрос Forbes.

Один из последних крупных проектов Черновецкого, в котором он признает свое участие, – застройщик Futura Hata. В портфеле девелопера, основанного в 2018 году, – 24-этажный жилой комплекс Edeldorf на Печерске и мини-городок Svitlo Park на Столичном шоссе. 

«Он пробует себя в роли самостоятельного девелопера», – говорит Никонов. Набивает шишки. Часть фасадов в Svitlo Park пришлось переделывать. По мнению Никонова, успешность Черновецкого как девелопера во многом будет зависеть от степени его вовлеченности. «Степа не является операционным управляющим и не понимает, что девелопером должен быть только владелец, – объясняет застройщик. – Когда проектом управляют наемные люди, это сильно все усложняет и замедляет». 

Как Черновецкий ведет дела? «Выполняет все договоренности в рамках договоров и нормальных человеческих отношений. Не кидает, – говорит владелец одной из девелоперских компаний. – Но это не те ребята, которые сильно вкладывают в бренд, концепцию, архитектуру. Больше выступают по массовому жилью – плотная, высотная застройка. Главное для них – доходность». «Сначала «плавал», сейчас получил опыт и заматерел, – говорит о Черновецком топ-менеджер крупной столичной компании-застройщика. – Не могу сказать, что он суперхваткий, но инвестирует в удачные проекты». 

Черновецкий преуспел не только в застройке Киева. Основанная в 2012 году Chernovetskyi Investment Group – один из крупнейших венчурных игроков в регионе. «В недвижимости и на фондовом рынке операционно зарабатываем, а прибыль инвестируем в интернет-проекты», – говорит Черновецкий. 

За восемь лет группа вложила в стартапы около $100 млн и останавливаться не собирается. «Проекты в IT гораздо интереснее и перспективнее с точки зрения капитализации, – говорит бизнесмен. – Хочется сделать что‑то по‑настоящему большое». 

Отец научил Степана Черновецкого управлять чужими деньгами. Как он распоряжается своими? /Фото 2

Жажда острых ощущений. Зачехлив байк, Черновецкий получает свою дозу адреналина в инвестиционных гонках.

Отец научил Степана Черновецкого управлять чужими деньгами. Как он распоряжается своими? /Фото 3

Из окна офиса Черновецкого открывается вид на монументальную Родину-мать

Отец научил Степана Черновецкого управлять чужими деньгами. Как он распоряжается своими? /Фото 4

Футболка и герб «Барселоны» в кабинете болельщика каталонского гранда Степана Черновецкого

Отец научил Степана Черновецкого управлять чужими деньгами. Как он распоряжается своими? /Фото 5

Место для отдыха

Отец научил Степана Черновецкого управлять чужими деньгами. Как он распоряжается своими? /Фото 6

В коридорах расставлены глиняные скульптуры и посуда трипольской культуры 4600–4400 годов до н. э.

Отец научил Степана Черновецкого управлять чужими деньгами. Как он распоряжается своими? /Фото 7

За 13 предметов Черновецкий заплатил $25 000

Отец научил Степана Черновецкого управлять чужими деньгами. Как он распоряжается своими? /Фото 8
Отец научил Степана Черновецкого управлять чужими деньгами. Как он распоряжается своими? /Фото 9

Принадлежащий Черновецкому IQ Business Center — единственный в Украине бизнес-центр класса А+ и один из самых дорогих. Средняя арендная ставка – $35 / кв. м.

Предыдущий слайд
Следующий слайд

У Черновецкого классическая для венчурных инвесторов мечта – построить украинскую компанию-единорога. Партнер венчурного фонда AVentures Евгений Сысоев говорит, что Черновецкий пытается совмещать в фонде разные бизнес-модели: это и инкубация проектов, и посевные инвестиции, и роль стратегического инвестора, выкупившего контрольный пакет и управляющего компанией. Пример последнего – проект Zakaz.ua, на который Черновецкий делает основную ставку. С 2014 года CIG инвестировала в сервис более $10 млн. На фоне взрывного спроса на онлайн‑доставку в 2020‑м количество заказов в сервисе выросло в 2,5 раза, оборот достиг $85 млн. План на 2021-й – $128 млн.

CIG вошла в Zakaz.ua в 2014 году, заплатив за 30% акций около $2 млн. В 2017-м основатель Zakaz.ua Егор Анчишкин покинул проект из-за разногласий по стратегии развития. Он предлагал сконцентрироваться на экспансии в США, CIG делала ставку на рынки Украины и других постсоветских стран. Кривко признает что в США у Zakaz.ua были хорошие перспективы, но компания не сумела привлечь местного инвестора, а без этого сделать рывок невозможно. «Мы купили этот билет и попробовали, – рассказывает он. – Но того, кто захотел бы проголосовать своим долларом за успех компании на этом рынке, не нашлось. Это основная причина, почему мы оттуда ушли».

Другая проблема, с которой столкнулся Анчишкин, – громоздкая система принятия решений в CIG, больше характерная для корпораций, чем для стартапов. «Это типичная болезнь family office, – говорит предприниматель. – На этапе становления нужно делать смелые вещи, быстро принимать и реализовывать решения. Когда у менеджеров недостаточно полномочий, важен прямой контакт с фаундером». 

Анчишкин виделся с Черновецким то ли три, то ли четыре раза. Он так и не понял, почему тот был настолько далек от управления ключевым проектом своего инвестофиса. «Как только инвесторы начинают операционно управлять проектами, все заканчивается тем, что проекты закрываются, – отвечает Черновецкий. – Но команда должна быть супермотивирована». Управляющим партнерам и менеджерам своих IT-проектов он отдает до 40%, в венчурных проектах для них предусмотрена доля прибыли при экзите. 

Ключевые направления его бизнеса возглавляют 10 топ-менеджеров – в основном выходцев из Правекс Банка. В зоне ответственности Степана – стратегические финансовые решения, он участвует в ключевых переговорах, говорит Кривко. Глава CIG отчитывается по результатам портфельных компаний раз в квартал. «Степан не тот, кто хочет все контролировать, он доверяет и делегирует», – говорит Зубрицкая. «Только в таких условиях команды и проекты растут органически, взращивая новых людей и новые проекты», – добавляет Черновецкий. 

Денег у CIG много, и группа смотрит широко: кроме Украины, фонд вкладывает в проекты из Израиля, Индии и ОАЭ. Про свои венчурные инвестиции Черновецкий рассказывает неохотно. «Сейчас это нам не очень интересно. Это бизнес для ленивых: инвестировал в стартап и со стороны наблюдаешь, что с ним будет», – говорит Кривко. «Намного интереснее управлять самим», – добавляет Черновецкий.

В 2018-м CIG продала миноритарную долю в онлайн-сервисе по поиску билетов на автобусы Busfor, заработав, по словам Черновецкого, около $1,3 млн. В 2019-м группа компаний «Эффективные инвестиции» Игоря Лиски купила у CIG онлайн-сервис по поиску врачей Doc.ua. Стороны не раскрывают сумму сделки. Лиски говорит, что заплатил более $1 млн. В пандемию выручка, по его словам, выросла в три раза. «Никаких сожалений, что не додержали Doc.ua, нет, – говорит Кривко. – Никто не может угадать будущее».

Главные экзиты – впереди, уверен сам Черновецкий.

С ним связывают стриминг Megogo, стоимость которого российский Forbes оценил в 2020 году в $209 млн. В начале 2010-х компанию основал бывший менеджер Правекс Банка Владимир Боровик. Сервис записан на кипрские офшоры. О том, что основной инвестор Megogo – Черновецкий, сказали Forbes два украинских венчурных инвестора и три топ-менеджера конкурирующих компаний. «Степан Черновецкий связан с проектом Megogo в основном как очень лояльный пользователь», – говорится в ответе пресс-службы бизнесмена. 

Какова рабочая формула Черновецкого-младшего? «Живу сегодняшним днем, наслаждаюсь жизнью», – говорит Степан Черновецкий. – Долгосрочное планирование – не мое». 

Что дальше? «Хотим стать тоннелем, через который проходят западные инвестиции к нашим IT-компаниям», – говорит Кривко. Основной упор – на индустрию киберспорта. «В ближайшее десятилетие она обгонит по обороту офлайн-спорт, – прогнозирует Кривко. – Это триллионы долларов. Наращиваем экспертизу и ищем проекты». В течение месяца CIG обещает закрыть сделку стоимостью $5 млн по покупке миноритарной доли в проекте по созданию платформы для киберспортсменов. 

«Степа деньги не тренькает, – констатирует Никонов. – Будущее у него нормальное».

Материалы по теме

Вы нашли ошибку или неточность?

Оставьте отзыв для редакции. Мы учтем ваши замечания как можно скорее.

Исправить
Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый выпуск Forbes Ukraine

Заказывайте с бесплатной курьерской доставкой по Украине