Отец научил Степана Черновецкого управлять чужими деньгами. Как он распоряжается своими? /Фото Александр Чекменев
Категория
Богатейшие
Дата

Отец научил Степана Черновецкого управлять чужими деньгами. Как он распоряжается своими?

Степан Черновецкий. Фото Александр Чекменев

«Не хочу готовить кофе, я способен на большее», – жаловался матери 19-летний Степан Черновецкий. Дело было в 1997 году, за несколько недель до этого разговора основатель Правекс Банка Леонид Черновецкий предложил сыну перевестись на заочное отделение и пойти к нему в помощники, пообещав платить $500. «На семейном совете решили, что знания и опыт лучше получать на практике», – вспоминает мать Степана Алина Айвазова, активно участвовавшая в семейном бизнесе.

Незадолго перед этим Степан вернулся из Швейцарии, где три года учился в частных пансионатах Женевы, и поступил на юридический факультет КНУ. «Был сложным и непоседливым ребенком», – говорит Айвазова. Степан не отличался особой тягой к учебе, ему больше нравилось играть в футбол и травить анекдоты.

Помимо выполнения мелких поручений отца, в обязанности Степана входило ежедневное изучение деловой прессы и пересказ прочитанного. «Каждый день я находился в приемной с 9:00 до 18:00 и не понимал, зачем мне это нужно», – вспоминает он.

Родители включили материальное стимулирование. «Степан хотел купить Mercedes, а месячного содержания не хватало», – рассказывает Айвазова. Родители пообещали удваивать из своего кармана премию, полученную в банке.

Несколько месяцев Черновецкий-младший проходил двухнедельные стажировки в разных департаментах Правекс Банка, а затем сдавал зачеты руководителям департаментов. «Такая практика была только для Степана, – говорит бывшая предправления «Правекса» Наталья Зубрицкая. – Папа хотел воспитать сильного бизнесмена». В конце 1990-х она руководила департаментом неторговых операций и учила Черновецкого-младшего азам банковского дела. 

В 1999-м Леонид Черновецкий предложил сыну на общих основаниях пройти конкурс на руководителя центрального отделения в Киеве. Так Степан занял первую руководящую должность. Перед ним стояла скорее предпринимательская, чем управленческая задача, говорит Зубрицкая. Вся система требовала постоянного роста продаж и выполнения планов по привлечению новых клиентов. «У Степана это очень хорошо получалось, – вспоминает Айвазова. – Его отделение всегда было в лидерах по доходам». 

Набирая руководителей, банк делал ставку на студентов‑отличников региональных вузов. Что выделяло Черновецкого-младшего на фоне других талантливых соискателей? Система выталкивала наверх самых активных и сообразительных, объясняет выходец из «Правекса», глава Chernovetskyi Investment Group (CIG) Владимир Кривко. Выпускник Ровенского гуманитарного университета, историк по образованию, Кривко прошел жернова отбора и в 2003-м возглавил дарницкое отделение Правекс Банка. Финальное собеседование перед назначением проводил владелец и глава набсовета банка Леонид Черновецкий, подпись о назначении ставил Степан Черновецкий, возглавивший к тому времени департамент филиальной сети.

Специализировавшийся поначалу преимущественно на корпоративной клиентуре Леонид Черновецкий видел будущее своего банка в рознице. «Он сказал Степану: если ты чего-то стоишь, должен вывести это направление из убытков», – вспоминает Айвазова. В 25 лет Степан Черновецкий получил в управление одно из ключевых подразделений – департамент потребительского кредитования. 

Черновецкий-старший не делал поблажек никому, тем более сыну, говорит Айвазова. «Отец не стеснялся сделать ему выговор при других зампредах, – рассказывает менеджер Правекс Банка, работавший в середине нулевых в центральном офисе. – Сам Степан к подчиненным относился мягче».

«Мы не хотели, чтобы дети чувствовали себя особенными», – объясняет Айвазова. Помимо Степана у нее и Черновецкого есть дочь Кристина. 

Какой след оставил Черновецкий-младший в банке? Одним из поворотных моментов было, по мнению Кривко, решение увеличить полномочия управляющих на местах и сделать ставку на развитие мини-отделений. Их открывали в местах с большим денежным оборотом: магазинах бытовой техники, электроники и автосалонах. Открывать такие точки управляющим крупных отделений разрешалось без согласования с центральным офисом. Увеличился лимит по кредитам, которые можно было выдавать крупным заемщикам без согласования. Банк также начал больше зарабатывать на комиссионных. 

«Это позволило сделать рывок и быстро нарастить количественные и качественные показатели, – говорит Кривко. – Благодаря активному развитию потребительского портфеля мы вошли в бум с готовыми продуктами». По словам Черновецкого-младшего, потребительское кредитование на пике приносило банку почти половину доходов. 

В середине 2000-х Черновецкий-младший руководил уже четырьмя департаментами в должности старшего вице-президента. В 2006-м Леонида Черновецкого выбрали мэром Киева и 27-летний Степан возглавил наблюдательный совет банка. Зубрицкая как предправления отвечала за систематизацию процессов, управляемость и риски, Степан – за стратегию, развитие бизнеса и продолжал курировать «свои» направления – сеть отделений и потребкредитование. 

Зубрицкая собиралась покинуть банк в 2006 году, но Черновецкий-старший уговорил остаться. «Он видел в Степане преемника и попросил доучить его, – вспоминает экс-предправления. – Я не могла отказать».

Инфографика Леонид Лукашенко

Инфографика Леонид Лукашенко

Кредитный станок, запущенный Степаном, работал бесперебойно. 2007-й «Правекс» закончил одним из лидеров розничного рынка: 2000 точек потребительского кредитования, 555 отделений, 4000 из 11 000 сотрудников специализировались на выдаче потребительских кредитов. За пять лет банк увеличил чистые активы в 3,7 раза, депозиты – в 3,3 раза, кредитный портфель – в 4,4 раза. Этот бизнес не мог не заинтересовать иностранных инвесторов, зачастивших в Украину.

Летом 2008 года итальянская финансовая группа Intesa Sanpaolo заплатила за Правекс Банк $750 млн с одним из самых высоких для украинского банкинга мультипликаторов цена/собственный капитал – 6,5. По словам Айвазовой, муж долго сопротивлялся продаже, но Степан смог найти аргументы. «Однажды он пришел и сказал, что время продавать банк, потому что потом начнется кризис и мы будем банкротами. Что это, как не чутье от Бога?» – задается вопросом Айвазова. 

Переговоры с итальянцами Степан вел лично, утверждает Кривко. Сделка состоялась за несколько недель до мирового финансового кризиса, который оставил итальянцев с портфелем проблемных кредитов. 

С полученным капиталом Черновецкому открывался океан возможностей.

Путь

Со Степаном Черновецким, 42, я встречаюсь на Печерске, в принадлежащем ему столичном бизнес-центре IQ. Это единственный в Украине бизнес-центр класса А+ и один из самых дорогих: средняя арендная ставка – $35 / кв. м. 

На входе в лофт гостя встречают два тропических тукана, разглядывающие посетителей из клетки размером с небольшую комнату. В центре холла – личный байк Черновецкого MV Augusta model F4. По просьбе семьи его пришлось зачехлить после нескольких поездок. Контраста ультрасовременному интерьеру добавляют расставленные в коридорах глиняные скульптуры и посуда трипольской культуры 4600–4400 годов до н. э. За 13 предметов Черновецкий заплатил $25 000. 

Из кабинета на 19-м этаже открывается панорама с Родиной-матерью. На полке рядом с рабочим столом – икона Божьей Матери и фотография, с которой улыбаются Степан, его жена Жанна и пятеро их детей. В спортивной кофте и джинсах, бизнесмен во время интервью разъезжает по офису на гироскутере. В руке – силиконовый массажер для разминки пальцев. «Так лучше думается», – говорит Черновецкий. 

В портфеле коммерческой недвижимости инвестиционной группы Черновецкого – более 120 000 кв. м торговых и офисных площадей, преимущественно в Киеве. Ей принадлежит 75% в столичном офисном центре 101 Tower (25% у Игоря Никонова). До пандемии консалтинговая компания Aurora Development оценивала его в $110 млн. Коронакризис сорвал продажу башни владельцу Dragon Capital Томашу Фиале. «Мы приняли решение не расширять портфель бизнес-центров», – говорит Фиала. Сейчас 101 Tower стоит не больше $85 млн. 

101 Tower – один из первых девелоперских проектов Черновецкого, реализованный за деньги от продажи Правекс Банка. «Я получил $750 млн и начал думать, куда вкладывать деньги, – рассказывает он. – В застройке неплохая рентабельность, решили инвестировать». В пресс-службе Черновецкого уточнили, что Степан управляет средствами, вырученными за свою долю Правекс Банка (86%), остальное – доля членов семьи. 

Претендент в единороги. В течение пяти лет CIG намерен повысить капитализацию сервиса доставки Zakaz.ua до $1 млрд. Фото Zakaz.ua

Претендент в единороги. В течение пяти лет CIG намерен повысить капитализацию сервиса доставки Zakaz.ua до $1 млрд. Фото Zakaz.ua

На рынке у Черновецкого быстро сложилось реноме человека с деньгами, который ищет им выгодное применение. «В какой-то момент Степа оказался с горой кеша, – говорит владелец крупной киевской девелоперской компании, который не захотел, чтобы его имя упоминалось в этой статье. – Поскольку в девелопменте понимал мало, он искал застройщиков, вкладывался в проекты и что-то на разнице зарабатывал».

Основным проводником в рынок столичной недвижимости для Черновецкого стал владелец KAN Development Игорь Никонов. Первый крупный проект в жилой застройке – ЖК «Комфорт Таун», построенный на территории бывшего резино-генераторного завода «Вулкан», которым владел Черновецкий-старший. «Мы инвестировали туда десятки миллионов долларов, но сам проект создал Игорь, он получал комиссию за управление», – говорит Черновецкий-младший. Никонов «за проценты» больше не работает: «Невыгодно, усилий много, все делаешь ты, а зарабатывает инвестор». У него больше нет совместных проектов с Черновецким. Будут ли? «Планируем один как соинвесторы 50 на 50, но пока не договорились», – говорит бизнесмен. 

Первые инвестиции в застройку оказались успешными, Черновецкий решил продолжать. Девелоперские проекты приносят ему 90% доходов. В числе реализованных – жилые комплексы Tetris Hall (первая очередь), «Централ Парк», White Lines, Svitlo Park. Часть проектов не афишируется.

Опрошенные Forbes участники рынка утверждают, что Черновецкий инвестирует в намного большее количество проектов, чем признает. «Как правило, компании оформляются на определенных фронт-менеджеров, но в проекте могут быть абсолютно разные инвесторы, которые не афишируют свое участие – начиная от Черновецкого и заканчивая одиозными фигурами из окружения Януковича», – рассказывает один из участников столичного девелоперского рынка. Отследить движение капитала сложно, поскольку сотрудничество в основном закрепляется меморандумами о сотрудничестве и так называемыми непубличными понятийками. «Говорят, я участвовал в проектах с половиной Киева. Но это неправда и слухи», – отмахивается Черновецкий.

В расследовании «Экономической правды» говорится, что Черновецкому принадлежит 50% в компании Edelburg Development. Еще 50% владеет бывший руководитель столичного подразделения Государственной архитектурно-строительной инспекции Сергей Кучер. Компанию возглавляет свояк Степана Сергей Левцов – они женаты на сестрах-двойняшках Диане и Жанне. Черновецкий отрицает связь с компанией: «Он мой родственник, хороший парень, но дел у нас никаких нет». 

Отрицает Черновецкий и приписываемое ему участие в бизнес-проектах с крупным столичным застройщиком Вадимом Столаром и бывшим соратником Леонида Черновецкого Денисом Комарницким. В разное время оба считались «смотрящими» за строительным рынком Киева. Все трое фигурируют в файлах из компьютера юриста Комарницкого, который СБУ изъяла во время обыска осенью 2019 года. В опубликованном народным депутатом Гео Леросом архиве содержатся как официальные документы, так и «понятийки», касающиеся функционирования строительного рынка города, киевских тендеров и кооперации бизнесменов с чиновниками. Если документы подлинные, они свидетельствуют о том, что Степан Черновецкий активно, но не публично инвестировал значительные средства в различные строительные проекты в городе. «С Комарницким мы росли в одном дворе на Льва Толстого – можно сказать дворовые друзья, – говорит Черновецкий. – Столар? Вадика знаю с детства. Ни с тем, ни с другим бизнес-проектов нет». Бизнесмен не комментирует опубликованные файлы. «Я не увлекаюсь политикой. Политика – это грязь. Мои интересы исключительно в бизнесе», – говорит он.

Черновецкий готов вкладываться в строительство, если гарантированная доходность по бизнес-плану не ниже 30%. «В жилой застройке имеем среднюю доходность около 20%, – говорит он. – Но прежде чем получать дивиденды, мы много вкладываем». Минимальный чек – $10 млн. Интересуют участки не менее 10 га. 

Черновецкий не занимается операционным управлением недвижимостью. Девелоперские проекты ведет команда примерно из 100 человек. «Моя задача – обеспечивать стратегическое инвестирование и контроль бизнес-планов», – говорит он. Управляющим партнерам Черновецкий отдает до 15% прибыли после реализации.

Пресс-служба Черновецкого уточняет, что он лично не инвестирует в недвижимость. «У него есть определенные финансовые инвестиции в рынок недвижимости в Киеве, которые реализуются через институты совместного инвестирования под управлением лицензированной компании и профессиональных управляющих активами», – сказано в ответе на запрос Forbes.

Один из последних крупных проектов Черновецкого, в котором он признает свое участие, – застройщик Futura Hata. В портфеле девелопера, основанного в 2018 году, – 24-этажный жилой комплекс Edeldorf на Печерске и мини-городок Svitlo Park на Столичном шоссе. 

«Он пробует себя в роли самостоятельного девелопера», – говорит Никонов. Набивает шишки. Часть фасадов в Svitlo Park пришлось переделывать. По мнению Никонова, успешность Черновецкого как девелопера во многом будет зависеть от степени его вовлеченности. «Степа не является операционным управляющим и не понимает, что девелопером должен быть только владелец, – объясняет застройщик. – Когда проектом управляют наемные люди, это сильно все усложняет и замедляет». 

Как Черновецкий ведет дела? «Выполняет все договоренности в рамках договоров и нормальных человеческих отношений. Не кидает, – говорит владелец одной из девелоперских компаний. – Но это не те ребята, которые сильно вкладывают в бренд, концепцию, архитектуру. Больше выступают по массовому жилью – плотная, высотная застройка. Главное для них – доходность». «Сначала «плавал», сейчас получил опыт и заматерел, – говорит о Черновецком топ-менеджер крупной столичной компании-застройщика. – Не могу сказать, что он суперхваткий, но инвестирует в удачные проекты». 

Черновецкий преуспел не только в застройке Киева. Основанная в 2012 году Chernovetskyi Investment Group – один из крупнейших венчурных игроков в регионе. «В недвижимости и на фондовом рынке операционно зарабатываем, а прибыль инвестируем в интернет-проекты», – говорит Черновецкий. 

За восемь лет группа вложила в стартапы около $100 млн и останавливаться не собирается. «Проекты в IT гораздо интереснее и перспективнее с точки зрения капитализации, – говорит бизнесмен. – Хочется сделать что‑то по‑настоящему большое». 

Жажда острых ощущений. Зачехлив байк, Черновецкий получает свою дозу адреналина в инвестиционных гонках.

Жажда острых ощущений. Зачехлив байк, Черновецкий получает свою дозу адреналина в инвестиционных гонках.

Из окна офиса Черновецкого открывается вид на монументальную Родину-мать

Из окна офиса Черновецкого открывается вид на монументальную Родину-мать

Футболка и герб «Барселоны» в кабинете болельщика каталонского гранда Степана Черновецкого

Футболка и герб «Барселоны» в кабинете болельщика каталонского гранда Степана Черновецкого

Место для отдыха

Место для отдыха

В коридорах расставлены глиняные скульптуры и посуда трипольской культуры 4600–4400 годов до н. э.

В коридорах расставлены глиняные скульптуры и посуда трипольской культуры 4600–4400 годов до н. э.

За 13 предметов Черновецкий заплатил $25 000

За 13 предметов Черновецкий заплатил $25 000

Принадлежащий Черновецкому IQ Business Center —  единственный в Украине бизнес-центр класса А+ и один из самых дорогих. Средняя арендная ставка – $35 / кв. м.

Принадлежащий Черновецкому IQ Business Center — единственный в Украине бизнес-центр класса А+ и один из самых дорогих. Средняя арендная ставка – $35 / кв. м.

Предыдущий слайд
Следующий слайд

У Черновецкого классическая для венчурных инвесторов мечта – построить украинскую компанию-единорога. Партнер венчурного фонда AVentures Евгений Сысоев говорит, что Черновецкий пытается совмещать в фонде разные бизнес-модели: это и инкубация проектов, и посевные инвестиции, и роль стратегического инвестора, выкупившего контрольный пакет и управляющего компанией. Пример последнего – проект Zakaz.ua, на который Черновецкий делает основную ставку. С 2014 года CIG инвестировала в сервис более $10 млн. На фоне взрывного спроса на онлайн‑доставку в 2020‑м количество заказов в сервисе выросло в 2,5 раза, оборот достиг $85 млн. План на 2021-й – $128 млн.

CIG вошла в Zakaz.ua в 2014 году, заплатив за 30% акций около $2 млн. В 2017-м основатель Zakaz.ua Егор Анчишкин покинул проект из-за разногласий по стратегии развития. Он предлагал сконцентрироваться на экспансии в США, CIG делала ставку на рынки Украины и других постсоветских стран. Кривко признает что в США у Zakaz.ua были хорошие перспективы, но компания не сумела привлечь местного инвестора, а без этого сделать рывок невозможно. «Мы купили этот билет и попробовали, – рассказывает он. – Но того, кто захотел бы проголосовать своим долларом за успех компании на этом рынке, не нашлось. Это основная причина, почему мы оттуда ушли».

Другая проблема, с которой столкнулся Анчишкин, – громоздкая система принятия решений в CIG, больше характерная для корпораций, чем для стартапов. «Это типичная болезнь family office, – говорит предприниматель. – На этапе становления нужно делать смелые вещи, быстро принимать и реализовывать решения. Когда у менеджеров недостаточно полномочий, важен прямой контакт с фаундером». 

Анчишкин виделся с Черновецким то ли три, то ли четыре раза. Он так и не понял, почему тот был настолько далек от управления ключевым проектом своего инвестофиса. «Как только инвесторы начинают операционно управлять проектами, все заканчивается тем, что проекты закрываются, – отвечает Черновецкий. – Но команда должна быть супермотивирована». Управляющим партнерам и менеджерам своих IT-проектов он отдает до 40%, в венчурных проектах для них предусмотрена доля прибыли при экзите. 

Ключевые направления его бизнеса возглавляют 10 топ-менеджеров – в основном выходцев из Правекс Банка. В зоне ответственности Степана – стратегические финансовые решения, он участвует в ключевых переговорах, говорит Кривко. Глава CIG отчитывается по результатам портфельных компаний раз в квартал. «Степан не тот, кто хочет все контролировать, он доверяет и делегирует», – говорит Зубрицкая. «Только в таких условиях команды и проекты растут органически, взращивая новых людей и новые проекты», – добавляет Черновецкий. 

Денег у CIG много, и группа смотрит широко: кроме Украины, фонд вкладывает в проекты из Израиля, Индии и ОАЭ. Про свои венчурные инвестиции Черновецкий рассказывает неохотно. «Сейчас это нам не очень интересно. Это бизнес для ленивых: инвестировал в стартап и со стороны наблюдаешь, что с ним будет», – говорит Кривко. «Намного интереснее управлять самим», – добавляет Черновецкий.

В 2018-м CIG продала миноритарную долю в онлайн-сервисе по поиску билетов на автобусы Busfor, заработав, по словам Черновецкого, около $1,3 млн. В 2019-м группа компаний «Эффективные инвестиции» Игоря Лиски купила у CIG онлайн-сервис по поиску врачей Doc.ua. Стороны не раскрывают сумму сделки. Лиски говорит, что заплатил более $1 млн. В пандемию выручка, по его словам, выросла в три раза. «Никаких сожалений, что не додержали Doc.ua, нет, – говорит Кривко. – Никто не может угадать будущее».

Главные экзиты – впереди, уверен сам Черновецкий.

С ним связывают стриминг Megogo, стоимость которого российский Forbes оценил в 2020 году в $209 млн. В начале 2010-х компанию основал бывший менеджер Правекс Банка Владимир Боровик. Сервис записан на кипрские офшоры. О том, что основной инвестор Megogo – Черновецкий, сказали Forbes два украинских венчурных инвестора и три топ-менеджера конкурирующих компаний. «Степан Черновецкий связан с проектом Megogo в основном как очень лояльный пользователь», – говорится в ответе пресс-службы бизнесмена. 

Какова рабочая формула Черновецкого-младшего? «Живу сегодняшним днем, наслаждаюсь жизнью», – говорит Степан Черновецкий. – Долгосрочное планирование – не мое». 

Что дальше? «Хотим стать тоннелем, через который проходят западные инвестиции к нашим IT-компаниям», – говорит Кривко. Основной упор – на индустрию киберспорта. «В ближайшее десятилетие она обгонит по обороту офлайн-спорт, – прогнозирует Кривко. – Это триллионы долларов. Наращиваем экспертизу и ищем проекты». В течение месяца CIG обещает закрыть сделку стоимостью $5 млн по покупке миноритарной доли в проекте по созданию платформы для киберспортсменов. 

«Степа деньги не тренькает, – констатирует Никонов. – Будущее у него нормальное».

Материалы по теме
Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый Forbes уже в продаже

Новый Forbes уже в продаже

Рейтинг зарплат | 15 самых комфортных банков