Нима Гамсари спасал американские банки во время пандемии. Он придумал, как диджитализировать рынок ипотечных кредитов стоимостью $4,3 трлн /Фото Ethan Pines for Forbes
Категория
Инновации
Дата

Нима Гамсари спасал американские банки во время пандемии. Он придумал, как диджитализировать рынок ипотечных кредитов стоимостью $4,3 трлн

В центре внимания: Нима Гамсари в своем доме в Беверли-Хиллз, где он работал во время пандемии, когда его бизнес взорвался, а его ПО установила почти треть ипотечного рынка США Фото Ethan Pines for Forbes

Нима Гамсари и его Blend Labs вовремя провели диджитализацию крупнейших ипотечных кредиторов, чтобы те не пострадали от пандемии

Одной из самых больших неожиданностей для экономики в период пандемии стал бум в жилой недвижимости. Спрос горожан и семей, работающих дистанционно, на просторные загородные дома поднял цены на этот вид недвижимости, а сверхнизкие проценты поощрили владельцев домов массово взяться за рефинансирование.

К концу прошлого года оформили 13,6 млн ипотек стоимостью $4,3 трлн, что стало новым рекордом – последний составлял $3,7 трлн и был установлен в 2003 году. Это удивительное достижение, учитывая то, что большинство из данных соглашений заключали тогда, когда личные встречи были под запретом, а взмыленные кредитные офицеры работали из дома с лаем собак и детьми на фоне.

Если откровенно, то ипотечный рынок был бы на нуле, если бы не секретное оружие – Нима Гамсари. 35-летний иранский иммигрант, который заработал сотни тысяч долларов за игрой в онлайн-покер, когда учился в Стэнфорде; после выпуска присоединился к таинственному стартапу Palantir Technologies, который занимался большими данными.

В 26 он бросил работу мечты, чтобы основать собственную софт-компанию Blend Labs в 2012-м. «Я всегда чувствовал, что хочу ставить на себя. И в этом я готов идти на высокие риски», – спокойно рассказывает он.

«Венчурные капиталисты сомневались в нас. Я уже со счета даже сбился, сколько именно раз слышал от них: «Это никогда не сработает» или «Банки никогда не будут это использовать»,

Нима Гамсари

Невидимый для обычных заемщиков и относительно незаметный у себя дома в Кремниевой долине, Blend имеет поразительное влияние. Сейчас компания предоставляет цифровые инфраструктуры для 287 американских банков, среди которых такие крупные ипотечные кредиторы, как Wells Fargo и First Republic Bank.

В 2020-м ПО от Blend использовали для обработки ипотечных и потребительских кредитов на $1,4 трлн, что втрое больше, чем годом ранее. Его компания увеличила штат с 425 до пандемии до 750 сотрудников. Выручка Blend, по оценкам Forbes, в прошлом году выросла вдвое, до почти $100 млн.

Во многом благодаря Blend заявки на ипотеку, андеррайтинг и процесс оформления теперь можно почти полностью выполнять в цифровом формате. Ранее же для этого нужны были недели или месяцы работы с бумажными заявлениями, е-письмами, факсами и телефонными звонками.

Blend, по данным консалтинговой фирмы MarketWise Advisors, помогает сэкономить в среднем 7,3 дня, $520 операционных затрат на каждом кредите, а также позволяет среднестатистическому банкиру закрыть 14 ипотечных сделок в месяц.

Blend без проблем интегрируется в CoreLogic для проверки кредитного рейтинга, Plaid для проверки банковских счетов и Google Maps для данных расположения. Это дает некоторым банкам возможность предлагать охотникам за домами одобрение ипотеки всего за несколько кликов мышкой, что является огромным преимуществом на раскаленном рынке жилой недвижимости.

«В прошлом году мы очень нервничали из-за снижения объемов, – рассказывает Том Винд, президент US Bank Home Mortgage, один из крупнейших клиентов Blend. – Мы смогли обслужить больше клиентов благодаря эффективности, предоставляемой Blend». В 2020-м в US Bank был 136% рост доходов от комиссионных по ипотекам, и для этого им не пришлось увеличивать количество сотрудников.

Гамсари и Blend достигли результатов, пойдя против привычных правил венчурных капиталистов. Вместо того, чтобы «ломать» банки (обычная цель для финтех-компаний), он решил модернизировать то, что есть, и выставлять счета за услуги. Он думал так: не надо будет тратить время и деньги на потребительский маркетинг, а потенциально можно будет упростить доступ к финансовым услугам для ста миллионов потребителей, а не миллиона или двух.

В январе после его особенно успешного года Blend собрал $300 млн от влиятельных инвесторов, среди которых Tiger Global Чейза Коулмана и Coatue Management Филиппа Лаффонта, при оценке стоимости в $3,3 млрд – это вдвое выше оценка, чем пять месяцев назад.

В апреле Blend отдал конфиденциальные документы Комиссии по ценным бумагам для потенциальной IPO, которая (учитывая структуру поощрительных выплат, как в Tesla) может приблизить Гамсари к статусу миллиардера, если компания будет демонстрировать хорошие результаты.

Ходят слухи о том, что SPAC-компании интересуются слиянием с Blend за сумму, которая вдвое превышает ее стоимость. Гамсари этого не комментирует.

Blend выделяется в нынешнем списке Forbes «50 финтех-компаний», который отмечает частные стартапы, изменяющие финансовые услуги. Двадцать из 50 компаний нынешнего списка являются новыми, что отражает энергию и активность венчурного капитала в этом секторе.

Это является следствием ковида и того факта, что семь компаний из прошлогоднего списка, среди которых криптобиржа Coinbase и Opendoor Technologies, которая скупает жилые дома за наличные, стали публичными. По крайней мере четыре участника нынешнего списка «50 финтех-компаний», учитывая Blend, планируют IPO.

И все же так мало из них влияют на жизнь обычных людей. Еще с окончания Второй мировой войны собственный дом был в центре американской мечты. Так было и для семьи Гамсари. В 1987-м, когда ему был год, родители привезли его в Соединенные Штаты, приехав туда на обучение в Университете Мичигана. Затем они осели в Цинциннати, где его отец преподавал математику в Университете Цинциннати, а мама была преподавательницей химии в Университете Ксавье.

После лет жизни в арендованных домах в 1998 году родители Гамсари наконец получили «зеленый» свет на ипотеку с низким первоначальным взносом и купили обычный двухэтажный дом в Цинциннати примерно за $100 000. Это стало началом процветания семьи. Позже они приобрели франшизу репетиторской компании, в которую также привлекли своего умного сына-подростка – он оценивал работы учеников и даже сам преподавал.

Это было не единственное, чем занимался амбициозный Гамсари до окончания школы. Он работал в McDonaldʼs, Starbucks и Circuit City, перестраивал компьютеры Dell и самостоятельно научился кодированию.

В Стэнфорде стипендия по необходимости (need-based scholarship) покрывала расходы на обучение, но Гамсари попробовал себя в онлайн-покере, чтобы заработать на жизнь. Очень скоро, когда не учился, он стал играть сутками, собирая шестизначные выигрыши.

«Тогда впервые для себя понял: если действительно приложу все усилия и энергию для самосовершенствования, то в перспективе результаты могут быть поразительными».

Чтобы было больше времени на покер, Гамсари купил гольф-карт на бензине, чтобы быстрее добираться до нужного здания в немаленьком студенческом городке Стэнфорда, раскинувшемся на более чем 32 квадратных километрах.

«Я оптимизирую свое время вокруг того, что хочу делать. Все, чего не хочу делать, стараюсь свести к минимуму или вообще убрать», – объясняет он (одолжив опыт Стива Джобса, он тоже купил 30 черных футболок, потому что «не любит тратить время на размышления о том, что сегодня одеть»).

Визии у Гамсари отнюдь нескромные. Он утверждает, что ПО может убрать из финансовой системы лишнюю волокиту, которая обходится в миллиарды долларов ежегодно. «За десять лет финансы станут по-настоящему цифровыми и проактивными в реальном времени».

Полицию студенческого городка мало беспокоила экономия бесценного времени студента, а потому она изъяла запрещенныц гольф-карт Гамсари. «Если подумать, то это было высокомерно с моей стороны – привезти карт в кампус», – соглашается он. Но это уже прошлое.

На время получения диплома по компьютерным наукам в 2008-м он уже купил себе Aston Martin и устроился на работу в сверхсекретный стартап Palantir Technologies, который занимался большими данными и сначала финансировался венчурной фирмой ЦРУ.

Его привлекли к инициативе Palantir развернуть свое ПО в крупных американских банках, которые тогда были на пределе. Лоскутная, устаревшая технологическая инфраструктура не давала банкам четкого представления о незащищенности их проблемных ипотек. Гамсари вблизи увидел прекрасную возможность сдвинуть банковскую систему – или трансформировать ее.

«Palantir пришел к выводу, что организации собирают все большее количество данных, но не было способов использовать их для операционных нужд, – рассказывает он. – Надо было буквально перечитывать кипы документов, ведь тогда все данные в ипотечной индустрии были в аналоговом формате».

Как у других сотрудников, в Гамсари были опционы и он мог превратить их в наличные, когда Palantir стал публичной компанией в 2020 году. Вместо этого в 2012-м он и двое его молодых коллег (бывший количественный трейдер (quant trader) Роско Хилл и инженер Юджин Маринелли) основали Blend вместе с Эрином Коллардом, главным трейдером гедж-фонда Питера Тиля Clarium Capital. Их цель состояла в том, чтобы принести новые облачные технологии в приземленные банки.

Уже в начале они получили поддержку от Тиля и Макса Левчина, состояние которого сейчас оценивают в $1,4 млрд благодаря выходу на биржу его финтех-компании Affirm, которая дает людям возможность платить за вещи частями. Сначала четыре основателя работали из небольшой квартиры Гамсари в Сан-Франциско, пока его сосед не стал жаловаться. Тогда они арендовали квартиру в Мишен-Бэй, которую использовали как офис, где они дремали в спальных мешках в перерывах между постоянным кодированием.

Сначала венчурные капиталисты, сосредоточенные на быстром, сногсшибательном росте, скептически относились к подходу Blend. Убедить консервативные банки перейти на новые технологии – это ненадежное дело, предупреждали они, да и количество банков было ограничено.

«Венчурные капиталисты сомневались в нас. Я уже со счета даже сбился, сколько именно раз слышал от них: «Это никогда не сработает» или «[Банки] никогда не будут это использовать», – вспоминает Гамсари.

Но изменения на рынке ипотек в конце концов сыграли Гамсари на руку. Пытаясь снизить риски после финансового кризиса 2008 года, крупные кредиторы, например Bank of America и Wells Fargo, начали отдавать ипотеки на сотни миллиардов третьим сторонам. Этим сторонам – службам – надо было помочь управлять их огромными новыми портфелями с ипотеками, и они были более открыты к сотрудничеству с молодыми техноволшебниками, чем банки. Одним из первых клиентов Blend был Nationstar Mortgage (теперь Mr. Cooper), третья крупнейшая ипотечная служба в стране.

Впрочем, большой прорыв Blend произошел благодаря конкуренту. В 2015-м Дэн Гилберт, миллиардер-владелец Quicken Loans, запустил Rocket Mortgage, который сократил время на оформление ипотеки с 40 дней до месяца. Что-то подобное предлагал и Blend.

«Совет директоров каждого банка проснулась и сказала: «Мама дорогая, нужно найти решение, которое бы помогло нам конкурировать с этим, а иначе мы потеряем объемы в пользу Rocket», – вспоминает Джеффри Райтман, партнер в Canapi Ventures, которая инвестировала в Blend.

В первой половине 2017 года Blend получил только $67 млн внешних инвестиций. И когда венчурные капиталисты увидели, что компания привлекла в качестве клиентов Wells Fargo, US Bank и ипотечного кредитора Movement Mortgage, они начали звонить.

В августе 2017 года Blend получил $100 млн при оценке стоимости в полмиллиарда; этот раунд инвестиций возглавил Greylock вместе с Emergence Capital, 8VC, Lightspeed Venture Partners и Nyca Partners.

Благодаря этим деньгам, Гамсари смог привлечь сотни меньших банков в свою клиентскую базу. Также он расширил функциональность, предоставив заемщикам возможность загружать документы, а банкам – управлять большей частью оформления и обработки заявки в цифровом формате.

В 2019-м Blend собрал еще $130 млн и нанял Тима Майопулуса, ныне 62-летнего бывшего гендиректора Fannie Mae, на пост президента. Это мгновенно дало компании кредит доверия от банков и ипотечных финансовых агентств с поддержкой государства, которые известны трейдерам как GSE.

«Гамсари пришел ко мне в кабинет и произвел впечатление тщедушного парня в черной футболке, – вспоминает Майопулус. – И сразу стало очевидно, что у нас одинаковое видение того, как должна работать система: ее должны направлять большие данные, которыми делятся все ключевые участники процесса, – от потребителя к кредитору и к тому, кто берет на себя кредитный риск [GSE]» .

Blend не останавливается на ипотеках или даже банках. К 2019 году компания запустила ПО, которое уменьшает использование бумаги в сфере страхования жилья и кредитов под залог домов и автомобилей. А еще оно позволяет жилищному застройщику Lennar предлагать ипотеки.

В марте Blend согласился купить компанию титульного страхования и урегулирования споров Title365 за $422 млн. Целью было интегрировать в сервис еще более процессов оформления ипотек, а также брать комиссионные за страхование.

Визии у Гамсари отнюдь не скромные. Он утверждает, что ПО может убрать из финансовой системы лишнюю волокиту, которая обходится в миллиарды долларов ежегодно. «За десять лет финансы станут по-настоящему цифровыми и проактивными в реальном времени», – говорит он.

Потребители будут открывать приложения и получать рекомендации в реальном времени на основе их финансовых возможностей, а Blend будет этому способствовать. «Если так произойдет, – добавляет он, – тогда наша компания станет одной из крупнейших в мире».

Материалы по теме

 

Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый Forbes уже в продаже

Новый Forbes уже в продаже

Рейтинг зарплат | 15 самых комфортных банков