Єгор Гребенніков, співвласник компанії ТІС. /Данила Булдаков/Wikipedia
Категория
Лидерство
Дата

«Кайфую от «пешеходного менеджмента». Какие принципы помогают жить и работать Егору Гребенникову

Егор Гребенников, совладелец компании ТИС Фото Данила Булдаков/Wikipedia

Совладелец крупнейшего частного порта страны ТИС Егор Гребенников работал в компании с первого дня ее существования. В последние годы он постепенно отходил от операционной деятельности, все изменило полномасштабное вторжение. Какие принципы жизни и работы исповедует сегодня предприниматель?

📲 45 секунд – на один пост, 20 хвилин на день, щоб дізнатися головні економічні та бізнесові новини. Підписуйтеся на Telegram-канал Forbes Ukraine, щоб економити час.

Егор Гребенников, 50, непубличный бизнесмен. Предпринимателя с довоенным состоянием $200 млн (оценка за 2021 год) мало кто знает в лицо. В отличие от «медийного» родного брата Андрея Ставницера. Они владеют долями на предприятиях крупнейшего частного порта страны ТИС.

Портовую компанию, мощности которой находятся в 27 км от Одессы, основал в 1992 году их отец Алексей Ставницер вместе с партнером Олегом Кутателадзе. За треть века она стала крупнейшим украинским портом с девятью причалами и пятью разнопрофильными терминалами. В 2021 году компания обработала 30 млн т грузов.

Война почти на полгода остановила ТИС. Частично работа возобновилась после 1 августа, когда начал функционировать «зерновой коридор». С 24 февраля и до конца 2022 года грузооборот компании составил 4,4 млн т, что в пять раз меньше, чем в мирное время, говорит бизнесмен.

Гребенников работает в ТИС с первого дня существования компании. После смерти отца в 2011 году на нем была большая часть операционной деятельности.

В последние годы он постепенно отходит от погружения в операционку. Говорит, что в 2021-м достиг «прекрасного образа жизни»: пошел в школу современного искусства, стал больше читать и заниматься проектами по импакт-инвестированию. Гребенников создал образовательный Impact Hub Odessa, выкупил и отремонтировал Зеленый театр в Одессе, превратив заброшенную площадку в культурное общественное пространство.

24 февраля все изменило. «Мы снова вернулись в адреналиновый раж», – говорит бизнесмен. Уже 28 февраля он перевел на нужды ВСУ, территориальную оборону и фонд «Корпорация монстров» 31 млн грн. Общую сумму своих пожертвований и их детали он не раскрывает, говорит, еще не время.

Какие принципы помогают ему жить и работать?

Думал ли я, что буду предпринимателем? Нет. Я предполагал, что буду заниматься чем-то связанным с литературой, журналистикой, искусством.

В 1990-х в нашей семье не стоял вопрос о том, могу ли я пойти работать не в семейный бизнес, искать себя в чем-то. Найти и нанять профессионалов было сложно: их почти не было. Все учились на ходу. Людей поначалу набирали среди знакомых и родственников на основе доверия. В 1991 году, когда мне было 19 лет, я стал доверенным лицом отца в разных проектах и потихоньку набирался опыта.

Первая половина 1990-х была золотым временем. Чем не займись, все было выгодно. Отец совершил прорыв в неизвестной ему ранее портовой сфере. Большое счастье, что мне тоже пришлось в этом участвовать и что мы вышли из этой эпохи целыми, с большим и чистым семейным бизнесом.

Владелец компании, являющийся одновременно СЕО, на каком-то этапе начинает ей вредить. Нечаянно, просто не приносить пользы, которую мог бы наемный генеральный директор. Восемь лет назад, когда мне было 42, я повесил в кабинете картонную карточку и на ней написал: «Делегировать и выйти из операционки до 44 лет».

И мы приступили к поиску СЕО для того, чтобы это произошло. Нашли сильного СЕО, когда мне исполнилось 45 (гендиром ТИС стал Евгений Ромащин). Он продержался у нас полтора года, но структурировал и упорядочил компанию. Благодаря его наследию сегодня можно не ходить каждый день на работу.

Из операционки я почти вышел. Бизнес все еще занимает несколько часов в день, но я сокращаю это время. Отпускаю все больше, концентрируюсь на сольном железнодорожном проекте (NʼUNIT – сеть железнодорожно-автомобильных терминалов), и это отлично.

Мы с партнерами как семья, хотя в нашем бизнесе участвуют три семьи. А в семьях тоже бывают разногласия. Особенно между родственниками. Я начал работать в бизнесе семьи в 19 лет. Моему брату Андрею Ставницу было тогда девять. И когда твой брат – маленький мальчик, который вырос у тебя на глазах, – приходит в роли партнера и говорит неприятные вещи, психологически это очень сложно принять. Даже если критика справедлива. Несколько лет между нами искрило, я пытался сгладить острые углы, и мы сохранили нормальные отношения.

С грузинскими партнерами Олегом Джумберовичем Кутателадзе и его сыном Виталием, а также с эмигрировавшим из СССР в 1989 году партнером из Монако (совладелец ТИС Алексей Федоричев) у меня нет родственных связей. Мы общаемся очень предусмотрительно, уважительно и на «вы».

Мы разделили сферы деятельности компании. Каждый занимается тем, что у него получается лучше. Олег Кутателадзе курирует GR, железную дорогу, Виталий Кутателадзе – юридическую часть, угольный терминал и охрану труда. Андрей успешен в привлечении новых иностранных партнеров и инвестиций, а также в PR. Я наблюдаю за развитием бизнеса, новыми технологиями, топ-клиентами, финансами и операционными улучшениями.

Я кайфую от «пешеходного менеджмента». Когда пешком хожу по терминал, углубляюсь в процессы, нахожу, что можно улучшить. Этому меня научил отец, он любил живое присутствие на производстве.

Морской порт, как и мои железнодорожные терминалы, работает 24/7, даже в новогоднюю ночь. Берешь термос чая и приезжаешь без уведомления. И идешь по всей цепочке создания ценности, залезаешь везде, не боишься испачкаться. Заходишь в бытовки, ешь со всеми в рабочей столовой, пользуешься общим туалетом, задаешь очень много вопросов «Почему?». Бесценный опыт. И все четыре уровня управленцев под тобой сразу понимают, что замыливать глаза небезопасно. Экономит множество денег и времени.

Не ссориться с партнерами и удерживать сложных клиентов помогла медитация «випассана». В ней нет религии и сектантства, это обычная и научно подтвержденная практика. Продолжается 10 дней. Первые три дня ты по десять часов наблюдаешь за дыханием, поэтому восприятие крайне обостряется. Следующие семь – следишь за ощущениями в теле. За эти дни в полном молчании развивается способность различать тончайшие ощущения своего тела. Это отлично помогает в жизни и бизнесе. Особенно полезно людям, которые чаще всего импульсивно реагируют и сожалеют о лихорадочно сказанном или сделанном. Как это работает? Если коротко, то перед тем, как реактивный ум включится и человек наговорит или натворит глупостей, эту реакцию можно «поймать» в виде ощущений в теле.

Я верю, что люди ценой небольших взаимных усилий могут многое сделать для общего блага, чтобы быть намного экологичнее, добрее и результативнее. Для этого достаточно помочь им объединяться в сообщества, вместе развиваться и делиться лучшими практиками. Мои импакт-инвестиции в Зеленый театр и акселератор социальных проектов Impact Hub Odessa – это возврат инвестиций не в прибыли, а в масштабном социальном эффекте.

ТИС сейчас переживает не лучшие времена. Грузооборот снизился в пять раз. Наша частная железнодорожная инфраструктура не работает в полную силу, при этом затраты плюс-минус такие же, как были. Экономически это сравнимо с авианосцем: неважно, сколько самолетов он несет, 10 или 50, расходная часть будет примерно одинаковой.

Сейчас мы можем (в пределах зернового коридора) перегружать только зерно и растительное масло, ощутимо меньше, чем раньше. Наши основные грузы – контейнеры, ЖРС, металл, глину – пока обрабатывать невозможно.

Финансовые результаты соответствующие. Пока держимся, сохраняем в рабочем состоянии оборудование, обеспечиваем ключевых сотрудников.

Я настроен оптимистично. Главное – победить. Из-за границы вернутся украинцы с опытом. Узнаваемость Украины в международных бизнес-кругах выросла в десятки раз. Это многое упростило. Более того, иностранцы теперь гораздо лучше осведомлены о нашей экономике и ее возможностях.

Я готовлюсь к восстановлению Украины. Мой «сольный» проект – сеть железнодорожных терминалов NʼUNIT сейчас на подъеме: много возим на Европу и обратно. После победы продолжу «пересаживать» грузы с фур на железную дорогу: Украине досталась огромная электрифицированная железнодорожная сеть, это очень перспективная, «зеленая» история.

Думаю, после победы в Украину будет заходить около $40 млрд ежегодно. В виде иностранных инвестиций, грантов и кредитов. Однако «получать» деньги не получится, их придется, как всегда, трудно зарабатывать.

Материалы по теме

Вы нашли ошибку или неточность?

Оставьте отзыв для редакции. Мы учтем ваши замечания как можно скорее.

Исправить
Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый выпуск Forbes Ukraine

Заказывайте с бесплатной курьерской доставкой по Украине