Киевский авиационный институт (КАИ) работает по корпоративным правилам: наблюдательный совет, P&L и юнит-экономика. Могут ли другие государственные университеты применять этот подход в условиях войны и какую роль в этом должен сыграть бизнес? Мнение президента КАИ Ксении Семеновой
Заощаджуйте, отримуючи 6 журналів за ціною 4
Купуйте річну передплату на шість журналів Forbes Ukraine за 1 799 грн замість 2 400 грн. Читайте головні історії українського бізнесу, ексклюзивні рейтинги та глибоку аналітику в кожному номері.
Я президент крупного государственного университета. Это почти то же самое, что ректор, но не совсем. Я скорее СЕО крупной государственной компании. Прошла конкурс, представила план развития наблюдательному совету, и меня назначили. Для украинского университета это нетипично.
Украинские университеты уже шестой год находятся в режиме выживания. COVID, дистанционное обучение, война – укрытия, отключения, переезды, потери людей. Население Украины сократилось как минимум на 8 млн человек с 2022 года, по оценке Фонда ООН в области народонаселения. Результаты PISA последних лет свидетельствуют о том, что те, кто остался, все хуже считают и читают. Растет поколение, которое почти не училось офлайн и не привыкло работать в группе. Через несколько лет эти люди придут в университеты, а затем – в бизнес, чтобы выполнять KPI.
Добавьте к этому финансовую модель, которая не позволяет планировать: годовой бюджет, казначейские правила, невозможность накапливать средства и инвестировать на несколько лет вперед. Преподаватели уезжают, выгорают или уходят в бизнес. Не хватает управленческих компетенций. Стратегии – для отчетности, а не инструменты для повседневных решений. Университеты не видят себя через 5–10 лет. Система поощряет выживание, а не развитие.
Нормально ли строить технический университет, когда все ресурсы уходят на оборону?
История подтверждает: да. 1862 год, в разгар гражданской войны в США – Линкольн передает штатам федеральные земли под технические и аграрные колледжи. Израиль, только что обретший государственность, открывает в Технионе факультеты электроники, машиностроения и авиационной инженерии. Южная Корея сразу после изнурительной войны по «проекту Миннесота» отправляет сотни ученых на обучение в США.
Сегодня это экономики, зарабатывающие на технологиях. Побеждают те, кто во время войны борется и за настоящее, и за будущее.
Университет, которым управляют как компанией
В КАИ мы взяли на себя ответственность за разработку новых правил для государственных университетов. Первое из них – корпоративное управление, по принципам которого уже давно работает западный мир. Владелец КАИ – государство, но у нас есть настоящий наблюдательный совет и генеральный директор вместо ректора. Мы самостоятельно распоряжаемся финансами и кадровой политикой, рассчитываем P&L, EBITDA и юнит-экономику. И выполняем обязательства перед партнерами даже тогда, когда казначейство не отпускает платежи.
Государство дало нам свободу вместе с ответственностью. Это необратимое институциональное изменение: оно не исчезнет после очередных выборов ректора.
Университет – это крупный бизнес. В КАИ обучаются 10 000 студентов, работают более 2000 сотрудников, его площадь составляет сотни тысяч квадратных метров, а годовой бюджет превышает 1 млрд грн.
Инвестгид от Forbes Ukraine: новая рассылка о частных инвестициях
Кто-то скажет: университет – храм науки, и бизнес-подходы ему только вредят. Наш опыт показывает обратное. Все деканы были назначены по результатам открытых конкурсов, начала действовать политика академической добросовестности. За год КАИ привлек более €3 млн европейских грантов на совместные с бизнесом проекты и еще €10 млн на инфраструктуру.
За два года мы создали девять лабораторий совместно с бизнесом: по электронике с Ajax, по телекоммуникациям с Vodafone, по авиастроению с Athlon Avia. Еще девять уже законтрактованы. У каждой образовательной программы есть партнер из бизнеса, который участвовал в ее разработке. Студентов становится все больше: в этом году на первый курс поступило на 46% больше, чем в прошлом. Это 2000 юношей и девушек, большинство из которых мечтает стать инженерами.
Что может сделать бизнес в любом университете
Я убеждена, что из 116 государственных университетов по крайней мере 20 способны возродиться, не дожидаясь окончания войны. Там есть люди и административный потенциал. Не хватает толчка.
Его могут дать выпускники-предприниматели – так же, как когда-то нас вдохновил наш выпускник, член наблюдательного совета КАИ, совладелец МТІ Владимир Цой.
Вот пять ролей, в которых бизнес не просто помогает, а делает изменения необратимыми.
- Член наблюдательного совета. Это не просто фото на сайте, а реальная ответственность за оценку финансового плана, выбор руководителя, принятие решений о крупных инвестициях. Это возможно только в университете, перешедшем на корпоративную модель управления. Побудите свой университет сделать это.
- Член управленческой команды. Отправьте своего финансового директора или лучшего маркетолога на сабатикал в университет. Или помогите университету найти кандидата на должность ректора на открытом конкурсе. Такая помощь ценится больше, чем деньги.
- Соавтор образовательных программ. Компания, которая разрабатывает программу совместно с университетом, получает выпускников, которых не нужно переучивать.
- Партнер лаборатории. Совместная лаборатория – это кадровый резерв для компании и исследования под ее задачи.
- Соинвестор развития. Именные профессорские должности, оборудование, новые факультеты.
Чтобы изменения прижились, важны два условия. Первое – обязательство на несколько лет, а не разовый вклад. Лабораторию или программу невозможно создать за один семестр. Второе – измеримый результат. Нужно видеть, сколько выпускников трудоустроено, сколько исследований проведено, сколько средств привлечено.
Это не корпоративная социальная ответственность и не стажировка «время от времени». Это стратегическое партнерство, которое устраняет нехватку кадров в бизнесе и строит будущее страны.
Быть лидером сегодня – это делать две вещи: донатить на Силы обороны, чтобы сохранить настоящее, и налаживать стратегические партнерства с университетами, чтобы создать будущее. Я понимаю, как странно это звучит, когда не знаешь, будет ли завтра свет и вода из крана. Но у нас нет другого выбора, кроме как спасать настоящее и одновременно строить будущее.
