В парламенте предложили отменить пожизненный статус PEP – одно из условий, которое Украина взяла на себя для открытия переговоров о вступлении в Европейский Союз. Соответствующую норму внесли в законопроект об отмене льгот на налогообложение международных посылок, но в итоге от этого отказались. Европейская комиссия предупредила украинские власти о рисках такого шага для евроинтеграции. В то же время это вызвало новую волну дискуссий о целесообразности пожизненного статуса PEP. Forbes Ukraine собрал мнения бывших и действующих чиновников
Заощаджуйте, отримуючи 6 журналів за ціною 4
Купуйте річну передплату на шість журналів Forbes Ukraine за 1 799 грн замість 2 400 грн. Читайте головні історії українського бізнесу, ексклюзивні рейтинги та глибоку аналітику в кожному номері.
Утром 6 апреля в законопроекте об отказе от льгот на беспошлинный ввоз посылок стоимостью до €150 появилось неожиданное нововведение – норма об отмене пожизненного статуса PEP для действующих и бывших государственных чиновников. Вместо этого предложено установить этот статус сроком на три года после даты прекращения их полномочий.
Автор документа – первый заместитель главы фракции «Слуга народа» Андрей Мотовиловец. Решение продержалось недолго: уже утром 7 апреля депутат Ярослав Железняк сообщил, что от этой нормы отказались.
Пожизненный статус PEP парламент ввел в октябре 2023 года. Это обязательное условие для начала переговоров о вступлении в ЕС, а также требование международных стандартов международной организации противодействия отмыванию средств FATF.
Этот статус предусматривает усиленную финансовую проверку и мониторинг операций таких людей и их семей. Фактически это распространяется на всех работников госсектора – от президента и народных депутатов до послов и руководителей государственных предприятий. Аналогичный статус получают их родственники и бизнес-партнеры.
Попытка ограничить статус пожизненного PEPа вызвала волну обсуждений среди бывших и действующих чиновников. Некоторые критикуют правила за их чрезмерную жесткость и продолжительность. Например, экс-директор ГП «Прозорро» Василий Задворный жалуется, что испытывает трудности с открытием банковских счетов (но не уточняет, о чем идет речь). А глава Фонда госимущества и бывший нардеп Дмитрий Наталуха рассказывает, что из-за перспективы стать пожизненным РЕРом получил два отказа от кандидатов на должность заместителя по цифровой трансформации.
Есть и другое мнение: депутат финкомитета Рады Ольга Василевская-Смаглюк считает законодательство правильным и указывает на подходы банков, которые, по ее мнению, смягчились за более чем два года после введения этого решения.
Какие аргументы «за» и «против»?
Прямая речь сокращена и отредактирована для ясности.
Бывший глава правления НАК «Нафтогаз Украины» Андрей Коболев
Андрей Коболев Фото Григорий Веприк
Я PEP очень давно. Где-то с 2010 года, после моего первого увольнения из «Нафтогаза» с должности советника главы правления, так ко мне относятся все зарубежные банки.
Рассылка Forbes AI: искусственный интеллект глазами тех, кто рискует деньгами
Поэтому я хорошо знаю, как выглядит риск-ориентированный подход в других странах. Он построен на здравом смысле. К большому сожалению, должен констатировать, что украинские банки здравым смыслом в своих отношениях с РЕРами не руководствуются.
Пример: я не могу воспользоваться средствами, которые я заработал до 2025 года, потому что украинский банк учитывает в максимальном лимите моих расходов в 2026 году исключительно доходы, полученные в 2025-м.
То есть все, что я заработал до 2025-го, задекларировал и уплатил налоги, они учитывать не хотят. Для них этого не существует. Почему? Я так и не получил объяснения. И никто никого за подобные отказы не штрафует.
Потому что создавать проблемы РЕРам в Украине является не только традицией, но и постоянной бизнес-моделью для провайдеров альтернативных механизмов прохождения финмона.
Источник: Facebook
Экс-глава Государственной таможенной службы и действующий депутат Киевсовета Максим Нефедов
Максим Нефедов Фото из личного архива
К сожалению, в этой истории сошлись все интересы, кроме «как сделать лучше». Для ЕС это формальное «они что-то сделали антикоррупционное», а как оно работает, никого не волнует. Брать на себя ответственность за отмену – так бюрократия не мыслит.
Для топ-руководителей в Украине это легкая норма, потому что ни один топ-коррупционер от этого не пострадал, Миндичи-Галущенко деньги выводили и имущество покупали вообще без проблем (потому что могли заплатить за схемы).
Для большинства антикоррупционеров в Украине это «ну хоть что-то, чем больше ограничений, тем лучше». Ну и антикоррупционеры мудро не распространили эти требования на себя, как с декларациями НАПК и рядом других норм «для других, не для себя».
Поэтому мы будем проводить 100500 круглых столов и образовательных проектов «Что не так с публичным управлением?», «Как повысить способность местного самоуправления?», «Почему так плохо готовятся проекты восстановления?», «Кого бы научить принципам закупок международных организаций, потому что некому тендеры проводить?». Но сказать: «Вы достали игнорировать реальные проблемы» – некому.
Источник: Facebook
Депутат финансового комитета Рады Ольга Василевская-Смаглюк («Слуга народа»)
Ольга Василевская-Смаглюк
В законе уже есть норма, что публичное лицо в течение 12 месяцев после завершения государственной службы несет повышенный риск. Далее – если риск отмывания средств у него низкий, то к нему применяется финмониторинг, как и к любому другому лицу, которое не было PEPoм. Но если человек пришел в банк и хочет положить $400 000, происхождение которых он не может объяснить, то, конечно, будут вопросы и проверки.
Уже пытались провести эту норму (ограничение статуса на три года – Forbes Ukraine) в конце 2020-го. После этого была реакция FATF, Еврокомиссии и мировых лидеров с требованием вернуть норму.
Именно под это изменение государству предоставили техническую помощь на более чем $500 млн. В конце концов этот процесс пришлось «отматывать» назад. Последствия повторной попытки будут такие же. Аналогичная норма действует и в остальных европейских странах. Например, в Латвии был временный статус PEP, но в конце концов они сделали его пожизненным.
Вопрос не столько в статусе, сколько в регуляции. Банки опасаются значительных штрафов. В основном поэтому банки избегают взаимодействия с PEPами. Это было особенно заметно в начале вступления в действие законопроекта.
Со временем ситуация улучшилась: банки научились проводить проверки, запрашивать нужные документы и действовать в соответствии с правилами. Теперь, если доходы прозрачные, проблем обычно не возникает – открытие счетов или получение кредитов проходит без препятствий.
В то же время сложности появляются, когда происхождение средств нельзя четко объяснить. Некоторые чиновники воспринимают проверки как давление, хотя на самом деле это стандартные требования финансового мониторинга, необходимые для прозрачности и предотвращения злоупотреблений.
В подготовке материала принимала участие репортер Владислава Шпота.
