В Верховную Раду поданы два законопроекта Антикоррупционной стратегии на 2026–2030 годы. 15 мая Кабинет Министров одобрил и передал свой вариант документа, тогда как 13 мая профильный антикоррупционный комитет ВРУ зарегистрировал собственную инициативу, сообщила пресс-служба Национального агентства по вопросам предотвращения коррупции (НАПК). Оба текста базируются на проекте, подготовленном НАПК, который был направлен правительству 2 апреля.
Заощаджуйте, отримуючи 6 журналів за ціною 4
Купуйте річну передплату на шість журналів Forbes Ukraine за 1 799 грн замість 2 400 грн. Читайте головні історії українського бізнесу, ексклюзивні рейтинги та глибоку аналітику в кожному номері.
Подробности
- Оба законопроекта определяют основы государственной антикоррупционной политики на 2026–2030 годы и предусматривают комплекс мер по повышению эффективности системы предотвращения коррупции, а также уменьшение коррупционных рисков в наиболее уязвимых секторах.
- НАПК подчеркнуло, что своевременное принятие стратегии является критически важным для выполнения международных обязательств Украины, в частности в рамках Ukraine Facility, а также для реализации Дорожной карты в сфере верховенства права.
- Ключевое изменение заключается в переходе от фрагментированных антикоррупционных инициатив к единой пятилетней стратегии, которая носит обязательный характер для всех органов государственной власти. На ее основе будет сформирована Государственная антикоррупционная программа с конкретными задачами, показателями эффективности и ответственными исполнителями.
- Законопроект, одобренный Кабмином, предполагает усиление институциональной обязательности выполнения политики: министерства и другие органы власти должны действовать в рамках единого плана с четко определенными результатами, а не отдельных несистемных решений.
- Отдельный акцент в документе сделан на системной трансформации управления. Речь идет о цифровизации административных процедур, автоматизации решений и внедрении риск-ориентированных подходов, которые должны уменьшить влияние человеческого фактора и «ручного управления».
- Стратегия впервые на уровне рамочного документа закрепляет 16 приоритетных сфер, где сосредоточены наибольшие коррупционные риски – от судебной системы, обороны и таможни до энергетики, налогов и восстановления, отмечается в пояснительной записке к законопроекту.
- Стратегия предусматривает формирование более 400 ожидаемых стратегических результатов, которые детализируют ключевые направления антикоррупционной политики и переводят их в измеряемые изменения.
- Речь идет о конкретизации реформ в различных секторах с привязкой к индикаторам выполнения. Такой подход должен обеспечить переход от общих деклараций к проверяемым результатам и стать основой для формирования Государственной антикоррупционной программы с четкими KPI, сроками и ответственными исполнителями, отмечают авторы инициативы.
- Меняется и модель координации: законопроект предполагает более четкое взаимодействие между органами власти, устранение дублирования функций и усиление ответственности за достижение результатов антикоррупционной политики.
- Важной частью авторы законопроекта называют привязку к международным обязательствам Украины. Стратегия интегрируется в механизмы Ukraine Facility, дорожную карту верховенства права и рекомендации Еврокомиссии, что делает ее частью евроинтеграционного процесса.
- Предлагается усилить блок публичной подотчетности: предполагается регулярный мониторинг выполнения, система индикаторов и открытая отчетность о достижении целей.
Контекст
Антикоррупционная стратегия на 2026–2030 годы стала результатом почти двух лет работы с привлечением государственных органов, экспертов, ученых, общественного сектора и международных партнеров. В процессе подготовки было проведено 26 исследований с участием более 130 экспертов.
В рамках аналитической работы идентифицировано более 140 проблем в сфере антикоррупционной политики и сформировано более 400 ожидаемых стратегических результатов. Документ имеет целью одновременное усиление системы предотвращения коррупции и минимизацию рисков в ключевых секторах государственного управления.
