Підводне видобування корисних копалин /Getty Images
Категория
Инновации
Дата

Тропические леса Индонезии уже отдали в жертву декарбонизации. На очереди – разработка морского дна. Поможет ли это человечеству «озеленить» энергию. Объясняет The Economist

Подводная добыча полезных ископаемых Фото Getty Images

Переход на зеленую энергию требует большого количества металлов, используемых в производстве батарей для электромобилей, ветровых турбин и солнечных панелей. Пока их добыча иногда нивелирует пользу, которую приносят производимые из них продукты. The Economist присмотрелся к разработке морского дна в поисках важных полезных ископаемых. Forbes резюмирует материал

Главные материалы Forbes Ukraine. Раз в неделю на вашей почте.

Великобритания, Франция, Норвегия и другие страны планируют запретить продажу новых автомобилей на двигателях внутреннего сгорания в течение следующего десятилетия. Продажа электромобилей стремительно растет. Ветровые и солнечные электростанции заменяют станции на ископаемом топливе. В течение следующих пяти лет мир выработает больше возобновляемой энергии, чем за последние 20 лет, считают эксперты Международного энергетического агентства (МЭА).

Все это означает, что спрос на минералы, используемые в производстве батарей и оборудования для зеленых электростанций, будет только расти. Особенно на никель. Этот химический элемент используют в катодах для мощных батарей, чтобы увеличить их электрическую емкость и уменьшить вес.

По подсчетам МЭА, для достижения целей декарбонизации нужно производить 48 млн т этого металла ежегодно до 2040 года, что в 19 раз больше, чем производится сейчас. То есть между 2023-м и 2040-м людям нужно добыть примерно 300–400 млн т никеля.

За последние пять лет большую часть роста спроса на никель удовлетворила Индонезия, правда, за счет уничтожения тропических лесов. В 2017 году страна добывала лишь 17% мирового никеля, сегодня же доля выросла до 54%, или 1,6 млн т в год, по данным исследовательской фирмы CRU. И это еще не предел. CRU считает, что к 2027 году Индонезия может производить до 85% мирового никеля.

Из-за значительного ущерба для природы некоторые начали искать альтернативы такой добычи этого металла. Одна была найдена на дне Тихого океана в так называемой зоне Кларион-Клиппертон (ЗКК, см. карту).

адаптация с The Economist

Участок морского дна Тихого океана – зона Кларион-Клиппертон – усеян триллионами кусочков никеля, кобальта, марганца и меди размером с картофелину, все из которых интересуют производителей аккумуляторов Фото адаптация с The Economist

Там обнаружили триллионы кусочков никеля, кобальта, марганца (мангана) и меди, то есть металлов, очень интересующих производителей батарей. По оценкам геологического исследования США, только никеля там 340 млн т.

Идем ко дну?

9 июля – это дедлайн, к которому Международный орган по морскому дну (имеющий статус наблюдателя в Генассамблее ООН) обязался разработать правила и нормы для коммерческой эксплуатации морского дна. Пока все указывает на то, что агентство не успеет до установленного им же срока.

Поэтому МОМД должен, согласно законам, разрешить островному государству Науру и добывающей компании The Metals Company (TMC), которую страна спонсирует разрабатывать ЗКК. Сама компания говорит, что надеется дождаться правил.

Первой в планах разработки TMC является часть ЗКК площадью около 2,5 млн га (это на 20% больше площади Уэльса). По оценке руководителя TMC Джерарда Беррона, там находится почти 3,8 млн т никеля.

Поскольку куски никеля просто лежат на дне, компания планирует запустить на дно роботов, которые будут их засасывать. От роботов по специальным трубам никель направится на корабли типа газовых или нефтяных танкеров. Любой осадок от всосанного никеля с кораблей будут возвращать на дно на глубину около 1500 м, что ниже места обитания большинства океанической флоры и фауны.

TMC не единственная, кто желает и может разрабатывать морское дно. Бельгийская компания Global Sea Mineral Resources уже протестировала схожую систему добычи, как у TMC. А китайские фирмы Beijing Pioneer, China Merchants и China Minmetals тоже рассматривают эту возможность, хотя технологически они позади двух вышеупомянутых компаний.

Негативные последствия добычи никеля

Хотя ЗКК глубокая и там низкие температуры воды, это не значит, что там никто не живет. Роботы TMC уничтожат все живые организмы, которые будут встречаться им по пути на морском дне. А осадок, спускаемый с кораблей, будет оседать на тех организмах, которых не переехали, и будет убивать еще и их.

По словам Адриана Гловера, морского биолога из Музея естественной истории в Лондоне, поскольку жизнь развивалась в море, а затем вышла на сушу, большинство генетического разнообразия на планете все еще под водой. Многие из них окажутся под угрозой вымирания из-за морской добычи.

Но в некоторых аспектах подводная добыча менее вредна, чем в тропических лесах Индонезии. Согласно статье в журнале Nature 2016 года, на каждом 1 кв. м ЗКК обитает один-два живых организма общим весом максимум несколько граммов. А на 1 кв. м индонезийского леса расположились около 30 000 г только растительной биомассы, и это без учета приматов, птиц, рептилий и насекомых.

Да и производительность этих двух зон разнится. Из 2,5 млн га ЗКК компания TMC надеется получить около 3,8 млн т никеля, то есть 1,5 т с 1 га.

Производительность наземной добычи никеля часто под семью замками, но согласно данным неприбыльного издания Pulitzer Centre, с каждого гектара дождевых лесов Сулавеси (остров в Индонезии) добывают около 675 т никеля. (Такая разница может быть связана с тем, что в Индонезии никелевые руды есть не только на поверхности, но и под землей, в отличие от ЗКК.)

Можно сделать очень приблизительное сравнение вреда от добычи полезных ископаемых под водой и на земле. За каждую тонну никеля с морского дна погибнет около 13 кг биомассы. За каждую тонну никеля из Сулавеси будет уничтожено 450 кг только растений плюс неизвестное количество животных.

Есть и другие экологические доводы в пользу морской добычи. Тамошние ископаемые содержат более высокую концентрацию металла, чем наземные залежи, поэтому для обработки морских ископаемых нужно меньше энергии. Бельгийский исследователь Петер Том Джонс считает, что обработка морских залежей будет выбрасывать в воздух на 40% меньше парниковых газов, чем обработка наземных.

Кроме того, также следует учитывать и место обработки металлических руд. Чтобы добыча никеля в Индонезии была экономически выгодна, его обрабатывают неподалеку от мест добычи. Для Индонезии это означает использование электричества, производимого путем сжигания угля или использования дизельных генераторов. Индонезийская обработка каждой тонны никеля выбрасывает в атмосферу около 60 т двуокиси углерода, отмечает аналитик CRU Алекс Лафарн.

Аудиторская фирма Benchmark Minerals Intelligence, оценившая планы TMC, обнаружила, что производство 1 т никеля из морских запасов будет загрязнять атмосферу около 6 т CO2.

Какие бы там ни были преимущества и недостатки, а морская добыча никеля вряд ли полностью заменит его добычу в тропических лесах. Все это из-за стремительного роста спроса на никель, который будут удовлетворять всеми возможными способами.

TMC стремится приступить к разработке морского дна для добычи никеля и других металлов до конца следующего года. Возможно, это хотя бы немного снизит нагрузку на леса Индонезии.

Материалы по теме

Вы нашли ошибку или неточность?

Оставьте отзыв для редакции. Мы учтем ваши замечания как можно скорее.

Исправить
Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый выпуск Forbes Ukraine

Заказывайте с бесплатной курьерской доставкой по Украине