Категория
Мир
Дата

Санкционный ящик Пандоры более £40 млрд. Почему Великобритания вероятно никогда не конфискует замороженные российские активы? Разбор Politico

російські активи санкції /Getty Images

Athlone House в Лондоне, принадлежащий подсанкционному российскому олигарху Михаилу Фридману. Фото Getty Images

Чуть ли не с начала полномасштабного вторжения России в Украину идут дебаты о том, чтобы конфисковать замороженные российские активы и направить их на те или иные нужды украинцев. Но дальше разговоров дело не пошло и, если верить собеседникам Politico, вряд ли пойдет. Forbes пересказывает главное из материала

Інвестувати? Почекати? Продавати? Війна змінює все, крім обов’язку лідера приймати виважені рішення. Вже 30 травня 40+ спікерів поділяться досвідом на Першій щорічній конференції про фінанси, інвестиції та економічне зростання. Купуйте квиток за посиланням.

Издание Politico поговорило с рядом юристов, занимающихся санкциями, и экспертов о том, решится ли Великобритания конфисковать замороженные активы России и российских миллиардеров. После начала полномасштабного вторжения Британия заморозила часть активов российских олигархов и заставила Романа Абрамовича продать его футбольный клуб «Челси». Но все чаще от британских политиков можно услышать заявления о нежелании конфисковывать чужие активы, ведь это превратит страну в «клептократический режим».

Британское правительство никогда не обнародовало точных объемов российских активов в Великобритании. Известно, что страна заморозила активы частных лиц на общую сумму £18 млрд, а российского центробанка – на около £26 млрд.

Эксперты утверждают, что британцы могут согласиться замораживать российские активы и использовать доходы от инвестиций замороженных российских денег, потому что это все же временное действие. А вот конфискация может иметь серьезные юридические последствия, ведь законных оснований забрать недвижимость, деньги и другие активы, связанные с Россией, просто нет.

«Британское правительство вряд ли захочет устанавливать новый правовой порядок», – считает санкционная адвокат Анна Брэдшоу из фирмы Peters and Peters.

Рычаг влияния

В Британии все еще можно услышать заявления о том, что российские государственные активы нужно конфисковать, чтобы направить их пострадавшим от войны украинцам или на восстановление Украины. Одним из тех, кто предлагает такой подход, является министр иностранных дел Великобритании Дэвид Кэмерон. Но если это произойдет, то, скорее всего, после окончания войны.

Замороженные российские активы могут стать дополнительным рычагом влияния на Россию в ходе предстоящих мирных переговоров, считают некоторые британские чиновники и эксперты. «Если вы хотите посадить Путина за стол переговоров, какие другие методы убеждения у вас еще есть?» – спрашивает Фрея Пейдж из аналитического центра Kharon, отслеживающего санкции. Она добавляет, что конфискация активов делает санкции неэффективными, ведь они существуют не для наказания, а для того, чтобы принудить людей к переговорам.

С нею согласен анонимный западный чиновник, который отмечает, что они «налагают санкции временно и в ответ на конкретную ситуацию, а конфискация активов является необратимым действием».

Верховенство права

Вопросом российских активов занимаются по всему миру и никто не нашел однозначного ответа, как с ними быть. Больше всего российских замороженных зарубежных активов находится в бельгийской системе Euroclear, то есть в Евросоюзе. Но страны блока никак не придут к согласию, что с ними делать. Франция и Германия против конфискации, Бельгию устраивает передача доходов от замороженных российских активов Украине, а Эстония призывает их конфисковать.

Если Британия согласится на конфискацию российских активов, речь пойдет исключительно о государственных, но отнюдь не активах частных лиц, считают эксперты по праву и санкциям.

Хотя все страны переживают о юридических и финансовых последствиях конфискации чужих денег, Британию особенно волнует нарушение правовых норм. Анна Брэдшоу, санкционная адвокат, объясняет, что правительства, конфискующие активы частных лиц, «начинают переписывать основные принципы, на которых стоит большинство правовых систем». Эксперт по финансовым преступлениям аналитического центра RUSI Том Китиндж добавляет, что страны не могут забирать деньги не нравящихся людей и «мы должны соблюдать верховенство права».

Да и бизнес-сердце Лондона, Сити, боится за свою репутацию ведущего места для инвестиций – ну, а более циничные люди могут сказать, что Сити хочет в дальнейшем быть безопасным местом для грязных денег. Лейбористка Маргарет Годж сказала в марте Politico, что, по ее мнению, «сектор финансовых услуг давит на правительство, чтобы правительство» не конфисковало российские активы.

Но санкционный адвокат, давший комментарий на условиях анонимности, уверяет, что британскому правительству и давления не нужно, потому что оно «и само настороженно к этому относится».

Выборы на горизонте

Близость очередных выборов в Великобритании может побудить политиков включить вопросы российских активов в свою повестку дня, чтобы заработать несколько бонусных баллов от избирателей. Оппозиционная партия лейбористов требует, чтобы Россия заплатила за свою неоправданную войну в Украине. В феврале 2023 года лейборист и член парламента Крис Брайант представил законопроект, который обязывал правительство создать план конфискации российских активов в течение 60 дней. Но тори его заблокировали.

А прошлым летом «Лейбористская партия» требовала от правительства в течение 90 дней предоставить план конфискации росактивов, но с тех пор процесс не сдвинулся с места.

Электорат «Консервативной партии» хорошо реагирует на разговоры о конфискации российских активов, но тори не слишком хотят браться за эту неудобную проблему, отмечает Politico. Дело в том, что высокие шансы на то, что к концу года она станет головной болью следующего, уже лейбористского правительства (если верить опросам). Впрочем, среди консерваторов таких, как Дункан Смит, возмущает промедление правительства в вопросе росактивов.

Кроме того, есть такие организации, как REDRESS, которые считают, что конфискация российских активов оправдана международными законами как контрмера вторжению в Украину, если конфискация призвана убедить Россию закончить войну и обеспечить выплату репараций.

Но юристы и адвокаты не согласны с этим, ссылаясь на основные международные обязательства, такие как Конвенция о защите прав человека и основных свобод. Санкционный адвокат Фрэнсис Бонд объясняет, что всем ратифицировавшим Конвенцию странам будет очень непросто конфисковать чью-то частную собственность, если нет доказательств нарушения закона человеком. Даже конфискация доходов от активов приведет к годам волокиты в международных судах, уверен он.

«Как человеку вам может хотеться конфисковать активы, но для этого нужно более свободно трактовать законы. Однако, когда мы начинаем использовать законы, как нам вздумается, они теряют свою силу», – считает Пейдж из Kharon.

Материалы по теме

Вы нашли ошибку или неточность?

Оставьте отзыв для редакции. Мы учтем ваши замечания как можно скорее.

Исправить
Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый выпуск Forbes Ukraine

Заказывайте с бесплатной курьерской доставкой по Украине