Контроль над критически важными металлами стал одним из ключевых инструментов геополитического влияния. Пока Китай использует свое преимущество в цепочках поставок, США и Европа тратят десятки миллиардов долларов на создание альтернативных источников сырья. Сможет ли Запад избавиться от зависимости от Китая? Анализ от Financial Times.
Заощаджуйте, отримуючи 6 журналів за ціною 4
Купуйте річну передплату на шість журналів Forbes Ukraine за 1 799 грн замість 2 400 грн. Читайте головні історії українського бізнесу, ексклюзивні рейтинги та глибоку аналітику в кожному номері.
В конце XVIII века финский химик Йохан Гадолин обнаружил ранее неизвестное минеральное вещество. Это стало первым открытием редкоземельного соединения, из которого впоследствии получили металл итрий.
Сегодня итрий имеет стратегическое значение для производства компьютерных чипов, которые являются основой искусственного интеллекта, и находится в эпицентре геополитической бури.
Подавляющая часть итрия, как и многих других критически важных металлов, добывается в Китае. В условиях эскалации торговой войны с США Пекин все чаще ограничивает доступ к своим запасам. Это приводит к дисбалансу на мировых рынках и разжигает ресурсный национализм в мире.
Как Китай получил контроль над металлами стратегического значения? И почему Запад больше не может полагаться на китайские поставки? Forbes Ukraine выбрал самое важное из анализа Financial Times.
Иллюзия дешевого производства
Доминирование Китая в цепочках поставок важнейших металлов является результатом трех десятилетий государственных инвестиций и субсидий в производство всего: от меди и лития до редкоземельных элементов и вольфрама.
Китайские власти вовремя осознали, что для развития промышленности стране понадобятся большие объемы металлов. Сегодня Пекин является не только ведущим производителем, но и главным потребителем многих из них.
Между тем западные страны сознательно шли на деиндустриализацию, выводя производство в офшоры ради дешевой рабочей силы и более чистого воздуха. Предупреждающий сигнал прозвучал еще в 2010 году, когда Пекин ограничил доступ Японии к редкоземельным металлам из-за дипломатического спора, однако аутсорсинг продолжился.
«Тридцать лет назад [Запад] хотел, чтобы Китай занимался всей переработкой полезных ископаемых. Мы не хотели этого, потому что это было слишком загрязняющим», — отмечает Тим Биггс, профессор Camborne School of Mines.
Рассылка Forbes AI: искусственный интеллект глазами тех, кто рискует деньгами
Сегодня дешевые китайские металлы стали неотъемлемой частью глобальных цепочек поставок «точно в срок», от которых зависит мировая промышленность. Однако эти цепочки разрушаются во время кризисов: пандемии COVID-19, полномасштабного вторжения России в Украину и перекрытия торгового пути через Ормузский пролив.
Порт Циндао в Китае является одним из ключевых логистических узлов для импорта и поставок металлов мировой промышленности.
Влияние Китая и паника на рынках
С 2023 года Китай ввел ряд экспортных ограничений на широкий спектр нишевых металлов. Это ударило по США, Корее и Японии, чей импорт из Китая резко сократился с 2022 года.
Под ограничения попали галлий (используется в радарах) и германий (для тепловизоров). Вместо полной остановки экспорта Китай создал систему лицензирования: заявители должны доказать, что материалы поступают в гражданские, а не военные цепочки поставок, а сам процесс одобрения зачастую занимает много времени.
Ограниченное предложение вызвало панику среди компаний оборонной, автомобильной и полупроводниковой отраслей. Для оборонной промышленности проблема особенно острая: некоторые компании больше не могут получать вольфрам (используемый в боеприпасах) из Китая, а в США в настоящее время нет действующих шахт.
«Китай мог бы остановить всю полупроводниковую промышленность, если бы захотел перекрыть кран», — предупреждает Лита Шон-Рой, эксперт аналитической группы TechInsights.
Нехватка итрия — самое слабое звено, из-за которого производство может полностью остановиться. «Сейчас нет никаких гарантий или сроков, когда удастся наладить стабильные и надежные поставки этого металла», — предупреждает один из поставщиков для полупроводниковой промышленности на условиях анонимности.
Из-за неопределенности относительно того, что будет завтра, на рынке началась паника, а компании пытаются хаотично скупать и накопить как можно больше любых металлов, говорит на условиях анонимности эксперт по цепочкам поставок.
Для производителей микросхем ключевой проблемой уже является не столько цена металлов, сколько их физическая доступность. Компании готовы платить больше, но опасаются, что покупать будет нечего.
Китай хочет держать компании в состоянии «ни живы, ни мертвы» и поставлять им лишь минимум, необходимый для предотвращения полного коллапса цепочки поставок, утверждает руководитель крупной японской компании-потребителя на условиях анонимности.
Президент США Дональд Трамп и президент Китая Си Цзиньпин Фото Getty Images
Миллиарды на безопасность. Новая стратегия США и Европы
В ответ на кризис страны во главе с США начали гонку по созданию самодостаточных цепочек поставок и рассматривают это как вопрос национальной безопасности и суверенитета. Это вызвало волну новых инвестиций.
С 2022 года Вашингтон объявил о выделении $40 млрд на финансирование добычи полезных ископаемых и приобрел доли в ряде отечественных горнодобывающих компаний.
Помимо развития собственной добычи, США, Австралия и другие страны также стремятся создать стратегические запасы критически важных металлов, чтобы обеспечить потребности собственной промышленности в случае новых кризисов или перебоев с поставками.
За последние 18 месяцев Брюссель отобрал десятки стратегических проектов для ускоренного получения разрешений, а ЕС и страны-члены выделили около €6 млрд на проекты в сфере добычи полезных ископаемых.
Шесть некитайских компаний, в том числе американская Alcoa и греческая Metlen Energy & Metals, планируют совместно вывести на рынок более 300 т галлия в год. Это чуть меньше половины годового мирового спроса.
Однако такие действия создают риск перепроизводства. «Если все начнут производить галлий, цена упадет, поскольку на рынке возникнет избыток предложения», — предупреждает Гвидо Янссен, генеральный директор Nyrstar.
Кроме того, Китай может легко возобновить свободный экспорт и обрушить цены, поэтому разработчикам проектов нужны долгосрочные государственные гарантии.
Чтобы избавиться от зависимости от китайских металлов, Соединенные Штаты ведут борьбу за ресурсы в Африке. Если там продается какая-то шахта, Вашингтон лоббирует, чтобы ее приобрел именно американский бизнес, а добытые металлы шли на нужды собственной промышленности.
Например, власти Замбии обвинили Вашингтон в том, что он якобы требовал доступ к полезным ископаемым страны в обмен на предоставление финансовой помощи.
Некоторые страны Африки, в частности Демократическая Республика Конго и Гвинея, чаще требуют, чтобы переработка добываемых полезных ископаемых осуществлялась на их территории, а не ограничивалась лишь их экспортом.
В то же время Пекин пытается расширить свое влияние и предлагает финансирование зарубежных проектов, что вынуждает бизнес выбирать политическую сторону. Например, компания Rainbow Rare Earths, которую поддерживает правительство США, отказалась продавать свой проект в Бурунди одной из крупнейших китайских компаний, чтобы помочь создать западную цепочку поставок.
Однако попытки снизить зависимость от КНР вызывают скептицизм и на Западе. Идея о том, что каждой стране нужно полностью отгородиться от Китая и стать независимой в добыче металлов, является ошибочной стратегией, считает Дэвид Абрахам, профессор Университета Бойсе. «Это не спорт, вам не нужно побеждать Китай. Мы должны иметь возможность создать цепочки поставок, которые невозможно остановить», — считает он.
Для долгосрочного успеха Запада необходимы не только миллиардные инвестиции, но и создание доступной энергетики, многосторонняя международная координация и готовность развивать масштабное производство на собственных территориях, отмечают эксперты, опрошенные FT.
