Исторически Украина была в списках крупных мировых экспортеров оружия. Однако до 2022 года практически не имела частного оборонного сектора. Почему регулирование нового рынка по старым правилам – это риск потерять все? Аргументы Перри Бойла, соучредителя и CEO инвестиционной группы MITS Capital, которая сфокусирована на привлечении капитала в украинскую Defence Tech индустрию.
Заощаджуйте, отримуючи 6 журналів за ціною 4
Купуйте річну передплату на шість журналів Forbes Ukraine за 1 799 грн замість 2 400 грн. Читайте головні історії українського бізнесу, ексклюзивні рейтинги та глибоку аналітику в кожному номері.
Американо-израильская операция против Ирана научила глобальные медиа считать, насколько это огромная расточительность – сбивать дроны Shahed за $30 000–40 000 установками Patriot с ракетами за $4 млн.
Украина и украинские Defence Tech компании овладели этой математикой асимметричной войны в совершенстве. В феврале 2026-го 70% «Шахедов» над и вокруг Киева было уничтожено с помощью дронов-перехватчиков, по данным Генштаба. Стоимость одного не превышает нескольких тысяч долларов. Компаний – производителей интерсепторов – несколько десятков, еще десятки команд пытаются их превзойти.
Казалось бы, окно возможностей для украинской оборонки открыто широко как никогда. Есть технологии для современной войны и технологическая экосистема, появившаяся, в частности, и благодаря созданному Министерством цифровой трансформации кластеру Brave1. Есть достаточно зрелых производителей – на начало 2026-го Минобороны оценивает объемы индустрии в $50 млрд. Есть налаженное сотрудничество со странами-партнерами, международные программы вроде «датской модели», SAFE, EDIP, Build with Ukraine и т.п. Где тут плохие новости?
Руководство государства дает зеленый свет экспорту вооружений. Но без критических обновлений законодательной базы украинские производители рискуют потерять время, а значит, и конкурентное преимущество в новейшей гонке вооружений. И по всем законам экономики их место займет кто-то другой.
К примеру, чуть больше года назад продуктам европейских Quantum Systems, Tekever или Helsing было сложно конкурировать с украинскими разработками. Сегодня благодаря привлеченным сотням миллионов евро институционального капитала они развили R&D, наняли сотни специалистов, в том числе и в Украине, и уже обходят некоторых украинских конкурентов. Просто потому, что институциональный капитал избегает риска и выбирает рынки, где есть прозрачные, понятные для всех правила игры.
Как Украине стать таким рынком?
Гармонизировать экспортное регулирование с ЕС
После 1991 года Украина лишилась значительной части промышленной инфраструктуры, унаследованной от СССР. Как ни иронично, ее остатки уже пятый год «деиндустриализируют» российские ракеты, которые в свое время помогали создавать украинские конструкторские бюро. Нынешний бум Defence Tech – шанс не только возродить технологический потенциал Украины, но и сделать ее европейским индустриальным центром ВПК и машиностроения.
Причина – стечение обстоятельств, которое выпадает раз в столетие, а то и в несколько. Глобальный тренд на перевооружение уже стартовал и, учитывая продолжительность оборонных контрактов, продлится следующие 15–20 лет. Параллельно мир вошел в новую эру роботизации, где военные технологии дают ощутимое преимущество.
Но Украина унаследовала от СССР еще и подход к экспорту оборонной продукции: право продавать оружие за границу имеет только государство. Подобные практики сохранились также в РФ, Албании и Сербии. Возможно, это имеет практический смысл в тоталитарных странах, где все оборонное производство по умолчанию принадлежит государству.
Рассылка Forbes AI: искусственный интеллект глазами тех, кто рискует деньгами
Возможно, это даже не было проблемой до 2022-го, когда в Украине насчитывалось до полусотни частных оборонных компаний, а львиная доля индустрии оставалась государственной. К началу 2026-го частный сектор, по разным оценкам, вырос до 900–1500 игроков. Только производством дронов, как заявил президент Украины Владимир Зеленский, занимаются 450 предприятий. И здесь единственный государственный орган, организующий экспортные контракты – так называемый спецэкспортер – становится бутылочным горлышком.
По оценкам отраслевых экспертов, консультирующих MITS Capital, даже при идеальных обстоятельствах реальное выполнение первых контрактов начнется не ранее чем через 8–12 месяцев после фактического перезапуска оборонного экспорта. Если спецэкспортер не успевает оперативно обработать заявки всех желающих компаний, этот фактический перезапуск откладывается минимум на год. Есть сомнения, что потенциальные заказчики будут ждать украинских производителей до 2028-го или дольше. Особенно учитывая, что иностранные производители уже сейчас начали копировать украинские решения.
Логичный выход – принять закон, ликвидирующий государственную монополию и позволяющий частным игрокам оборонного рынка заключать внешнеэкономические договоры напрямую со странами-покупателями и уполномоченными на оборонные закупки госструктурами вроде датской DALO.
Пока неизвестно, в какие государства будет разрешено экспортировать товары военного назначения. Один из возможных и логичных вариантов – страны (преимущественно европейские), с которыми Украина подписала соглашения по безопасности. А для Европейского союза закупка оружия у частных производителей – понятная и стандартная практика. Поэтому данное решение одновременно гармонизирует украинское законодательство в области экспортного контроля с европейскими нормами и упрощает будущее сотрудничество.
Гарантировать интересы Сил обороны и налоговые поступления
Не будут ли производители отдавать приоритет экспортным контрактам в ущерб украинской армии – понятный и едва ли не самый острый вопрос публичного дискурса. Впрочем, в международной практике на него тоже есть ответ: законодательно определить, что Силы обороны Украины при любых обстоятельствах являются заказчиком №1. Именно так это работает в США.
На практике это означает, что в экспортных соглашениях должны быть обязательные пункты о приоритетности поставок для украинской армии. Это гарантирует, что даже готовая к отправке за границу партия продукции в случае срочного запроса от военных будет отгружена на фронт.
Я видел много наработок и предложений о том, как Украине получить максимальную пользу от оборонного экспорта. Например, разрешить продавать за границу только кодифицированные изделия и только по контрактам без штрафных санкций за срыв экспортной поставки. Первое даст возможность наращивать производственные мощности для продуктов, стоящих на вооружении украинской армии, вместо различных «экспортных версий». Второе позволит безболезненно направлять продукцию «заказчику №1» и будет предохранителем от злоупотреблений.
Другая рациональная идея – специальные налоги или пошлины на экспорт оборонной продукции, которые будут идти в государственный бюджет, специальный фонд Минобороны и т.п. Это может быть единая фиксированная ставка или диверсифицированная по типу продукции. Однако независимо от формата создания налоговой базы, что очевидно потребует времени, не должно блокировать сам перезапуск экспорта.
Почему, в конце концов, украинцев должен беспокоить экспорт оружия? Возможность цивилизованно продавать БПЛА, НРК, РЭБ и другие разработки за границу снимает с украинского Defence Tech «проклятие единственного покупателя». Это делает компании привлекательными для институциональных инвесторов. Они готовы выписывать чеки на сотни миллионов в противовес десяткам, которыми сейчас готовы рисковать венчурные фонды.
Институциональный капитал в свою очередь дает возможность наконец на полную развивать R&D и действительно сложные технологические решения. Потому что простые технологические решения закончились еще в 2023-м. И хотя прогнозировать военные технологические тренды более чем на два года вперед сложно, финансовый ресурс позволяет опережать врага хотя бы на полгода-год. В контексте современных технологических циклов это почти вечность.
Не затягивая с экспортом, украинцы на самом деле покупают время и себе, и союзникам, которые, кажется, начинают что-то осознавать. Впрочем, как точно подметил начальник штаба 412-й бригады Nemesis Артем Беленков, они все еще не понимают, насколько быстро все движется. А все известные Европе решения уже не работают.
Очень надеюсь, что Украина все же воспользуется своим шансом построить главную технологическую отрасль экономики, которая будет стоить значительно больше $50 млрд.
