Это «розовая Монро» написана в 1967-м и оценивается в $531 800. /Getty Images
Категория
Инновации
Дата

10 кусочков «розовой Монро» Уорхола за $532. Выгодно ли инвестировать в токенизированные части художественных произведений. Разбор Forbes

Это «розовая Монро» написана в 1967-м и оценивается в $531 800. Фото Getty Images

Частичное право собственности давно обещает демократизировать доступ к искусству, а новая компания Freeport добавляет к уравнению блокчейн. Но цена малых инвестиций – это высокие комиссионные, которые могут съесть потенциальные доходы

⚡️Ми дуже хочемо, щоб наші читачі знали більше, створювали більше і заробляли більше. Тому даруємо 44% знижки на річну підписку на сайт Forbes. Діє з промокодом SMART до 19.05 Оформлюйте зараз за цим посиланням

Мерлин Монро, кинозвезда и икона стиля, добралась и до блокчейна благодаря американской компании Freeport. Известный художник Энди Уорхол создал несколько художественных работ с Монро, одна из которых принадлежит бывшей подруге художника, Бэйби Джейн Хольцер. Это «розовая Монро», написанная в 1967-м, и ее оценивают в $531 800.

Именно ее и собираются «поделить» с помощью технологии блокчейн на 10 000 кусочков, а все любители искусства смогут купить 10 кусочков, минимальное количество для покупки, за $532.

Если такое измельчение приживется, искусство станет более доступным активом для индивидуальных инвесторов. Но такая перспектива омрачается тем, что цифровой рынок столь же неликвиден, как и его аналоговая версия. Плюс процесс сопровождают комиссионные за управление и наценки, которые следует перекрывать высокой стоимостью самих цифровых произведений, чтобы такая инвестиция считалась выгодной.

Розовая Мерлин является частью первой коллекции Freeport. Компания разбивает четыре работы Уорхола на части, являющиеся взаимозаменяемыми токенами (fungible tokens) на блокчейне Ethereum.

Freeport планирует привлечь до 4000 инвесторов, желающих отхватить себе кусочки цифровых версий «розовой Мерлин», портретов Джеймса Дина ($199) и Мика Джаггера ($226,3) или двойного портрета Мики Мауса ($781,8).

Цены включают 10% наценки на предварительные продажи каждой картины, но не только. Дополнительно инвесторы платят 10% комиссии компании, 1,5% ежегодной комиссии по управлению активом и 10% комиссии на продажу.

Инвестировав $1000, на саму картину уйдет менее $800. Когда инвесторы покупают блокчейн-искусство через Freeport, у них появляется право на процент от будущих доходов от продаж работ и цифровых выставок.

На вторичном рынке владельцам частиц работ можно продавать их другим инвесторам через блокчейн Ethereum.

Три работы Уорхола находятся в коллекции Хольцер, а четвертая, Мики Маус, принадлежит коллекционеру Майклу Габеру.

Мелкая рыбка в малом пруду

Частичное право собственности – это об инвестициях, а не коллекционировании искусства. Инвесторы покупают секьюритизированные части произведения искусства (преимущественно картины) и ждут дохода, когда произведение продадут.

Сейчас время и цену продаж определяет компания, поделившая произведение на части, а инвесторы фактически не имеют в этом права голоса. Блокчейн-подход к данной схеме передает больше прав инвесторам.

Сторонники этого подхода говорят, что так демократизируется доступ к искусству для инвесторов, у которых нет сотен тысяч или миллионов долларов на покупку Воргола, Пикассо или Баскии. Также увеличивается пул инвесторов, а это хорошо для неликвидного класса активов, крайне чувствительного к изменениям настроений и трендов.

Со дня своего создания в 2000 году индекс ArtPrice, в который входят 100 художников-бестселлеров по продажам на аукционах, превосходит индекс Dow Jones. В прошлом году художественный индекс вырос на 3%, а промышленный упал на 8,7%.

«Если есть класс активов, превосходящий S&P 500, почему бы не разрешить инвестировать в него большему количеству людей?» – спрашивает Колин Джонсон, гендиректор Freeport.

Однако только произведения искусства самого высокого эшелона показывают лучшие на рынке результаты. Существует индекс Artprice Global Art, включающий в себя все продажи на публичных аукционах. Он в прошлом году опустился на 18%, а с начала столетия поднялся в общей сложности на 5%.

Более того, инвестиционные советники предостерегают, что барометры художественных рынков могут рисовать слишком радужную картину. Индексы «подкручиваю вверх», говорит о них Филипп Гоффман, гендиректор лондонской The Fine Art Group, международной фирмы художественных финансов.

Индексы на основе аукционных продаж не включают частные продажи или обесцененные работы, никогда не попавшие на рынок.

Цифры также зависят от прямых коллекционеров, отмечает Гоффман. Так, у современного искусства был особенно мощный год в 2022-м из-за увеличения дилерских продаж на Западе, что привело к уменьшению интереса к другим художественным категориям.

Инвестиции в частичное право собственности, по крайней мере, дают простор для диверсификации индивидуальным клиентам, считает Роберт Рид из страховой фирмы Hiscox. Таким образом, «люди могут распределить свои риски», говорит он.

И все же такое искусство по частям – это мелкая рыбка в малом пруду. Согласно данным отчета от Art Basel и UBS Global Art Market, оно составляет менее 1% от $67,8 млрд мировых продаж произведений искусства в 2022 году.

Исследовательская фирма ArtTactic сообщила, что за последние пять лет было продано такого дробленного искусства на около $625 млн. Большинство транзакций поступило от частных инвесторов через Masterworks.

Для сравнения, данные Ассоциации индустрии ценных бумаг и финансовых рынков показывают, что ежедневно из рук в руки переходят акции примерно на $600 млрд.

Доходность таких инвестиций оставляет желать лучшего. Произведения искусства считаются долгосрочной инвестицией, а доходы приходится ждать годами, если не десятилетиями. В среднем покупатели владеют работами Уорхола 16,4 года и они им приносят 2,1% годовых, говорят данные ArtTactic.

Владельцы дробленого искусства почти не контролируют, когда у них появятся доходы на их художественные инвестиции. Ни одна компания, которая продает искусство по частям, пока не предлагает дивиденды, а наоборот еще и требует ежегодную комиссию по управлению активами.

Некоторые компании такого вида, не продающие искусство на блокчейне, предлагают вторичный рынок, где свои части художественных произведений можно перепродать. Например, в случае с Masterworks, которая является первой компанией, начавшей предлагать частичную собственность на произведения искусства в 2017-м, инвесторы лишь несколько раз получили доходы от своих инвестиций.

«Это скорее игрушка для тех, у кого есть лишние $1000», – считает Гоффман.

Да и сама модель достаточно мудреная. Пока компания не продала все части конкретного произведения искусства, продавец сохраняет право собственности на него, а деньги инвесторов хранятся на счете эскроу.

Если говорить о Freeportе, когда все части работы проданы, под каждое произведение создается компания с ограниченной ответственностью в Делавере, объясняет Forbes Джонсон. Далее инвесторы владеют акциями созданной компании.

Как и в случае с провальным проектом на Kickstarter, потенциальные инвесторы получают деньги обратно, если не будут распроданы все части художественной работы до установленной даты. Для работ Уорхола дедлайн наступает 4 июля, хотя по словам Джонсона его можно продолжить.

Getty Images

«Розовая Монро» написана в 1967-м и ее оценивают в $531 800. Именно ее и собираются поделить с помощью технологии блокчейн на 10 000 кусочков, а все любители искусства смогут купить 10 кусочков, минимальное количество для покупки, за $532. Фото Getty Images

Частичное право собственности

Идея частичного права собственности не используется исключительно в искусстве. Ее применяли к недвижимости, частным самолетам, роскошным яхтам и даже к лошадям, ведь она позволяла владеть активом без необходимости платить за него полную стоимость.

Во второй половине 2010-х появилось несколько компаний, предлагавших частичную собственность на произведения искусства, среди которых Feral Horses, Maecenas и LookLateral. Однако нехватка регуляторных механизмов привела к минимальному интересу инвесторов.

В 2018 году Masterworks продала свою первую художественную работу по модели частичного права собственности, зарегистрировав ее в Комиссии по ценным бумагам и на творческой инвестиционной платформе Maecenas.

Тогда инвесторы приобрели 31,7% работы Уорхола под названием «14 малых электрических стульев» за $1,7 млн – традиционная валюта и крипто. Впрочем, две трети от 49% токенизированных частей работы, которые предложили криптоинвесторам, остались непроданными.

Первая продажа полностью токенизированных частей произведения искусства состоялась в октябре 2021 года, когда цюрихский Sygnum Bank заключил соглашение с компанией Artemundi, предлагающей частичную собственность на искусство. Партнеры создали художественные секьюритизированные токены (AST) картины Пабло Пикассо «Девочка в берете» (1964).

В прошлом месяце Sygnum и Artemundi объявили, что эту картину продали за неразглашенную сумму, предоставившую инвесторам около 15% годовых доходов на их инвестиции в произведение. Доход также зависел от того, как долго инвестор владел токенами.

Инвесторы, которые хотят сотрудничать с Freeport, должны создать аккаунт на сайте, указав свой электронный адрес, дату рождения и домашний адрес. Далее можно заплатить за выбранные токены дебетовой картой, кредиткой (будет 2,5% комиссии) или перевести деньги на счет.

Когда предложение закрывается и токены создают на базе Ethereum, блокчейн-партнер компании Vertalo создаст для клиентов, которые хотят самостоятельно контролировать инвестиции, кошельки без ключей.

Такая система позволяет Vertalo сохранять набор фраз, необходимых для доступа к кошелькам, чтобы пользователи не путались в частных ключах, если у них есть их несколько. Также токены можно будет хранить и на посторонних кошельках.

Блокчейн, Уорхол и антиистеблишмент

Любители блокчейна утверждают, что эта технология и токенизация помогут избежать краж и подделок, от которых особенно страдает искусство. История собственности и транзакций, хранящихся на блокчейне, неподдельна. Хотя надежность таких записей зависит от того, кто их производит.

NFT-инвесторы покупают токенизированные части художественных произведений еще со времен пика крипторынка в 2021 году, но делают это преимущественно через децентрализованные автономные организации (ДАО).

Такие организации, как AssangeDAO, PartyDAO и FlamingoDAO, фактически являются союзами инвесторов, и они купили одни из самых дорогих NF-токенов, цена которых достигала $53 млн.

Ключевая разница между ДАО и компанией, предлагающей частичное право собственности на художественную работу, заключается в том, кто принимает решение о продаже. ДАО отдает это решение в руки своих членов, в отличие от компаний. Именно Freeport, к примеру, решает все, что касается продажи «поделенных» картин Уорхола.

Работы Уорхола могут быть именно тем, что объединит мир искусства и блокчейна благодаря тому, что художник имеет историю неприязни к истеблишменту. Кто, как ни приверженцы блокчейна, являющегося воплощением антиистеблишмента, поймут исключительного художника.

Да и увеличение стоимости его работ со времени их первого выхода на рынок в 1961-м тоже будет важным фактором. Как и то, что его произведения являются одними из самых ликвидных в мире.

По данным ArtPrice, в 2022 году 2159 картин Уорхола были проданы на аукционах на общую сумму $590,2 млн. А My Art Broker сообщает, что за первые три месяца 2023-го работ Уорхола продано на еще $22 млн.

Произведения Уорхола, которые предлагает Freeport, могут и не самые популярные, но их доступность может привлечь покупателей.

Материалы по теме

Вы нашли ошибку или неточность?

Оставьте отзыв для редакции. Мы учтем ваши замечания как можно скорее.

Исправить
Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый выпуск Forbes Ukraine

Заказывайте с бесплатной курьерской доставкой по Украине