Урсула фон дер Ляйен предложила доктрину снижения риска негативных экономических последствий для Европы в случае санкции в отношении КНР /Getty Images
Категория
Мир
Дата

Отключиться от Китая. Евросоюз думает, как избавиться от экономической зависимости от КНР. The Economist объясняет, почему это сложная задача

Урсула фон дер Ляйен предложила доктрину снижения риска негативных экономических последствий для Европы в случае санкции в отношении КНР Фото Getty Images

Война России против Украины открыла глаза Европе не только на ее зависимость от страны-агрессора, но и на тесную связь с влиятельнейшим союзником РФ – Китаем.

Насколько экономика европейских стран зависит от КНР, посчитал The Economist. Forbes выбрал главное из статьи.

📲 45 секунд – на один пост, 20 хвилин на день, щоб дізнатися головні економічні та бізнесові новини. Підписуйтеся на Telegram-канал Forbes Ukraine, щоб економити час.

Когда Россия начала полномасштабное вторжение в Украину, а Китай отказался осуждать страну-агрессора, Европа стала волноваться о последствиях ее зависимости не только от России, но и от Пекина. Некоторые европейские лидеры заговорили о немедленном «разводе» с Китаем во избежание потенциального хаоса в экономике их стран, который привел к расторжению связей с РФ.

На это есть причины: в случае войны США и Китая из-за Тайваня Европа должна будет наложить санкции на КНР и поддержать американскую военную кампанию. Негативные экономические последствия для Европы будут больше, чем для США.

Президент Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен в прошлом месяце предложила новую, более мягкую доктрину снижения такого риска. Речь идет о взвешенном сокращении связей ЕС с Китаем, а не радикальном разрыве экономических отношений, и об управлении рисками, которые возникают из-за тесных экономических связей Европы и Китая. А управлять здесь действительно есть чем.

Экономические связи Европы и Китая

Европа имеет больше связей с Китаем, чем США. Около 8% своих доходов европейские публичные компании получают из Китая, в то время как американские – лишь 4%, по данным Morgan Stanley.

Экспорт Европы и США в Китай примерно одинаков – 7–9%, но торговля с КНР в европейской экономике играет большую роль, поэтому чувствительность к изменениям именно в торговых отношениях с КНР в Европе больше.

Инвестиции в Китай составляют 2% ВВП Европы, в США этот показатель 1%.

Чтобы отразить уровень связанности европейской экономики с Китаем, The Economist создал инфографику доходов разных стран от торговли с КНР. Она включает три элемента: экспорт товаров, экспорт услуг и продажи дочерних предприятий западных компаний в Китае. Данные отражают ситуацию в 2020 году, аналитики последующих лет нет.

Инфографика о доходах стран ЕС от торговли с Китаем в процентах от ВВП. /Инфографика The Economist

Доходы стран ЕС от торговли с Китаем в процентах от ВВП. Фото Инфографика The Economist

5,6% от общего ВВП большой европейской шестерки (Британия, Франция, Германия, Нидерланды, Италия, Испания) приходится на доходы от торговли с Китаем, в 2011-м этот показатель составил 3,9%. В США достиг 4,2%.

Но внутри шестерки имеются существенные отличия: в Испании и Италии такие доходы составляют всего 1–2% ВВП, во Франции и Британии – 4–5%, а в Германии – 9,9%. Две трети этих доходов – продажи дочерних компаний западных предприятий в Китае.

Если произойдет «радикальная» фрагментация цепочек поставок, валовые национальные расходы (gross national expenditure) еврозоны упадут более чем на 2%, что, по данным Европейского центрального банка, примерно вдвое больше, чем в США при тех же обстоятельствах. У Германии этот показатель, вероятно, будет еще выше.

Если поток инвестиций между Западом и Китаем сократится, ВВП Европы упадет на 2%, а ВВП США пострадает почти вдвое меньше, по данным МВФ.

Пострадают и ведущие европейские компании, полагающиеся на Китай: немецкие автопроизводители, французские империи люксовых товаров и два британских банка.

В целом между 2002 и 2019-м общая торговля между Китаем и ЕС выросла на 428%.

Политика осторожности

Впервые о минимизации рисков от связей с Китаем начали говорить четыре года назад, когда Европа стала осознавать, что Китай – ее системный соперник. В это время европейские столицы снизили свою активную рекламу инвестиций в Китай.

Война в Украине привлекла внимание к опасности торговых связей с автократическими государствами.

С политикой снижения рисков, предлагаемой фон дер Ляйен, европейцы согласны, но ни она, ни другой европейский лидер не определили ее практическое воплощение.

О ней известно несколько вещей.

  • Связи с Китаем полностью не разрываются.
  • Отмечается важность диверсификации.
  • Повышение экономической безопасности.
  • Искоренение принудительного труда из цепочек поставок.
  • Ограничение доступа к технологиям, которые можно использовать в военных целях.

Такую осторожность можно понять, ведь Европа и США очень зависят от Китая в поставках некоторых товаров. В 2022-м на Китай пришлось 3/5 редкоземельных элементов, добытых в мире в этом году. Кроме того, страна обработала 60% мирового лития и 80% кобальта.

Эти компоненты незаменимы в производстве батарей для электромобилей. Европа импортирует 98% редкоземельных частей из Китая, а Америка – 80%.

По данным немецкого аналитического центра MERICS, ЕС покупает у Китая 97% хлорамфеникола, вещества, используемого для производства антибиотиков; США – 93%.

Диверсификации быть

Диверсификация поставок для США и Европы началась во время пандемии, и теперь, когда это возможно, страны закупают товары в Мексике, Индии, Марокко, Норвегии и Турции.

Активизировались и законодатели. ЕС подготовил закон о критически важном сырье, согласно которому к 2030 году вступит в силу запрет покупать более 65% определенного законом сырья у одной страны.

В сфере технологий Европа применила такой же экспортный контроль, что и США, чтобы ограничить доступ Китая к некоторым технологиям. Например, нидерландская фирма ASML, производящая оборудование для изготовления микрочипов, запретила продажи своих передовых машин китайским компаниям.

В настоящее время некоторые европейские компании сокращают инвестиции в китайское направление своего бизнеса. Еще кто-то решает сделать свои дочерние предприятия в Китае более независимыми, полагаясь на местное производство и продажи.

Последнюю категорию можно определить по тому, насколько вырос уровень финансирования этих дочерних предприятий из их собственных доходов, а не за счет капитала из Европы. Если говорить о немецких дочерних предприятиях, такой уровень самостоятельного финансирования постепенно растет: в 2002-м он составил 2%, в 2012-м – 52%, а в 2022-м – 85%.

Си Цзиньпин и Олаф Шольц /Getty Images

Си Цзиньпин и Олаф Шольц. Олаф Шольц не сторонник уменьшения связей между Германией и Китаем. Фото Getty Images

При наихудшем сценарии такие дочерние компании могут полностью отделиться от материнских компаний и работать самостоятельно. Это приведет к огромным денежным потерям для акционеров крупных европейских компаний, но так европейская экономика пострадает меньше.

Еще один элемент политики снижения рисков предполагает более жесткий контроль за инвестициями Китая в Европу.

В прошлом году китайские инвестиции в Европу сократились до самого низкого уровня с 2013 года, обнаружили MERICS и консалтинговая фирма Rhodium.

Почему политика снижения риска может провалиться

  • Крупные компании, удовлетворенные результатами работы с Китаем, могут отказаться от соблюдения новой политики отношений со страной. Европейский авиапроизводитель Airbus, несмотря на напряженность связей с КНР, решил расширить производство в Тяньцзине, а также подтвердил заказы на производство 160 самолетов для Поднебесной.
  • Технологические изменения и их экономические последствия могут провоцировать формирование новых связей, даже если старые разрываются. К примеру, автомобили. ЕС практически не экспортирует электромобили в Китай. А вот почти весь автомобильный экспорт Китая в ЕС – это электромобили. А чем больше вырастет спрос на «зеленые» автомобили, тем больше будет привлекательность их экспорта из Китая, где они относительно дешевле.
  • В таком виде политика снижения риска почти не готовит Европу к шоку, который случится, если Китай попытается захватить Тайвань. Европейский оборонный сектор уже растянут до предела, и Европе будет проблематично найти возможность поддержать еще и США с Тайванем. Плюс Америка рассчитывает на то, что Европа введет против Китая те же санкции, что и против России. Это будет серьезным ударом по европейской экономике и ее компаниям.

В последующие месяцы решение ЕС об отношениях с Китаем будет во многом зависеть от Франции и Германии, отмечает The Economist.

Эти две страны имеют самые большие экономики в регионе, они больше всех получают доходы от торговли с Китаем и меньше всего хотят оборвать с Пекином экономические связи.

Материалы по теме

Вы нашли ошибку или неточность?

Оставьте отзыв для редакции. Мы учтем ваши замечания как можно скорее.

Исправить
Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый выпуск Forbes Ukraine

Заказывайте с бесплатной курьерской доставкой по Украине