Ликвидация иранского лидера аятоллы Али Хаменеи стала кульминацией эскалации на Ближнем Востоке. Пока Вашингтон демонстрирует силу, Пекин и Москва пытаются превратить кризис в собственную стратегическую возможность. Изменит ли эта война распределение сил в мире? Главные выводы The New York Times, Politico, The Economist и Bloomberg
Заощаджуйте, отримуючи 6 журналів за ціною 4
Купуйте річну передплату на шість журналів Forbes Ukraine за 1 799 грн замість 2 400 грн. Читайте головні історії українського бізнесу, ексклюзивні рейтинги та глибоку аналітику в кожному номері.
Во время масштабной военной операции США и Израиля против Ирана был убит верховный лидер Али Хаменеи. Это стало беспрецедентным шагом и повлияло на глобальный баланс сил.
Операция продемонстрировала готовность администрации президента США Дональда Трампа к радикальным действиям и смене режимов, особенно после успешного захвата венесуэльского лидера Николаса Мадуро, пишет NYT.
Однако для главных геополитических оппонентов США – Китая и РФ – эта война стала сложным этапом. Их реакция различна: за кулисами дипломатических заявлений стоит холодный расчет и желание получить максимальные экономические и стратегические выгоды.
Как гибель Хаменеи влияет на стратегию Путина в войне против Украины? И выгодна ли операция в Иране для Китая?
Путь к войне: как Трамп принимал решение ударить по Ирану
Решение Трампа начать кампанию против Ирана формировалось месяцами и не было спонтанным. Главной движущей силой выступил премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху, который еще в декабре во время встречи в Мар-а-Лаго просил у Трампа одобрения на удары по иранским ракетным объектам, отмечает NYT.
Пока спецпредставитель Стив Уиткофф и зять президента Джаред Кушнер вели переговоры в Женеве с иранским министром иностранных дел Аббасом Аракчи, Пентагон использовал это время для крупнейшего за последнее поколение наращивания сил на Ближнем Востоке. Туда были переброшены авианосец USS Gerald R. Ford, эскадрильи истребителей, бомбардировщики и системы ПВО, по данным NYT.
В середине администрации Трампа почти не было оппозиции силовому сценарию. «Если США собираются бить по Ирану, то надо бить сильно и быстро» , – заявил вице-президент Джей Ди Вэнс, известный скептицизмом в отношении войн на Ближнем Востоке, во время секретного совещания в Ситуационной комнате Белого дома, пишет NYT.
Финальную точку поставил беспрецедентный успех ЦРУ, которое смогло точно отследить местонахождение Хаменеи в его резиденции в Тегеране. Получив эти данные, утром 28 февраля Трамп на борту Air Force One отдал приказ начать операцию под названием «Эпическая ярость» , отмечает NYT.
Рассылка Forbes AI: искусственный интеллект глазами тех, кто рискует деньгами
Главной движущей силой выступил премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху, который еще в декабре просил у Трампа одобрения на удары по иранским ракетным объектам Фото Getty Images
Китайский страх перед восстаниями, нефтяная зависимость и тайваньский вопрос
Для Китая отношения с Ираном всегда были прагматичными, лишенными настоящих союзнических обязательств. Именно поэтому Китай выбрал стратегию сохранять силы, пока другие истощают себя, и вмешиваться только в случае прямой угрозы основным интересам, пишет Bloomberg.
Китайское руководство восприняло ликвидацию Хаменеи в результате авиаудара гораздо спокойнее, чем массовые антиправительственные протесты в Иране в конце прошлого года, отмечает The Economist.
Для Коммунистической партии Китая перспектива свержения автократического режима через народное восстание является самым страшным сценарием, ведь он несет риск заражения их общества. Зато гибель лидера от американской ракеты является более управляемым событием, пишет Bloomberg.
Однако экономическое измерение войны создает для КНР серьезные проблемы. В прошлом году Китай получал около 17% своей нефти из Ирана и Венесуэлы, которые были под санкциями, отмечает Politico.
Поскольку иранская Революционная гвардия предупредила суда об опасности прохождения через Ормузский пролив, логистика энергоносителей со всего региона оказалась под угрозой. Через Ормузский пролив поставляется сжиженный газ из Катара.
Пекин не доволен этим и призвал к прекращению войны. Чтобы компенсировать дефицит и минимизировать риски, Китай будет вынужден еще больше переориентироваться на закупки российской нефти. Китай уже начал это делать накануне конфликта, отмечает The Economist.
В случае затяжной войны Пекин получит и выгоду. США отвлекут свои военные ресурсы от Индо-Тихоокеанского региона и проблемы Тайваня, что является приоритетом для президента Китая Си Цзиньпина. Кроме того, Китай рассчитывает, что после завершения войны и возможного снятия санкций с Ирана именно его компании получат возможность отстраивать инфраструктуру Ирана, пишет The Economist.
Президент США Дональд Трамп и президент Китая Си Цзиньпин Фото Getty Images
Бункерная паранойя Путина против «золотого дождя» из нефтедолларов
Для России война в Иране стала настоящим эмоциональным и стратегическим контрастом. С одной стороны, президент РФ Владимир Путин получил серьезный психологический удар, что обострило его «бункерный менталитет», отмечает Politico. Путин публично осудил ликвидацию Хаменеи как убийство, «совершенное с циничным нарушением всех норм человеческой морали и международного права», отмечает издание.
Быстрое свержение двух союзников Кремля – Мадуро и Хаменеи – напомнило Путину жестокое убийство Муаммара Каддафи в 2011-м, пишет Politico.
Российские ультранационалисты и пропагандисты тоже паникуют после ликвидации Хаменеи. «Один за другим наши союзники систематически уничтожаются, – говорит российский ультраправый политик Александр Дугин. – Понятно, кто будет следующим».
В то же время Путин остается прагматиком, который не будет рисковать собственной властью ради спасения иранцев. Более того, Россия больше всего получает выгоды от этой войны, отмечает Bloomberg.
Этому есть три причины:
- Истощение арсеналов США. Вооруженные силы США массово используют крылатые ракеты Tomahawk (которые так просил Владимир Зеленский) и перехватчики Patriot для атак на Иран. Восстановление этих запасов может занять годы, что делает менее вероятным получение этого оружия Украиной, пишет Bloomberg.
- Энергетический шантаж. Нестабильность в Ормузском проливе уже привела к скачку мировых цен на нефть – сорт Brent подскочил на 12%. Это реанимирует рынок для санкционной российской нефти, ведь танкеры, от которых ранее отказывались (например, Индия из-за давления США), теперь снова будут иметь бешеный спрос, отмечает Bloomberg.
- Давление на Украину. Кремль рассчитывает, что администрация Трампа вынуждена искать быстрого перемирия в Украине на выгодных для Москвы условиях, чтобы не вести войну на два фронта, по данным Politico.
«Путин прекрасно осознает, что диктаторы, которые так долго концентрируют власть, обычно покидают пост под арестом или в гробу», – говорит Politico Сэм Грин, профессор российской политики в Королевском колледже в Лондоне. – Поэтому его главным приоритетом является не защита союзников, а собственная победа».
