Коллаж – Анна Наконечная/Shutterstock /Shutterstock
Категория
Деньги
Дата

M&A на минималках. Продать украинский бизнес во время войны – задача со звездочкой. У кого есть шансы ее решить

Коллаж – Анна Наконечная/Shutterstock Фото Shutterstock

В январе 2022-го российские танки уже готовились пересечь украинскую границу, но инвесторов это не слишком останавливало. Через полгода успешная продажа компании – скорее чудо, чем закономерность. Инвесторы готовы рисковать максимум на $10 млн, иностранные – ждут окончания военного положения. Почему редкие исключения только подчеркивают правило

Як мотивувати команду не збавляти темп у надскладних умовах? Дізнайтесь 25 квітня на форумі «Надлюди» від Forbes. Купуйте квиток за посиланням!

В июле основатель IT-аутсорсера Powercode Владислав Савченко, 29, продал свой стартап Goodex – основанную во время пандемии службу доставки продуктов. Последний год проект жил на две страны – с филиалами в Киеве и польском Быдгоще. В украинский бизнес Савченко, которому также принадлежит IT-аутсорсер Powercode, инвестировал около $4 млн. Польскому понадобилось в четыре раза меньше, чтобы за неполный год получить €2 млн выручки и дойти до самоокупаемости. «Это выглядело неплохим моментом, чтобы выйти», – говорит Савченко.

Продолжать инвестиции в Европе во время войны основатель не рискнул. А возить через границу украинские продукты – 50–60% ассортимента польского Goodex – становилось все дороже. Покупателей Савченко искал среди своих поставщиков и владельцев популярных в Польше сетей, торгующих товарами из постсоветских стран. Почти подписали соглашение с немецкой компанией, но в последний момент договоренность сорвалась.

«Мы реально удивились, что на это есть спрос», – говорит Савченко. В результате Goodex приобрели основатели сети Best Market – эмигранты с Кировоградщины Роман и Сергей Колесники. Братья перебрались в Польшу в середине 2010-х и стали торговать украинскими продуктами. Фишка Best Market – большой выбор вяленой рыбы. В настоящее время Колесники владеют службой доставки и пятью обычными магазинами в Варшаве, Кракове, Катовице и Лодзи.

Сумму сделки участники не раскрывают. Больше, чем инвестировал, но меньше $5 млн – очерчивает Савченко. Останется ли он «в плюсе»? Да, если считать только польский бизнес. В Украине Goodex рос не так быстро – до нападения России вышел на $8 млн годовой выручки, но все еще не окупился.

До войны можно было пробовать привлекать посторонние инвестиции по оценке в $10–12 млн, утверждает Савченко. «А сейчас это стоит ноль», – говорит он.

С 24 февраля Goodex пополнил военное кладбище украинских FoodTech стартапов. Из «большой тройки» – Glovo, Bolt, Rocket – выжили только двое. Днепровский Rocket задолжал партнерам миллионы гривен и пытается оформить банкротство. Из игроков второго эшелона закрылся оператор скоростной доставки Cooker харьковского бизнесмена Дениса Парамонова, владеющего мясоперерабатывающим холдингом SMK Group. Превратила ли война все украинские активы в пепел?

M&A на минималках

2021-й показался рекордным по количеству слияний и поглощений в Украине за последние полдесятилетия. За семь месяцев 2022 было 93 соглашения против прошлогодних 105, говорит Сергей Гончаревич, управляющий партнер инвесткомпании Capital Times. Треть закрыли еще в мирном январе. Почти половина – с IT-компаниями, чей бизнес не завязан на Украину.

«По нашему ощущению, соглашения с участием иностранных инвесторов после 24 февраля 2022 года полностью остановились», – говорит управляющий партнер Soul Partners Игорь Верхогляд. Два-три проекта, которые инвестбанк планировал закрыть в первом полугодии, заморожены по крайней мере до окончания военного положения.

M&A на минималках. Продать украинский бизнес во время войны – задача со звездочкой. У кого есть шансы ее решить /Фото 1

Крупнейшие M&А соглашения в Украине в 2021 году

Однако редкие исключения все же есть. Слияние с британским лингвистическим контент-агентством Locaria основатель киевской PEP Group Михаил Пименов считает «получудом». Переговоры с покупателем, входящим в глобальную маркетинговую группу Stagwell, начались еще осенью 2021-го и стали на паузу из-за войны.

Основанная в 2010 году PEP Group создает и адаптирует под разные рынки рекламу для Pepsi, Colgate-Palmolive, Kimberly-Clark и других глобальных FMCG-брендов. Холдинговая компания агентства инкорпорирована в Нидерландах и имеет «дочек» в Украине и Канаде. Команда из 35 человек давно работает удаленно, потому бизнес не останавливался ни на день. Это, считает Пименов, очень помогло закрыть соглашение со Stagwell в середине июля.

Активнее будут инвесторы из Украины, считает Верхогляд. «Логика простая: если ты действительно веришь в победу, сейчас самое время покупать и инвестировать», – говорит он. Другой вопрос – сколько готовы платить за украинские компании.

«Я не считаю, что сегодня в Украине можно продать какой-нибудь существенный бизнес по рыночной цене», – говорил в интервью Forbes президент «Киевстара» Александр Комаров. Через две недели после этого разговора материнская компания Veon снизила стоимость крупнейшего украинского мобильного оператора на $20 млн из-за нанесенного оккупантами ущерба.

PEP Group приобрели без дисконта по рыночному мультипликатору, не разглашая сумму, утверждает Пименов. До подписания эксклюзива из Stagwell он общался с другими потенциальными покупателями. «Одна компания протянула «руку помощи» и предлагала купить бизнес за €1», – говорит Пименов.

Большинство инвесторов, по оценкам Soul Partners, не готовы входить в сделки дороже $10 млн. Средний целевой диапазон – $2–5 млн. Вероятность увидеть поглощение масштаба прошлогодней покупки Depositphotos за $85 млн или Идея Банка за $50 млн Верхогляд оценивает как очень низкую. «Разве что при продаже за $50 млн условного актива, который до войны стоил $100 млн», – предполагает он.

Больше шансов найти покупателей на аграрные и не завязанные на Украину IT-бизнесы, сходятся во мнении эксперты по инвестициям. На рынке идут переговоры с несколькими небольшими аутсорсерами на 20–100 человек, говорит управляющий партнер рекрутингового агентства CNA International IT Таисия Млюзан. Однако результат под вопросом – проблема в невыездных сотрудниках-мужчинах.

С июня 2022-го 51% агентства Млюзан и двух ее бизнес-партнеров – Влады Лященко и Богдана Кириченко – владеет британская Pertemps Group. Это не совсем классическое слияние, говорит Млюзан. CNA более восьми лет покупала франшизу и исправно платила роялти рекрутинговому гиганту.

В настоящее время у агентства клиенты из 15 стран, большинство из Канады и США. Украинских компаний, желающих нанимать инженеров-соотечественников, около 20% и большинство заморозило найм, говорит Млюзан.

В трудные времена Pertemps предложил давним украинским партнерам перевезти всех 30 сотрудников с семьями в Британию и помочь с финансами на время войны. Вместо этого получил контрольную долю, которую учредители могут в любое время выкупить обратно. Воспользоваться возможностью они пока не торопятся.

Материалы по теме

Вы нашли ошибку или неточность?

Оставьте отзыв для редакции. Мы учтем ваши замечания как можно скорее.

Исправить
Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый выпуск Forbes Ukraine

Заказывайте с бесплатной курьерской доставкой по Украине