Андрій Пишний, голова НБУ /пресс-центр НБУ
Категория
Деньги
Дата

Первое интервью нового главы НБУ Андрея Пышного. О деньгах от МВФ, фиксированном курсе, Альфа-Банке и предшественнике Шевченко

Андрей Пышный Фото пресс-центр НБУ

Глава НБУ Андрей Пышный рассказал Forbes о влиянии российских обстрелов на экономику, переговорах с МВФ, проблемах банков, национализации «Альфы» и об изменениях в Нацбанке. Первое интервью.

Forbes Украина выпустил новый номер печатного журнала. В нем почти два десятка эксклюзивных материалов. Приобрести журнал с бесплатной доставкой можно по этой ссылке.

О возможном назначении главой НБУ Андрея Пышного, 48, стало известно в первые же часы после отставки его предшественника Кирилла Шевченко. До этого Пышный работал в группе санкций, которую возглавляет глава Офиса президента Андрей Ермак, ранее был СЕО государственного Ощадбанка и многолетним соратником экс-премьера Арсения Яценюка.

Одним из первых его решений в должности были точечные, но существенные кадровые изменения. Во-первых, заместителем Пышного, отвечающего за банковский надзор, стал экс-менеджер «Ощада», Минфина и Офиса президента при Ермаке Дмитрий Олейник. Во-вторых, работающая в НБУ еще со времен экс-главы Валерии Гонтаревой Екатерина Рожкова возглавила направление финстабильности. Из-за конфликта с экс-главой НБУ Кириллом Шевченко она два года руководила второплановой административной вертикалью.

Пышный – шестой глава Нацбанка за последние восемь лет и третий – за каденцию президента Владимира Зеленского. Шевченко, параллельно с каденцией Пышного в «Ощаде» работавший в другом государственном Укргазбанке, сейчас находится в розыске.

Волнует ли этот факт нового главу одной из главных экономических госструктур? Он утверждает, что пока не слишком.

Интервью Пышного Forbes состоялось на следующий день после массированного ракетного обстрела Украины 23 ноября. Он сразу же подробно рассказал об идее с сетью из 1000 банковских отделений, которые будут работать даже в блэкаут, Starlink для банков и расширении доступа к наличным. Отдельные темы – отношения НБУ с Минфином, которые при Шевченко можно было назвать достаточно напряженными, и переговоры с МВФ о новой программе, которая, правда, пока не предусматривает финансирование.

«Может показаться странным, но я считаю, что фактор несокрушимости украинцев, назовем это так, является элементом, который нужно учитывать при прогнозировании», – говорит Пышный.

Какие вопросы первоочередные у нового главы Нацбанка?

Это сокращенная и отредактированная для ясности версия интервью Андрея Пышного.

«Влияние обстрелов может быть значительно более мощным, чем мы прогнозировали»

Как российские обстрелы повлияли на экономическую активность?

В базовом сценарии макропрогноза мы учитывали риск, что в результате активизации обстрелов могут быть недоступными до 40% генерирующих мощностей. В то же время мы предполагали, что доступ к энергоснабжению удастся достаточно быстро восстанавливать.

Изменение ситуации после обстрелов 23 ноября было довольно драматичным. Учитывая риски дальнейших ударов, влияние может оказаться значительно более мощным, чем мы закладывали в прогнозе. В январе мы опубликуем обновленные цифры макропрогноза с учетом этих факторов. Однако будем рассматривать оценки влияния блэкаутов на украинскую экономику уже на следующей неделе на заседании КМП.

МВФ обнародовал прогноз роста ВВП в следующем году – 1%, тогда как НБУ выходит из роста в 4%. Учитывая, что во время дискуссий о мониторинговой программе вы обсуждали и макрорамку на 2023 год, значит ли это, что НБУ будет приближать свой прогноз к показателю, заявленному Фондом?

Прогнозы в нынешних условиях – интересная материя. Они зависят от баланса оптимизма и пессимизма в предположениях. В нашем случае возможность реализации предположений превосходит 50%.

Задача прогноза МВФ – разработать на его основе параметры новой программы по Украине. От него будут зависеть и наши меры по сохранению устойчивости финансовой системы, и объемы финансирования от международных партнеров. Поэтому в этом случае более консервативный прогноз вполне целесообразен.

Предположения, с которым мы выходили на общение с миссией МВФ, во многом находят подтверждение со стороны Фонда. В то же время нарушения энергетической инфраструктуры уже превышают наши октябрьские оценки, поэтому мы с высокой вероятностью будем ухудшать прогнозы экономической активности. Нет цели приближать прогноз – есть цель составить композицию факторов, почувствовать развитие событий и заранее отреагировать.

предоставлено пресс-службой

Глава НБУ Андрей Пышный Фото предоставлено пресс-службой

Видите ли вы дополнительные проинфляционные факторы? Повышенный спрос на горючее? Дефицит определенных товаров из-за сокращения производства? Что-нибудь другое?

По состоянию на сегодняшний день мы не видим необходимости корректировки прогноза инфляции.

Обстрелы оказывают разнонаправленные эффекты на цены. С одной стороны, растут издержки бизнеса, связанные с необходимостью бесперебойного энергообеспечения. И это давит на цены. С другой стороны, спрос на товары не первой необходимости снижается, следовательно, рост цен на них замедляется. Вероятно, первый фактор будет доминировать. В ноябре несколько медленнее росли цены на продовольственные товары по сравнению с нашими октябрьскими оценками.

«Просмотр мониторинговой программы МВФ должен состояться в конце февраля»

Повлияли ли события последнего месяца на переговоры с МВФ и готовность с его стороны предоставить приемлемые Украине условия сотрудничества?

Нет. У меня нет никакой информации о намерении МВФ отойти от соглашения, достигнутого на уровне персонала, относительно мониторинговой программы.

Это мой первый опыт общения в таком формате, и я был поражен тем, что, кроме профессионализма, увидел невероятный уровень эмпатии со стороны коллег из МВФ. Мы работали не по протоколу, в выходные и до глубокой ночи, объединяя людей на разных континентах, и работали столько, сколько нужно, чтобы найти решение. К слову, в процессе мы существенно сблизили позиции команд Минфина и Нацбанка. Этому во многом способствовала модерация руководителя миссии МВФ Гэвина Грэя.

Речь идет о мониторинговой программе с участием совета управляющих МВФ. Если не ошибаюсь, Украина – первая страна, с которой МВФ отрабатывает такой формат.

Текущая мониторинговая программа содержит стратегическое заявление украинской стороны – даже несмотря на полномасштабную войну, мы готовы реализовать важные для страны реформы и выстраивать долгосрочную перспективу. В частности, мы договорились обновить видение развития финансового сектора с учетом реалий военного времени.

Когда вы ожидаете просмотр мониторинга и когда реалистично получить EFF?

Соглашение еще предстоит утвердить Советом директоров МВФ, мы надеемся на решение во второй декаде декабря. Просмотр программы должен состояться в конце февраля. Его успешное завершение откроет нам дверь в программу расширенного финансирования.

Мы начинали переговоры с того, что программа мониторинга будет предусматривать два просмотра. Соответственно, речь шла о перспективе программы с финансированием только в конце второго квартала 2023 года. Нам удалось согласовать позиции о горизонте в четыре месяца с одним просмотром. На мой взгляд, это свидетельство того, что МВФ увидел аргументы, и готовности действовать со стороны украинской стороны.

Какие обязательства должна выполнить Украина, чтобы получить положительное решение МВФ в феврале?

Это деликатный момент, я не хотел бы объявлять его до момента, пока мы окончательно не выйдем на утвержденный формат. В секторе ответственности НБУ в целом это известные всем блоки: корпоративное управление в госпредприятиях и банках, проведение оценки качества активов банков и стресс-тестирование, разработка концепции того, как мы в итоге с каждым банком выходим на планы докапитализации, поддержка институционально сильного и независимого НБУ

Обсуждался ли уже возможный объем программы расширенного финансирования МВФ? Ваш предшественник Кирилл Шевченко говорил о $20 млрд.

Я не считаю корректным на этом этапе озвучивать цифру. Конечно, у меня есть своя версия и аргументы в ее пользу, но пусть это станет темой нашего следующего разговора – в феврале следующего года. Хотя то, что вы сказали, мне нравится. Однако то, каким будет окончательный вариант, зависит от многих факторов. В том числе как мы отработаем эти месяцы.

пресс-служба НБУ

В центре – вице-президент Еврокомиссии Валдис Домбровскис и глава НБУ Андрей Пышный Фото пресс-служба НБУ

Есть ли у нас понимание других источников покрытия бюджетного дефицита в $38 млрд, кроме анонсированной Еврокомиссией €18 млрд? Речь идет о сопоставимой сумме от США?

Кроме €18 млрд от ЕС уже анонсированы $9,9 млрд от США на первые девять месяцев следующего года. Другие международные партнеры, в частности Канада, Великобритания и Япония, тоже присоединятся.

В целом согласование международной финансовой поддержки происходит в рамках так называемого «финансового Рамштайна». МВФ в этом процессе играет немаловажную роль модератора, верификатора наших макропрогнозов и финансовых потребностей.

«Фиксированный курс еще должен играть некоторое время свою роль»

Какова позиция МВФ по поводу фиксированного курса? Придется ли отказываться от этой политики в следующем году, чтобы получить программу расширенного финансирования?

Фиксированный курс – это тоже отход от рыночных принципов, но с другой – вынужденная вещь. Плавающий курс и инфляционное таргетирование – то, к чему НБУ тяжело шел, – это базовые вещи, которые я поддерживаю. Но фиксированный курс позволил удержать ситуацию, взять ее под контроль и обеспечить якорь для населения и бизнеса в условиях идеального шторма.

Совместная позиция ключевого персонала НБУ – фиксированный курс еще должен играть некоторое время свою роль. И я ее поддерживаю.

Пока мы не видим оснований для перепривязки курса, однако и возвращение к плаванию считаем преждевременным. Это не означает, что текущая привязка – это навсегда. Рано или поздно мы вернемся и к плавающему курсу, и к инфляционному таргетированию, но тогда, когда это будет действительно уместно.

Это предмет дискуссии с МВФ?

Нет, мы это заявили как позицию, обосновали её. Принципиальных разногласий нет.

Фигурировали ли в переговорах с МВФ сценарии, когда НБУ все же финансирует госбюджет, учитывая, что есть риски, по крайней мере, несвоевременного поступления помощи?

2022 год предполагает, что мы ограничиваемся в эмиссии 400 млрд грн. Использовано уже 370 млрд. грн. Минфин и правительство не намерены превышать наши эмиссионные возможности. Это та сумма, которая позволяет обеспечивать контролируемые процессы с точки зрения абсорбации и управления этой ликвидностью. И, соответственно, обеспечивать параметры ценовой стабильности.

Есть договоренность, что бюджетный дефицит на следующий год будет финансироваться неэмиссионным путем. Это все подтвердили.

Для этого нам нужно сделать несколько вещей. Во-первых, обеспечить 100% ролловер всех обязательств, по которым должны происходить выплаты в пределах этого и следующего года. Это предполагает слаженное и консолидированное взаимодействие между Минфином и НБУ.

Мы много времени потратили на дискуссии вокруг решений, которые должны быть приняты НБУ и Минфином, чтобы дать сигнал рынку. Я считаю, что из-за совершенно непонятной мне конфронтации было несколько потеряно время, и, как следствие, снизилась эффективность монетарного импульса от вполне обоснованного роста учетной ставки до 25%. То есть действенность трансмиссионного механизма монетарной политики была меньше.

Сколько Минфин может привлечь в следующем году на внутреннем долговом рынке? Есть ли диалог с системными банками по поводу покупки ОВГЗ?

У нас есть план действий, чтобы внутренний долговой рынок заработал.

Мы рассматриваем опцию, связанную с обязательными резервами. Это может стать стимулом заинтересованности банков в финансировании через ОВГЗ. МВФ четко заявил – Украина должна максимально использовать все возможные внутренние источники.

Мы видим уровень ликвидности, бизнес-модели и стратегии банков. К чему относимся с пониманием, но к некоторым стратегиям есть вопросы. К примеру, когда депозитные сертификаты определенными банками рассматриваются как инструменты срочного размещения ресурсов. Это своеобразная мимикрия.

пресс-служба НБУ

Андрей Пышный и правление НБУ Фото пресс-служба НБУ

Поддерживает ли МВФ идею с ОВГЗ и обязательными резервами банков?

В рамках договоренностей, достигнутых на уровне персонала, эта опция нам доступна.

Ситуация, в которой мы оказались, не имеет аналогов. Я понимаю, что ОВГЗ в обязательных резервах – это уход от тех позиций, на которых стоял НБУ раньше. Но рыночные отношения в войну, скажем так, получили свою специфику. К примеру, банки, в особенности государственные, имеют колоссальный приток ликвидности, фактически не занимаясь маркетингом. Это делает их в известной степени «ленивыми».

Депсертификаты не должны рассматриваться как основа построения бизнес-стратегии. Если до войны структура депозитного портфеля банков в разрезе срочных вкладов и до востребования отличалась на 20% в пользу вкладов до востребования, то сейчас мы видим существенный структурный сдвиг – депозиты до востребования превышают срочные вдвое.

Ваша коммуникация с Минфином – кто к кому сейчас больше прислушивается? Вы согласовали позиции по поводу долгового рынка?

Давайте я вам расскажу о своем первом рабочем дне, и, думаю, вы поймете, как выстроится не только коммуникация с Минфином, но и построена система моих приоритетов.

После голосования в парламенте я прежде всего сделал три вещи: подписал письмо-заверения в адрес МВФ, ведь именно в тот день Совет директоров рассматривал вопрос о выделении Украине экстренного финансирования в $1,3 млрд, провел разговор с руководителем европейского департамента Альфредом Камером и руководителем миссии МВФ в Украине Гевином Греем и уже на ночь пригласил на встречу Сергея Марченко. Он приехал, и мы проговорили до часу ночи.

Мне было важно, чтобы Сергей и его команда услышали: моя позиция – не строить стены, а наладить отношения и взаимодействие, построенное на взаимном уважении.

У НБУ есть мандат, предусматривающий обеспечение ценовой и финансовой стабильности. У Минфина – финансирование бюджета победы. Общий мандат, который нам обоим определила война, – выйти с консолидированной позицией к международным партнерам, от взаимодействия с которыми зависит львиная доля финансирования бюджетного дефицита в следующем году.

Думаю, НБУ не может находиться в вакууме. Усиление независимости НБУ – это моя цель. Но это еще и ресурс, позволяющий с большим уровнем доверия вести переговоры с МВФ и другими международными партнерами.

Когда министр финансов заявляет, что намерен профинансировать дефицит госбюджета 2023 года за счет неэмиссионных источников, я всячески его поддерживаю, ведь это полностью соответствует видению НБУ. Если для достижения этой цели НБУ необходимо критически осмыслить операционный дизайн и некоторые подходы к проведению монетарной политики, мы это сделаем. Но в соответствии с мандатом по сохранению ценовой и финансовой стабильности.

«Международные банки должны реализовать заявления и уйти с российского рынка»

Когда именно начнется оценка качества активов и стресс-тестирования банков?

Оценка качества активов может произойти, когда мы получим более стабильную ситуацию с точки зрения макроусловий. Стремимся завершить ее, включая разработку планов по восстановлению капитала банков, до конца 2023 года.

Стресс-тестирование будет проходить после оценки качества активов по базовому сценарию. Результаты позволят банкам определить необходимый уровень и источники докапитализации. Если это пригодится. Восстановление капитала может произойти без дополнительного внесения капитала. Позволим себе побыть оптимистами.

Правильно ли мы понимаем, что до этого момента НБУ не будет возвращать требования к банкам по нормативу достаточности капитала?

Да. Но мы призываем банки к максимально объективной оценке качества активов. Сейчас видим разный подход к одним и тем же ситуациям и даже одним и тем же клиентам.

Государственный Укрэксимбанк одним из первых признал нарушение норматива достаточности капитала. Влияет ли это на его функционирование?

Готовимся к предметному разговору с Укрэксимбанком. Понимаем, с чем связана такая картина, и хотим услышать, какой именно план действий у банка. Прямого влияния в смысле устойчивости и ликвидности пока не видно.

Первое интервью нового главы НБУ Андрея Пышного. О деньгах от МВФ, фиксированном курсе, Альфа-Банке и предшественнике Шевченко /Фото 1

Денис Шмыгаль, Андрей Пышный, Владимир Зеленский и Андрей Ермак

Какие группы банков больше всего будут нуждаться в докапитализации?

Последствия войны ощутили все. Прежде всего те банки, чья бизнес-модель была недостаточно устойчивой и жизнеспособной. Объем отчислений в резервы уже увеличился в 14 раз, и могу сказать, что будет расти дальше.

Большинство системно важных банков не вызывают беспокойства. Наиболее устойчивая ситуация в секторе госбанков. А также у банков с иностранным капиталом, занявших выжидательную позицию. Она, по сути, предполагает выход из рисковых активов, результатом чего являются максимальные остатки средств в депсертификатах. Это уже предмет отдельного разговора с частью рынка с иностранным капиталом. Более того, я уже имел разговоры с Европейской комиссией, коммуницировал с руководством отдельных банков и планирую диалог со штаб-квартирами материнских банков.

Мы поддерживаем и уважаем стандарты корпоративного управления и не намерены диктовать частным владельцам, как им нужно работать. Но мы хотели бы услышать, какую они имеют стратегию в этой войне. Предусматривает ли она лидерство, в том числе моральное, на которое банки с иностранным капиталом обоснованно претендовали в мирное время. Мы уже сейчас должны постепенно строить планы на будущее и разрабатывать стратегии кредитования и поддержки портфеля.

Украинские предприниматели продемонстрировали фантастическую адаптивность к военным условиям. Международные банки теперь должны выйти из стратегии выжидания и защиты к стратегии поиска своего места в условиях военной экономики.

А также наконец реализовать решительные заявления и выйти из погруженного по локти в кровь украинцев российского рынка, причастность к которому таких важных европейских компаний – ядовита.

«Слишком много внимания историям о миллиарде для «Альфы», которого никто не видел»

Вероятная национализация Альфа-Банка воспринимается рынком уже как свершившийся факт. Для вас также?

НБУ тщательно мониторит платежеспособность и состояние ликвидности всех банков. Наша задача, чтобы системно важный Альфа-Банк функционировал бесперебойно и стабильно, не зависимо от состава акционеров.

«Альфа» потеряла более 20 млрд грн средств корпоративных клиентов и время от времени сталкивается с оттоками средств. Значит ли это, что банк постепенно приближается к потере платежеспособности в смысле ликвидности?

Мы мониторим ситуацию. Если будут основания, вы об этом узнаете.

Еще в мае акционеры Альфа-Банка заявили, что планируют докапитализировать банк на $1 млрд. Если подытожить, какие с тех пор были по этому поводу контакты между НБУ и собственниками «Альфы»?

Коммуникация на уровне обмена письмами действительно происходила, но процедура докапитализации четко формализована. Она предусматривает не письма или коммуникацию в печати, а представление релевантного пакета документов. Этого так и не было сделано.

Getty Images

Владельцы Альфа-Банка Михаил Фридман и Петр Авен Фото Getty Images

Устроил ли НБУ вариант, при котором подсанкционные российские акционеры «Альфы» действительно докапитализируют банк на $1 млрд?

В случае поступления соответствующего пакета документов НБУ будет производить его оценку в предусмотренных законодательством рамках.

Мы как-то слишком много внимания уделяем историям о миллиарде, которого никто не видел. Давайте вспомним, что поддержка капитала – это обязанность акционера, внимательно прочтем закон, выполним нормативные предписания и прекратим «пугать» НБУ миллиардом.

Готовится ли Нацбанк к возможным искам со стороны Фридмана, Авена и других владельцев «Альфы» в международных судах в случае национализации банка?

Обсуждение гипотетического обжалования национализации при отсутствии соответствующего решения преждевременно.

«У меня нет времени на рефлексии по мотивам дела Шевченко»

Госбанки всегда находятся под повышенным вниманием, в том числе и правоохранителей. Вы возглавляли «Ощад». В этот период можно найти контраверсионные решения руководства банка. Один из самых ярких примеров – реструктуризация долгов перед банком компаний Виктора Полищука. Еще до вашего назначения следственные органы активизировались по делу экс-главы НБУ Кирилла Шевченко по мотивам одного из эпизодов во время его работы в Укргазбанке. Как вам работается во главе НБУ, имея эту историю перед глазами?

Я пока не ощущаю никакого давления – ни морального, ни нравственного, ни психологического, ни политического. В течение всей карьеры моя деятельность полностью отвечала требованиям законодательства Украины.

Я не пойму, в чем контроверсионность реструктуризации, о которой вы упомянули. К слову, решение о реструктуризации этого и других крупных проблемных активов, которые мне оставили в наследство предшественники, правление «Ощада» при моем руководстве сознательно осуществляло, используя прозрачную и контролируемую процедуру финансовой реструктуризации согласно соответствующему закону.

Упомянутый вами актив очень непрост и оказывает ощутимое влияние на банк. К слову, он был в портфеле «Ощада» задолго до моего прихода, и его реструктуризация прошла много фильтров, в том числе независимый наблюдательный совет. Кроме того, реструктуризация была верифицирована рабочей группой, созданной при совете финансовой стабильности с участием НБУ, Минфина и представителей всех имеющихся в Украине правоохранительных органов.

Уверяю, если бы не ваш вопрос, даже не упомянул бы дела Украгазбанка – перед моими глазами нет истории моего предшественника. Я сфокусирован на том, чтобы заработала трансмиссия, чтобы мы получили соглашение с МВФ и дошли до финансирования, а банковская система прошла очередной блэкаут «на мягких лапах» и еще 297 первоочередных задач. Поэтому у меня нет времени на рефлексии по мотивам дела Кирилла.

У вас есть основания для проведения внутреннего аудита в НБУ после отставки Шевченко?

Внутренний аудит в НБУ – это непрерывный процесс, именно сейчас продолжаются несколько плановых треков. Конечно, я ознакомился с наиболее важными выводами аудита и его рекомендациями. Из того, что я увидел, – в НБУ работает сильная команда внутреннего аудита и система финансового контроллинга. Они действуют вне зависимости от того, кто занимает должность главы, и дают качественный материал для управленческих решений. Пока не вижу оснований для проведения отдельного аудита.

Считается, что при Шевченко система принятия решений стала более вертикальной и заточенной под главу НБУ. Соответствует ли это тому, что вы увидели, придя в Нацбанк?

Не хочу комментировать действия предыдущих руководителей: ни Шевченко, ни Смолия, ни Гонтаревой.

Я должен работать не с моими впечатлениями, а с результатами, которые мне оставили каждый из них, и делать так, как сочту нужным, если вижу необходимость изменений. Такую необходимость вижу. Отдельные решения уже приняты, какие-то будут приняты впоследствии.

Скажу о том, что действительно важно: я считаю, что абсолютное большинство персонала Национального банка – очень мощная и профессиональная команда, и это сильная сторона НБУ. Буду стремиться, чтобы коллегиальный принцип обсуждения решений и формирование позиции не размывали понимание ответственности каждого члена команды. Коллегиальность – это не камуфляж, это мощное оружие. Как этого добиться и как это использовать для повышения эффективности – зависит от лидерства.

Я вижу некоторое пространство для того, чтобы дать в этом смысле импульс НБУ, и намерен, помимо другого, поработать над корпоративной культурой. Важно, чтобы наши сотрудники заговорили – со мной, друг с другом, с рынком. Чтобы они почувствовали: то, что они думают, очень ценная информация и важный компонент решений, которые принимает правление НБУ. Чтобы они поняли это, а вместе с этим и цену ошибки.

НБУ наделен в силу конституционного статуса, независимости и особой роли колоссальной властью, которая должна корреспондироваться с осознанием такой же колоссальной ответственности и приносить стране пользу. Потому что у нас нет ответов на все вопросы, которые ставит перед нами эта война и этот невероятный кризис. А у нас впереди очень непростые времена и очень непростые решения.

Первое интервью нового главы НБУ Андрея Пышного. О деньгах от МВФ, фиксированном курсе, Альфа-Банке и предшественнике Шевченко /Фото 2

Экс-глава НБУ Кирилл Шевченко и заместитель руководителя Офиса президента Ростислав Шурма

В августе 2019-го ваша нынешняя первая заместитель Екатерина Рожкова существенно присоединилась к «бану» Наблюдательного совета «Ощада», фактически заблокировавшего ваше переизбрание СЕО банка. Был ли у вас с ней личный конфликт на этот счет?

Напряжение, конечно, было. Считал тогда и остаюсь при своем мнении теперь, что решение было принято необоснованно. Собственно, судебные инстанции расставили все точки над «i». И хватит об этом.

Жизнь стремительная и изменчивая, поэтому нужно уметь идти вперед. А дальше? Взаимодействием с Екатериной Рожковой вполне доволен: профессионально и ответственно. Композиция правления сложилась. Эффективность будет лучшим критерием.

Вы – третий глава НБУ за три года президентства Владимира Зеленского или – шестой за последние восемь лет. Почему, по вашему мнению, ни один глава Нацбанка после реформ 2014–2015 годов не смог пройти полноценную каденцию в семь лет? Считаете ли это риском для своих планов в НБУ?

Согласен, статистика не очень, а если вспомнить, что даже Виктор Ющенко две недели не дотянул до полноценной каденции – совсем грустно должно стать. Но давайте я лучше сконцентрируюсь не на подсчетах, кто сколько пробыл в должности и как на кого давили, а на том, что я в этой должности должен сделать. А как дальше сложится – время и жизнь покажут.

Материалы по теме
Предыдущий слайд
Следующий слайд
Новый выпуск Forbes Ukraine

Заказывайте с бесплатной курьерской доставкой по Украине